Леонид Ангарин – Долгая дорога (страница 7)

Грака не понимала к чему такая спешка. Обычно они отдыхали после ловли рыбы, но идея сделать запасы захватила Андрея целиком, загрузив добычу в верши, они быстро вернулись в каньон. До вечера они успели сделать 4 ходки до реки и обратно. Белобрысая недовольно фыркала, но слушалась. Решила, наверное, что Эссу сошел с ума уже окончательно, а психам лучше не перечить. Под вечер он с тоской посмотрел на скопившуюся гору серебристой добычи – ведь ее надо еще и почистить и развесить. А если она потом испортится? Все зря? До заката солнца, по очереди орудуя каменным ножом, они успели распотрошить, обезглавить и распластать на две части под сотню рыб. Освободили от хребта и, сделав надрезы на филе, подвесили за хвосты на веревках из ивы.

Старшая и Младшая с интересом наблюдали за возникшей суетой.

– Эссу, рыба много почему?

Неужели они не делают запасов? В принципе мясо вялится почти по такой же технологии. Как же они переживают зиму?

– Мы будем ее есть, когда будет холодно и еды станет мало, – ответил он на смеси русского и грэльского.

Судя по сморщенным лобикам, ответ их не убедил. Ну, подождите, припрет зимой голод, тогда поймете, какой Эссу мудрый.

Изматывающая заготовка рыбы продолжалась еще несколько дней, пока розовыми тушкамине оказались занято все теневые места у поляны. Хватит, уже и вешать некуда. И не рыбой же одной питаться весь год. Очень жалко было выкидывать икру, но что с ней делать. Ни банок, ни соли. А сразу всю не съешь даже при помощи таких прожорливых троглодитов.

– Грака, Гаги, сегодня мы никуда не идем. Выходной.

Андрей поймал себя на мысли, что как-то незаметно в их общении появляется все больше русских слов. Особенно легко перенимали новые слова дети, но и Грака их использовала. Конечно, они их безбожно коверкали, проглатывали гласные, не там ставили ударения, но понять их было можно.

С утра проверил рыбу, убрал тушки, которые начали пованивать, остальные вроде подсушивались нормально. Если все пойдет по плану, этих 5 сотен рыб им вчетвером вполне хватит продержаться до весны. Знать бы точно, когда здесь наступает зима. Затем, несмотря на сопротивление, заставил всех искупаться в своей ванной. Намазал золой головы и тела Старшей и Младшей и окунул визжащих детей в воду. Грака смотрела на это с каким-то ужасом. Сама она не хотела нырять в воду категорически. Может, стесняется? Он показал ей жестом на ручей, деликатно отвернулся и пошел осматривать свой каньон. Решил пройтись вдоль одного берега ручья, а вернуться – противоположным. Весь путь занял часа два, все больше. Чем дольше шел, тем больше Андрей удивлялся своей удаче – природа создала прямо-таки идеальное убежище. Высокие отвесные каменные стены отделяли каньон от основного ущелья, поэтому можно не бояться хищников, разве что двуногих, достаточно воды, много деревьев. Нашел еще две уютные поляны у ручья. Удовлетворенный увиденным, вытянулся на нагретом солнцем большом плоском камене, и прикрыл глаза.

Его зажали у обрыва темнокожие. Внизу река, которая течет белой пеной между огромных камней, напротив – стоят полукругом противники. Ловушка захлопнулась. Прыгнешь вниз – разобьешься об валуны, нападешь – просто не успеешь воткнуть копье в противника, закидают мелкими копьями на расстоянии. Эти копья они специально изготавливают для убийства себе подобных – в охоте на крупного зверя они бесполезны, а в мелкого ими трудно попасть. Говорят, что за этими темнокожими пришли другие, но Эссу их еще не видел. Копья, которые они метают с помощью кривой палки, концы которой соединены кожаным ремешком, совсем тонкие, зато летят очень далеко и раны от них очень долго не заживают. Хитроумные подлые создания. Эта равнина у реки всегда кормила много семей людей и дичи хватало всем. Когда-то сюда пришли темнокожие, живущие очень большими семьями. Эссу даже думает, что не все члены семьи знают друг друга, хотя как это возможно. Говорят, что не все мужчины у них ходят на охоту, а некоторые сидят вместе с женщинами в длинных домах, получая при этом лучшие куски добычи. Они их называют «самые мудрые». Опять же говорят, что сначала темнокожие мирно жили с людьми, но их становилось все больше и больше. И охотились они нечестно. Осенью их большие семьи объединялись, чтобы вместе поохотиться. Они так ее и называют «Большой охотой». Чернокожие загоняли огромные стада быков, оленей и даже больших мохнатых зверей в ловушки и убивали их. Забрав только малую часть добычи, оставляли гнить остальные туши. Когда добычи стало мало, то они прогнали людей отсюда в горы. Но там совсем тяжело – нет большого зверя. Иногда по 4 захода солнца уходило у Эссу, чтобы добыть осторожного криворога. Опытный охотник Эрук сорвался в пропасть этой зимой, при попытке добыть его. А молодой Рэту просто пропал, его так и не нашли. Дети стали рождаться редко, а те, кто появился на свет, не доживает и до 10 зим. Многие семьи уходят отсюда на закат, говорят, что там еще нет чернокожих и много добычи. Когда осенью Рэту хотели привезти себе жену из семьи большеносых, то их уже не нашли на стоянке у плоской горы. Наверное и семье Эссу надо было отправиться вслед за ними.

