Леонид Андронов – Принц из ниоткуда. Книга 1 (страница 70)

– Это же образ. Как ты не понимаешь! Я поморщился.

– Образ чего?

– Неужели не понятно? Первый акт – это зарождение цивилизации. Люди наги в прямом и переносном смысле. Они не владеют языком…

– Можешь не продолжать. На второй акт я не пойду.

– Во втором акте будет всё иначе.

– Даже не уговаривай, – наотрез отказался я. – Если у тебя есть желание приобщить меня к прекрасному, повтори свой фокус с выходом из образа. На это я готов смотреть хоть тысячу раз.

– Ничего не понимаю. То ты не можешь смотреть на обнажённое тело, то, наоборот требуешь этого.

– Лира, всё должно быть красиво!

– Но здесь важнее содержание, а не форма.

– Голая мысль тоже отвратительна.

– Хм, интересно рассуждаешь. Пойдём в холл, я хочу услышать реакцию остальных.

Лира оказалась права, в холле зрители разбились на группы и с жаром обсуждали увиденное.

– Восхитительно!

– Адам снова на высоте.

– Очень блёкло. По сравнению с предыдущей работой, эта никуда не годится.

– Я не узнаю его. Где его стиль?

– Напрасно, напрасно вы. Это просто новый взгляд на классический сюжет.

– Какая безысходность! Вы почувствовали?

– Глубоко.

– А где автор?

– Вы не правильно поняли… В общем, всё в таком духе. Лира столкнулась с какой-то женщиной.

– Лира, вы тоже здесь?

– Я не могла не придти. Я решил найти тихий уголок, чтобы не слышать всего этого.

Глава 7.

Мой путь лежал через холл в помещения, расположенные за сценой. Потащило меня туда конечно же любопытство. Так, от нечего делать, я шёл по запылённому коридору, заваленному останками декораций, и заглядывал в открытые двери. Здесь было удивительно пустынно. Я ожидал увидеть снующий персонал, актёров, костюмеров, но никого не было.

Я углублялся в полумрак помещений. В одной из комнатёнок я пощекотал себе нервы. В куче мусора что-то шевелилось. Благоразумно удалившись от этого места, я свернул в другой коридор, где, видимо, были гримёрные, потому что в этой части было и светлее, и чище. Я продолжил осмотр достопримечательностей. Не обнаружив ничего интересного, пошёл дальше.

В конце коридора я остановился рядом с дверью, за которой слышались голоса. Без каких-либо колебаний я поступил так же, как это сделал бы любой, оказавшийся здесь человек – стал совать нос не в свои дела.

Приоткрыв дверь, я стал разглядывать комнату, в которой друг против друга сидели двое. Один – неопределённого возраста обрюзгший мужчина с зализанными назад пепельными волосами, острые концы которых выступали из под мочек ушей. Он сидел, развалившись, лицом ко мне, и сладостным голосом что-то говорил, плавно жестикулируя толстыми волосатыми руками.

Его собеседник – явно несовершеннолетний, с прозрачным вихром на голове и выпирающими острыми плечами сидел на краешке кресла, спиной ко мне, и нерешительно возражал ему. Но первый только усмехался.

– Это вещь, поверь мне. Чумовая штука. И никаких головных болей потом. Сплошное удовольствие, – он выпучил глаза.

– Я понимаю, – закивал парень, – просто я…

– Я тебя прекрасно понимаю, – оскалился толстяк, показав редкие жёлтые зубы, – я тоже сначала настороженно отнёсся. Но это стоит того, – он развёл руками, – незабываемые ощущения. А вот то, что ты глотаешь, вредит желудку.

– Ты знаешь? – удивился парень.

– Я руководитель театра или нет? – рассмеялся тот.

– Я только дважды попробовал, – оправдывался парень.

– Ну и как? – толстяк торопливо пошмыгал носом.

– Мне не очень понравилось.

– Ещё бы! В них вдохновения не найти. Ладно, ты как хочешь, а мне не терпится, – он наклонился к столу, – насладиться прекрасными мгновениями… – пухлыми пальцами он взял нечто невидимое из маленькой коробочки и приложил к мягким тканям за подбородком. Парень подался вперёд.

– Теперь легонько нажимаем, – он блаженно закатил глаза. – А-а-а…

Толстяк жадно вздохнул и выпустил воздух сквозь зубы. Глаза его были закрыты. Он медленно соприкоснулся со спинкой кресла и провалился в неё.

– Адам, – дрожащим голосом позвал паренёк.

Тот с трудом разлепил глаза и посмотрел на него мутным взглядом. Потом качнул головой и сделал вялое движение рукой, после чего снова впал в оцепенение. Его глаза закатились, обнажив желтоватые белки. Парень взял такую же штуку, с помощью которой его товарищ отшвырнул себя в дальние дали, но она выпала у него из рук.

Он полез за ней на пол. Я резко распахнул дверь и вбежал в комнату, пытаясь остановить этого наивного придурка. Но было уже поздно. Парнишка сидел на полу в ногах у брюхастого и тихо тащился.

