Леонид Ангарин – Неандерталец. Книги 1–2 (страница 34)

Энку- правая рука- он будет отвечать за то, чтобы в семье Гррх всегда была еда. В знак того, что они являются теми, кто они есть в семье Грхх, им будут вручены эти рога, чтобы в случае необходимости они могли подавать сигналы другим членам семьи — или позвать на помощь, или предупредить об опасности. Их изготовил Эрру, который пришел к нам от длинноногих.

На поляне наступила тишина. Стало слышно, как потрескивают в костре дрова. Энку бережно взял в руки рог, в его ладонях он уже не казался таким уж большим. Большеносый не знал, что с ним делать. Эссу показал как обращаться с рогом.

— Бууууууу…, — Энку достался рог с басовитым звуком.

— Дууууу… — рыжий смог разобраться с использованием своего символа власти самостоятельно.

— …третьим помощником Эссу будет женщина. Она будет говорить всем женщинам и детям семьи Гррх чем они должны заниматься и распределять их обязанности. Она же будет руководить «школой». Старшая, подойди сюда.

Андрей увидел, как скривилось в темноте лицо Эдины.

–..в знак того, что она является тем, кто она есть, Старшой вручается эта статуэтка с изображением птицы. Ее нужно носить на шее, чтобы все ее видели и знали кто она.

Старшая поедала статуэтку совы влюбленными глазами и под ободряющие крики Граки и Младшей надела ее на свою шею.

— Я, Эдина, твоя женщина, Эссу, и теперь я должна делать то, что говорит эта девочка, у которой даже нет еще мужчины? Не будет этого!

— Да, ее будут слушаться не только ты, но и другие женщины и девочки, вне зависимости от того, есть ли у них мужчина или нет. Таковы правила жизни в семье Гррх. И я прослежу, чтобы они соблюдались. Чтобы никто не мог сказать, что не слышал эти правила жизни в семье Гррх или неправильно их понял, они будут записаны и выложены на этой поляне под головой Гррх, и каждый сможет с ними ознакомиться в любое время. Дополнить или изменить их можно по пожеланию всех членов семьи.

Завершился сход пиром. Сушеное мясо придало его супу какой-то необычный вкус, который оказался на редкость приятным. Пожалуй, это блюдо станет хитом в холодное время года. Особенно у детей, поскольку после варки мясо стало мягким и стоило немного потянуть, как тут же легко расслаивалось на тонкие пластины — как раз по детским зубам. А вкусный бульон хорошо согревал продрогших членов только-только образовавшейся семьи Гррх.

Никто не спешил расходиться — факелы еще горели, а яркий костер, куда подкинули свежую порцию дров, распространял вокруг волны тепла. Нервное напряжение, которое не отпускало Андрея целый день ушло, сменившись расслабленностью. Дело сделано.

Ушел в темноту быстроногий Эхекка Спрятался за тучу покусанный месяц Не видно в ночи как стоят «Три зуба» Только сыны Гррх не спят в ожидании врага

Начал он мурлыкать про себя куплеты «Сражения». К нему присоединилась Грака у которой оказался высокий приятный голос.

…Спрятались Рэту и Эссу в тени камня большого Долго ждут храбрецы солнца восхода С первым лучом ожидают врага прихода Их много пришло, пять раз по пять Метко кидает копье свое Рэту Скользка земля от вражеской крови…

Так, надо вмешаться, а то опять про Энку «забудет», а тот очень щепетильно относится к собственной славе.

Внезапно явился на помощь Энку Свирепый как Брр он врагов сокрушает В страхе бежит темнокожий, но поздно Пронзенный копьем бездыханно лежит…

К исполнению последних куплетов присоединились почти все присутствующие, правда, вразнобой, поскольку текст у каждого был свой. Надо бы озаботиться составлением канонической версии «Сражения», чтобы можно было петь всем вместе.

Глава семнадцатая. Большая охота

Его преследовали девять собак, которые то сбивались в кучу, что-то вынюхивая, то вытянувшись в струну, бежали по его следу. Они уже близко подобрались, так что порывы ветра доносили до него запах псины. Оттого, что все происходило в полной тишине, ему стало очень страшно. Хоть бы залаяли, что ли. Надо успеть добежать до скалы, которая перекрывает вход в каньон, прежде чем они настигнут его. Андрей бежит со всех ног и проваливается в сугроб, который маскирует яму. Теряет время, выбираясь из снежного плена, и теперь уже не уйти. Убежать не удалось, он успокоился, поднял свое копье, которое лежало на снегу и, прижавшись спиной к скале, с фатальной решимостью стал ждать, пока псы догонят одинокого охотника — он собирался дорого продать свою жизнь.

— Эссу, Эссу, — кто-то пытался докричаться до него. Андрей открыл глаза, он стоял посередине зала Гррх, и на него со страхом смотрела Эдина, у которой шла носом кровь. Из-за ее спины выглядывала перепуганная Имела.

Так это был очередной сон?

— Ты ударил меня!

— Я не хотел, мне приснился плохой сон. Имела, иди к папе.

— Нет!