– Грэль, грэль, – темнокожие начали раскручивать свои копьеметалки.

Эссу метнул в их сторону свое копье и бросился вниз с обрыва.

Андрей задумчиво ковырял в зубах сорванной веточкой. Подумать было о чем. Кажется, этот Эссу был на редкость везучим типом, раз выжил после прыжка с обрыва – умудрился нырнуть в воду аккурат между валунами, не захлебнулся в течении горной реки, да еще и выплыл из стремнины не умея плавать. Молодец, парень. И информация, которую он донес, очень важная. Идти в горы искать сородичей кажется теперь делом бесперспективным. Даже если найдешь, то могут и прогнать. Кому нужен под зиму неумелый охотник с женщиной и двумя маленькими девочками. Гуманизмом здесь не страдают – отправят подальше, чтобы не объедали членов семьи. Это в случае если все не ушли на запад как большеносые. А что там у нас на западе – Пиренеи и будущая Испания. Там хорошо и тепло, но надолго ли остановят невысокие горы темнокожих. Придут и туда и начнется все сначала – снова попрячутся люди по горам, эти «настоящие люди», которые являются по всей видимости никем иными как кроманьонцами, перебьют всю добычу, а куда бежать с Пиренеев – дальше океан.

– Ну что за он человек такой. Что принес он в этот мир за время, как сюда попал. На руках одна женщина и двое детей, и что он сделал, чтобы им помочь. Скоро зима, а нет ни дома, ни одежды, ни еды, ни обуви – даже лапти не сплел – внезапно проявившееся самоедство городского хипстера начало грызть Андрея изнутри.

Разозлившись на собственную бестолковость, схватил большой булыжник и в ярости швырнул сквозь редкие кусты колючего шиповника стоящую за невысоким бугорком скалу. Ожидаемого сухого треска от удара он не услышал, камень полетел куда-то дальше и только затем до ушей дошел глухой звук.

– Это что еще там?

Злость улетучилась так же быстро, как и появилась, сменившись любопытством. Полез вверх к скале, не обращая внимания на колючки. За бугром у основания скалы оказался вход в пещеру куда он и угодил своим булыжником. Постоял у входа, вслушиваясь в звуки. Вроде никого. На всякий случай швырнул внутрь еще несколько камней – никакой реакции. Кажется, не занято. Да и если был бы тут крупный зверь, его следы встречались бы по всему каньону. Андрей зашел вовнутрь, прошел несколько метров и остановился – слишком мало света. Надо вернуться сюда позже, сделать факелы из сухих веток и обследовать пещеру поподробнее.

На поляну он вернулся полный планов на ближайшее будущее. Андрей почти определился с тем, что зимовать они будут в каньоне и теперь срочно нужно подумать об одежде, припасах на зиму и прочих бытовых вещах. А более глобальные перемены решил отложить до весны.

– Вот грязнуля, – подумал Андрей.

Грака и не подумала лезть в воду в его отсутствие. Между тем дети выглядели вполне себе довольными, явно успели еще не раз искупаться. Это хорошо, к чистоте надо приручать с детства. Ну а если Грака не хочет лезть в воду, то это ее дело, не жена же она ему, чтобы командовать ею. Кстати, кем она приходилась Эссу, с этим надо бы как-то разобраться.

– Грака, Эссу утром идти охота.

Белобрысая удивленно вылупила свои и без того круглые голубые глаза. Женщины здесь не ходят охотиться что ли? Или не поняла? Завтра будет видно.

Охота оказалась на редкость нудным делом. Они просто шли на небольшом отдалении от реки, чтобы не потеряться, надеясь на удачу. Андрей раньше читал, как опытные охотники по следам определяют, что за зверь прошел, давно лии в каком направлении двинулся дальше. Так вот, здесь этот метод не действовал. В высокой траве следов видно не было вообще, самому бы не влезть прямо в пасть какому-нибудь саблезубому тигру.

– Видимо, что-то я делаю неправильно, может есть специальные места для охоты, у водопоя или в ложбине между холмам. В этой степи добычу можно увидеть, только наступив на нее, – все больше раздражался бесплодному хождению Андрей. Хорошее настроение, которое был у него утром, уже почти исчезло. А говорили, что вкаменном веке было столько зверя, что только ленивый мог остаться без добычи. Может все-таки на рыбалку сходить?