Леонардо Патриньяни – Мультиверсум (страница 41)
– Что-то пошло не так, капитан, да?
– Сколько я пролежал на полу? – спросил Алекс, пока они шли к раздевалке.
– Ну… секунд двадцать или тридцать… – Парень нахмурился. – Ты, случайно, не заболел?
«Нет, это не мог быть сон…»
Алекс не ответил и сбавил шаг, пропуская товарища вперед. Увидев, что к нему подходит судья, он поднял левую руку и отвернулся, как бы говоря: «Забудьте, со мной все в порядке».
Команда спускалась по туннелю в раздевалку, Алекс плелся последним. И вдруг у тренерской скамьи заметил свой рюкзак. Он закинул его на плечо и выскользнул за дверь спортзала, после чего поднялся по лестнице на второй этаж. Коридоры здесь были пусты. «Наверное, уроки еще не закончились», – подумал Алекс и побрел мимо туалетов и классов к лестнице, ведущей к выходу. А в голове его тем временем крутилось слайд-шоу всего, что он увидел после того, как потерял сознание. За двадцать, а может, тридцать секунд. Марко всегда говорил: «Время сновидений не имеет ничего общего с временем реальности».
Мэри Томпсон; пирс на Альтона-Бич; предоплаченная карта Марко; коробка с надписью «РАМКИ»; отец, прибивающий доску к окну; армейские фургоны; трискелион Дженни; рисунок астероида; котлован для торгового центра… Все это беспорядочно кружилось в голове. Ситуации, ощущения и предметы всплывали из глубин памяти в мельчайших подробностях. По дороге домой Алекс несколько раз запрокидывал голову, чтобы посмотреть на небо. Милан накрыло облаками, но это были обычные серые тучки, которые окутывают город зимой и покидают его весной.
Никаких следов астероида, никакого апокалипсиса.
Пожилая пара с любопытством наблюдала за парнем, который шел, оглядываясь по сторонам, в спортивной желто-синей майке и шортах, несмотря на то, что было всего лишь пять градусов тепла. Алекс не ощущал холода. Сейчас он испытывал только чувство отчужденности, от которого по телу временами пробегала нервная дрожь. Окружающие его явления действительности были столь же банальными, сколь и невероятными. Витрины некоторых магазинов уже украсили рождественскими огоньками. У пересечения виа Порпора и виале Ломбардия висела светодиодная надпись «С ПРАЗДНИКОМ». На улице царил привычный хаос, сопровождаемый музыкой клаксонов, когда на светофоре загорался зеленый свет. Старый добрый Милан – не больше и не меньше.
«Никакого мультиверсума не существует», – подумал Алекс перед домом номер 22 по виале Ломбардия, пока безрезультатно звонил в домофон. А, ну конечно, сейчас только середина дня, а значит, родители на работе. Логично, подумал Алекс, покачав головой, ведь конец света никому не грозил: банкоматы работали, интернет не отключили, люди спокойно работали. И в очередной раз за последние несколько минут он повторил про себя: «Я дурак», – и потер лоб.
Во внешнем кармане рюкзака, то есть на своем обычном месте, нашлись ключи.
Алекс открыл дверь подъезда и пошел вверх по лестнице, продолжая тереть лоб. Неужели он выдумал всю эту историю за тридцать секунд? Может, так оно и было, и в некотором смысле это очень даже хорошо. Земля не превратится в груду обломков. Но это означало, что Дженни не существовала.
Ни в одном из миров.
Алекс вошел в квартиру и мельком увидел мамину записку на комоде в прихожей.
– За тридцать секунд я успел увидеть во сне самую красивую девушку, которую когда-либо видел, и самую страшную катастрофу, которая только может случиться, – покачав головой, сказал он вслух с ироничной улыбкой на лице.
Но он помнил этот сон до мельчайших подробностей, каждую деталь.
«Ее не может не быть!» – подумал Алекс, вскакивая с кровати и садясь перед компьютером. Он включил его, подождал, пока загрузятся приложения, а затем набрал в поле поиска Google: Jennifer Graver Blyth Street Melbourne.
Глазами пробежал по первым ссылкам и сразу обратил внимание на страничку в соцсети. Мышка навелась на нее чуть ли не сама собой. Когда открылось фото профиля, Алекс оперся локтем о край стола и правой рукой откинул упавшую на лоб белокурую прядь.
– Я так и знал, – сказал Алекс, не в силах понять, был ли он счастлив оттого, что Дженни существует, или огорчен оттого, что все это вовсе не было кошмаром.
В личных данных девушки значились номер мобильного и адрес электронной почты. Алекс достал из рюкзака телефон и набрал номер.
Тишина. Гудки.
– Hello?
Молчание. Глаза Алекса закрыты. Глаза Дженни широко открыты и полны надежды.
– Алекс, это ты?
– Да, Дженни, это я. Значит, ты есть!
– Конечно. И я помню все, что с нами произошло.
