Леонид Андронов – Принц из ниоткуда. Книга 1 (страница 87)

– Нет, – протяжно ответил он. – А что, правда, на Марсе идёт война? Я кивнул, хотя не был уверен.

– Там интереснее, – заключил он.

– Чем же?

– Там можно по пустыням путешествовать, – заявил пацан.

– А что мешает это делать здесь? – спросил я.

– Здесь неинтересно. Там есть ничейная земля, на которой живут кочевники.

– Да? – протянул я.

Я попытался представить себе прелесть путешествий по пустыне с кочевниками. Не получилось.

– На севере они лёд добывают, – рассказывал парень, – а на юге золото.

'Это уже несколько интереснее, – отметил я про себя, – только очень похоже на впечатления от приключенческих романов'.

– И вообще, там можно рыцарем стать.

– Кем?

– Если оказать королю какую-нибудь услугу, он может посвятить тебя в рыцари.

Я подумал, хочу ли я стать рыцарем. Ничто в моей душе не отозвалось на подобный призыв. Как-то незаметно у меня детство прошло, что ли. Ничего подобного я не припоминаю. Помню, что в покер мечтал научиться играть. Такое было. А про рыцарей ничего не помню.

– А что там ещё есть? – спросил я.

– Там в лесах растут цветы, которые распускаются раз в десять лет в полночь. Они могут показать место, где зарыт клад.

– Вот оно что! – я зевнул.

– Да, – убеждённо сказал он.

– Чего только в жизни не бывает.

– Я тоже когда-нибудь туда полечу, – сказал он.

– Хорошо, – ответил я.

– Везёт вам, – он стал шаркать ногой по полу.

– Фарис! – раздался за спиной женский голос, – не стирай обувь.

К нам подошла женщина лет так около сорока и утащила пацана за собой. Я посмотрел им вслед и задумался. Интересно. В детстве я был совсем другим. Сказки меня мало интересовали. Тогда у меня был единственный кумир – старший брат. Он был старше на пятнадцать лет и был хорошим пройдохой. Семья давно махнула на него рукой, а ему до нас вообще дела не было.

Он не учился и не работал. С четырнадцати лет он играл в карты, и это было его основной профессией. Он одевался лучше всех в районе, и у него была такая машина, увидев которую девушки сами бросались в его объятья. Какие могут быть рыцари? Сами понимаете. Лучшего рыцаря для меня тогда во всей Вселенной было не сыскать. Я мечтал стать таким же, как он, и точка.

Но добиться такого в одиночку я не мог. Поэтому изводил себя и друзей покером. Я тренировался на уроках, и всё своё свободное время тратил на проведение чемпионатов по этому виду спорта. Но, как это часто бывает, судьба не разделяла моих желаний и устремлений.

Я не унаследовал талант моего брата, поэтому все мои ограниченные денежные средства, получаемые от родителей и редкими заработками, быстро перетекали в карманы приятелей и безвозвратно там исчезали. Брат же не хотел делиться со мной знаниями и опытом и, фактически, бросил меня на произвол судьбы, с которой, как я уже упоминал, у нас были разные взгляды на этот вопрос.

Через некоторое время моего кумира убили недоброжелатели в одном из баров. Кто-то нашёл его в луже крови, с воткнутым в ногу шприцем и простреленной головой. Чемпионаты по покеру прекратились. Я раздал свои последние долги и потом долго не мог притронуться к картам. Вернулась Лира.

– Ну что? – спросил я.

– Всё нормально, – она села рядом.

– Когда взлетаем? Она посмотрела на табло.

– Минут через десять пойдём на посадку. Сейчас надо сдать багаж.

– Уже не боишься лететь?

– Да я и не боялась.

– Куда ещё отсюда летают? – спросил я.

– В смысле? – не поняла она.

– На Луну, Марс. А ещё куда?

– Всё. Больше летать некуда. Спутники Юпитера только-только стали осваивать. Пассажирских рейсов туда нет.

– И всё?

– Ну а куда ещё летать-то?

– Плохо. Она рассмеялась.

– Что значит плохо?

– Я ожидал большего.

– Ну, извини. Пойдём, сдадим багаж, – она поднялась, – пройдём биоконтроль и на посадку.

– Что ещё за биоконтроль?

– Увидишь.

– Это больно?

– Очень.

Мы сдали наши чемоданы. В них ничего запретного не обнаружили. Наш багаж отправился в самостоятельное путешествие на борт космического корабля. Настал черёд неведомого мне биоконтроля.

– Вот твои документы, – Лира протянула мне паспорт с билетом.

Я прошёл через металлоискатель. Он резко звякнул. Ко мне подскочил бдительный таможенник.

– На вас есть что-нибудь металлическое, – это был не вопрос.

– У меня железная пластина в голове, – я указал пальцем на свою макушку. – В детстве неудачно упал с дивана.

Таможенник, который сидел за стойкой и проверял мои документы, проговорил:

– Здесь ничего об этом не сказано.

– А разве в паспорте об этом пишут? Они посмотрели на меня, как на идиота.

– В вашей медицинской карте об этом ни слова.

– Правильно. Потому что я пошутил. У меня зуб золотой. Они переглянулись между собой.

– Откройте рот, – потребовал первый. Я открыл. Он присел, чтобы лучше осмотреть его содержимое.

– Его там нет, – констатировал он.

– Не может быть! Наверное, проглотил.

– Пройдёмте с нами, – попросил первый.

– Вы знаете, я тороплюсь на корабль.

– Мы досмотрим вас, мало ли, вдруг что-нибудь ещё потерялось, – мне в бок упёрлась дубинка.

Лира, которая уже прошла эту процедуру, с гневом смотрела на меня. Я вздохнул и последовал за ними.