Андрей в смятении вышел из пещеры, похоже, до рассвета еще далеко — кругом царила кромешная тьма, а ведь как удачно все вчера прошло на сходе. Неужели сон это предупреждение о предстоящем нападении темнокожих, предыдущее видение летом было о том же, но сейчас все было преподнесено в какой-то аллегорической форме. Как не вовремя, против девятиглавого племени они не потянут. А если честно, то и столкновения против охотников только одной или двух семей, а не всего племени, им не выдержать. Вернулся обратно в свой зал. Дочь еще не уснула, повернувшись к нему спиной, потихоньку плакала, накрывшись с головой шкурами криворога. Надо бы ее как-то разговорить, чтобы успокоилась.

— Имела, идем ко мне, я расскажу тебе сказку.

— Нет! Я боюсь. А что такое сказка?

Любопытство перебороло страх.

— Это такая интересная история, которую рассказывают маленьким детям родители, но только если они хорошо себя ведут. Ты меня не слушаешь, поэтому я не расскажу ее тебе.

— Я буду слушаться.

— Ну тогда дело было так. В одной небольшой пещере в густом лесу прятались старик и старуха. А вдвоем они остались потому, что на их семью напали темнокожие и только они одни и смогли спастись от их тонких копий. Однажды зимним днем не осталось у них еды, и только в углу пещеры наскребла старушка немного зерен, которые собрала еще осенью. Раздробила старая зерна на плоском камне, смешала с водой, замесила, и получился у нее круглый шар, который она назвала Колобком.

— Папа, а почему они не пошли на охоту, если хотели есть?

— Кругом не осталось зверей, темнокожие перебили их всех. Но слушай дальше — когда старик и старуха хотели запечь Колобка на нагретом камне и съесть, то он вдруг ускакал от них и покинул пещеру.

— Они остались голодные?

— Ну, в общем-то, да, но слушай дальше. Долго он так скакал, пока ему навстречу не повстречался криворог. «Колобок, Колобок, я тебя съем», — сказал криворог. «Я от старухи ушел, я от старика ушел, и от тебя уйду», — спел ему песенку Колобок. Следующим ему попался волк.

— Он и от него ушел?

— Ушел, спел про то, что и от старухи ушел, и от старика, и от криворога, а от глупого волка тем более уйдет. А потом ему попался Гррх, но и он не смог съесть Колобка. Но тут повстречался ему темнокожий и прикинулся тот, что друг он Колобку, но плохо слышит и не может разобрать, что за песенку поет ему Колобок. Тот подкатился к нему поближе и тут — «Няям!» — и съел темнокожий Колобка. Поэтому, дочь моя, никогда нельзя доверять темнокожим, чтобы тебя не съели как Колобка.

— Она уснула, Эссу, — его женщина с интересом слушала сказку. — Этот Колобок — мы? Большеносые и семья Граки убежали от темнокожих, теперь и белогорцы бегут, несмотря на холодное время года, остались только мы.

— Остались еще длинноногие, белогорцы еще придут за своими женщинами, не все у них потеряно, а нам некуда бежать. Мы или победим, или умрем. Спи.

— Нам надо поговорить, Эссу, — озабоченный вид Старшей демонстрировал, что вопрос срочный и не терпящий отлагательств. — Семья Гррх это пять мужчин, четыре женщины и шестеро детей. Теперь у нас два раза по десять и еще пять женщин из под Белой горы и три раза по десять детей.

— Я все это знаю, Старшая, для чего ты это рассказываешь.

— На всех вместе в день уходит шесть раз по десять рыб и столько же кусков мяса, и если не будет свежей добычи, то оставшейся рыбы и мяса хватит на двадцать закатов. Нам нужна свежая добыча, Эссу, а то скоро нечего будет есть.

Вот уж не думал, что запасов, с помощью которых он планировал скоротать зиму, не хватит и на месяц. Нужно идти на охоту. Но можно кое-что еще сделать.

Рыжий и большеносый с интересом рассматривали петлю, которую он разложил на снегу.

— Рэту, представь что ты заяц или вкусная птица с красным опереньем у головы, а теперь наступи на эту веревку и иди дальше.

Петля зацепила Рэту за ногу и не пускала. Чем сильнее он дергал, тем крепче становился узел. Рыжий остановился и вопросительно посмотрел на него. И что, типа, дальше.

— Ты все-таки не так умен, Рэту. Эссу хочет сказать, что если веревки расставить в нужных местах, то добыча, попав в петлю, не сможет никуда убежать. Только у нас нет столько веревок, — Энку суть идеи понял сразу и теперь рассчитывал, какую от нее можно получить практическую пользу. — Но ловушка не удержит большого зверя, и олень, и бык легко ее порвут. Надо выкопать яму, чтобы они провалились туда и не могли выпрыгнуть.

— А петля не на них рассчитана, это на птицу или мелкого зверя. Зато расставить такие петли смогут даже дети и подростки. А веревки можно взять у Эрру. Рэту, ты не забыл, что с вчерашнего дня являешься моей левой рукой и должен руководить мужчинами, а так же готовить молодежь к искусству охоты? Так покажи, что семья не просто так доверила тебе этот рог. Собери сегодня вместе Лэнсу, сына Иквы и других подростков, которые подходят по возрасту — покажешь им, как расставлять силки и где. Они младшие охотники, а не дети. Ловушки надо будет ежедневно проверять. А я с Энку и Эпей с быстроногим Эхеккой пойдем сегодня на охоту. А Эрру в наше отсутствие вместе с женщинами пусть вырубает лестницу в скале.