Месяц спустя
Воздух был свежий, ветер – слабый, деликатный, солнце собиралось вот-вот упасть за горизонт, расписанный красно-оранжевыми мазками, исчерченный стаями птиц, которые гонялись друг за другом в барселонском небе.
Двухметровый парень проехал на роликах мимо Алекса с Дженни, когда они сворачивали с набережной в сторону мола.
– Здорово, что нас сюда отпустили! Это будут фантастические выходные! – сказала Дженни, сжимая руку Алекса, ее глаза сияли.
– И мне на этот раз не пришлось ничего придумывать, я просто попросил разрешения. До сих пор не верится.
Дженни улыбнулась и смущенно опустила глаза. Затем подняла голову и огляделась вокруг. Набережная была защищена с двух сторон рядами скал, а справа начиналась полоса песка, которая тянулась от района Вила Олимпика, где они сейчас были, к порту. Дженни уже видела эти места во время школьной поездки и хорошо их помнила.
– Знаешь, иногда мне кажется, что все мне приснилось, – сказала она.
– Да…
– Я больше не слышу твой голос у себя в голове. И живу так же, как и раньше.
Алекс кивнул и спросил:
– Ты, случайно, в этом месяце… не путешествовала? Прыжки в другие измерения, альтернативные реальности и все такое…
– Не-а. А ты?
Алекс покачал головой и нахмурил брови. У него был вид человека, задающего себе тысячу вопросов.
– Если это был сон, то как нам мог присниться один и тот же сон? – спросил он, останавливаясь, чтобы полюбоваться тонкой полоской солнца между небом и морем.
Дженни взяла его за руку и ничего не ответила. Они повернулись к морю спиной и пошли по причалу к набережной. Там они сели на скамейку и пару минут молчали, вдыхая воздух каталонского города, к ночи становившийся более колким.
– Знаешь, – продолжил Алекс, – я много думал об этом последнее время. Если история с астероидом – правда, то как объяснить, что реальность, в которой мы оказались, ничем не отличается от той, прежней?
– Точно. Каждое утро я хожу в свою старую школу, по субботам – на тренировки по плаванию с девчонками, которых знаю с детства, родители в порядке, и в доме ничего не изменилось.
– То же самое у меня в Милане. За этот месяц я не заметил ничего странного, все как было, так и есть. Но если мы спаслись от гибели и оказались в параллельной вселенной, где астероид не врезался в Землю, то, по идее, наша жизнь должна хоть чем-то отличаться от прошлой, ведь так?
Дженни задумчиво смотрела вдаль, а Алекс продолжал:
– Это подозрительно, это… Дженни? Ты меня слушаешь?
– Я? Да-да, конечно. Извини, у меня сейчас было что-то типа дежавю, хотя… Нет, ничего.
– И все-таки скажи.
– Нет, слушай, это невозможно.
– Что невозможно?
– Мне показалось, я увидела, как моя одноклассница кинула монетку тому уличному артисту. Вон там. – Дженни кивком указала куда-то в сторону. Алекс вытянул шею и посмотрел в указанном направлении. Вдалеке шеренга детей следовала за учительницей, а за ними виднелся смуглый парень, который строил своего рода песчаный амфитеатр сразу за низким парапетом, отделявшим пляж от набережной.
– Да, вижу.
– Ну, может, я ошибаюсь. Или все-таки это дежавю, потому что, когда мы пришли сюда с классом, моя подружка действительно дала евро парню, очень похожему на этого. Но, скорее всего, мне все померещилось.
Алекс с интересом выслушал Дженни, затем закатил глаза, будто размышляя над этим случаем.
– Знаешь, на самом деле со мной тоже случилось дежавю, когда я «очнулся» в спортзале. Я открыл глаза и понял, что лежу на полу, напротив баскетбольной стойки, потому что собирался выполнить штрафной бросок. Я был именно там, когда ты сказала, что живешь в Мельбурне. В начале всего этого… сна.
– Послушай, Алекс. У меня к тебе предложение.
– Какое?
– Давай перестанем об этом говорить. Кошмар, не кошмар, было как было или ничего не было – все это уже не имеет значения. Главное, мы здесь, вместе. Конец света не наступил, небо ясное, и, если этот плакат не врет, сегодня даже несовершеннолетние могут поиграть в казино!
Алекс улыбнулся и вскочил со скамейки, протягивая Дженни руку.
– Ты права. Тогда пошли веселиться!
Дженни послушно дала Алексу руку, он притянул ее к себе, обнял, и их губы соприкоснулись. Теперь они могли наслаждаться каждым мгновением, не опасаясь, что оно будет последним… В их распоряжении все время мира, по небу к ним не мчалась раскаленная каменная масса.
Взявшись за руки, они пошли к казино, полные любопытства и любви к жизни.
– Когда ты приезжала сюда с классом, ты там была? – спросил Алекс, когда они переходили улицу.
– Где?