Я огляделся. Это был кабинет. Небольшая комната, заставленная всевозможным безвкусным хламом. Видимо сказывались сумбурные пристрастия хозяина – Воблинга, судя по всему. Чего тут только не было! Доисторический комод, втиснутый в угол, на котором скопился позапрошлогодний мусор. Заваленный бумагами и папками стол. Обглоданное кресло. Засаленные афиши на стенах. Чей-то пыльный портрет в стеклянной рамке. Статуэтки, книги, бутылки, газеты.

Я обнаружил дверь в смежную комнату и прошёл туда. Здесь Воблинг устроил библиотеку. Комната была очень узкой. Во всю стену тянулись стеллажи с книгами и журналами. А напротив голографического окна стояло кресло, напоминавшее плохо общипанного бройлера.

Я сел в него и стал смотреть на ночной город, запечатлённый на картине. Время от времени по изображению проскакивали светлячки-машинки или проносились поезда. Вид города успокаивал. Убаюкивал даже. Я расслабился, и чуть было не задремал, но внезапный звук, раздавшийся из-за двери, заставил меня мигом очнуться.

Я осторожно встал, и чтобы не издавать лишнего шума, осторожно подкрался к двери. Прислушался. В комнате кто-то был. Раздавались голоса. То, что я услышал, привело в движение мои колени – они затрепетали как листья осины на ветру.

– Просыпайся, скотина! – послышался звук пинка по мягкому телу.

– Это бесполезно, он тебя не слышит, – прокомментировал второй голос, лишённый ноток нервозности. – Сейчас от него мало проку.

– Всё из-за тебя! Если бы ты столько не прособирался, мы бы его застали вменяемым.

– Нашёл виноватого! Я сколько раз тебе говорил, что ему нельзя давать в кредит, – заметил второй. – Сам теперь и разбирайся с ним. Воблинг замычал.

– О, кажись, отходит, – обрадовался первый, – А ну, поднимайся!

– Ты так до вечера с ним пронянькаешься, надо самим искать, – сказал второй.

– Сейф закрыт, я проверял.

– Так найди ключ.

– Где я тебе его должен искать?

У меня перехватило дыхание. Ещё не хватало, чтобы они обнаружили здесь меня. Я стал метаться в поисках выхода. Но в библиотеке была только одна дверь – туда. Я решил забаррикадироваться. Стал отодвигать кресло, но оно оказалось прикрученным к полу. За дверью послышался шум.

С трудом справляясь с собой, я подошёл к стеллажу с книгами. Почему-то мне не пришло в голову, что стоит мне хорошенько дёрнуть и из него как горох посыпятся книги. Но в тот момент я плохо соображал и пытался придвинуть его к двери. Он не поддавался. Звуки за дверью стали усиливаться, поэтому я с двойным усердием стал ворочать шкаф.

Не знаю, на что я нажал, но он вдруг отошёл от стены. Я чуть не вскрикнул от радости. В образовавшемся проёме я увидел ступени, ведущие вниз. Я приложил все силы на то, чтобы увеличить этот проём и, с трудом протиснувшись через щель, побежал вниз. Времени оставалось слишком мало, ещё секунда и они обнаружат смежную комнату.

Теперь я осторожничать не стал и со всего духу понёсся вниз. Дополнительное ускорение моему движению придал слабый выстрел, раздавшийся наверху. В темноте я не разбирал ступеней и рисковал упасть и свернуть себе шею. Однако подобные мысли в этот момент меня мало беспокоили. А вот опасения, что знакомые Воблинга сами могут свернуть мне шею, могли легко превратиться в реальность.

Неизвестно сколько пролётов я преодолел. Уже стал рассеиваться мрак, и внизу замелькали тусклые лампочки. Казалось вот-вот я смогу избежать смертельной опасности, как наверху раздался топот кровожадной погони. Я побежал ещё быстрее. Лестница привела меня в широкий прямой коридор, слабо освещённый электричеством.

Не будучи легкоатлетом, я пробежал по нему стометровку так, что у меня в ушах свистел ветер. Финишем оказалась развилка. Я заколебался, но решил бежать направо. Едва повернул за угол, как услышал, что преследователи спустились с лестницы. Как я бежал, как бежал! Мне повезло, коридор снова изогнулся. Теперь, достигнув развилки, бандиты не увидят, в какую сторону я направился, и я смогу выиграть время и ещё больше оторваться от них, пока они думают.

И это надо сделать как можно быстрее, потому что в груди у меня уже вовсю плещется боль, во рту чувствуется привкус крови, а в боку сильно колет. Снова развилка. Я остановился, решая куда бежать. Прямо или налево? Решил бежать налево. Побежал и пожалел. Лучше вернуться. Но если вернусь, потеряю драгоценные секунды. И, о счастье! Впереди я различил дверь.

Я подбежал к ней и стал неистово дёргать её на себя. Потом от себя. Затем влево-вправо. Ничего! Она закрыта. Я чуть не заорал. Быстро побежал назад, чтобы успеть выбежать раньше их. И вот уже поворот. Я сбавил скорость. Остановился и посмотрел вперёд из-за угла. Со всех сторон коридор был пуст. Я побежал в ту же сторону, что бежал прежде. В боку кололо очень сильно. Слюна стала клейкой, дыхание рваным. Я начал сдавать. И как раз в этот момент появился он. Увидев меня, он победно закричал: