Леона Хард – Мистер Х. Игры (страница 65)
Второй рукой вернулся к моей плоти, желая узнать мокрая я или нет. И тер медленно, до бесконечности мою набухшую, пульсирующую плоть, пока внутри не начало колоть от плотского голода.
Он собирался везде быть во мне. Языком во рту, сначала пальцами внутри плоти, а потом и возбужденным членом там же. Каждую часть тела забирал.
Я пальцами впилась в его локти, желая поранить острыми ногтями.
Это опасно. Очень опасно!
- Я даже в первый раз не так сильно тебя хотел! - вместе с признанием довольно легко поднял обнаженную меня на руки и отнес на диван. Бросил и выбил воздух из легких этим броском. Диван довольно узкий, одну мою ногу закинул на спинку, а вторую отвел в сторону. Сам устроился коленями между моих широко разведенных ног. Его взгляд голодный, сосредоточенный блуждал по телу, встретился с моими пьяными глазами, скользнул по черным завиткам между ног. Туда же направил руку, купаясь в моей влаге и подушечкой пальца задевая клитор. Я впилась пальцами в диванные белые подушки, готовая их разорвать или укусить. Лишь бы не кончить. Совсем не хотелось кончать в его руках.
Максим вынул член из под шорт и провел ладонью по всей длине. Налитый, твердый со смуглой нежной на ощупь кожицей. Внутри моей плоти заныло от ощущения, что он почти "там". А Максим не спешил, одной рукой меня гладил, а второй себя. Твердо держал в руке и водил по члену вверх-вниз. Вновь и вновь, пальцами одновременно рисуя узоры на моем лобке и на складках. Растягивал момент близости. Специально доводил и себя, и меня до полного срыва, чтобы только кровь пульсировала в ушах и сердце колотилось в груди, а больше ничего кроме этих важных и единственных звуков.
Всё! Не могу. Дальше некуда падать. И так я в бездне. В темной беспросветной бездне, откуда не выбраться, но попытаюсь.
Не знаю, искренне или нет, но удалось сделать так, чтобы на глазах стало мокро и с ресниц скатилась слезинка.
Собрала остаток сил и поставила ладони между нами, пытаясь держать с ним дистанцию. Закусила губу, будто готова заплакать. Не знаю насколько сработает. Возможно и не сработает. Вряд ли поведется на плохую игру.
- Максим, я не могу! – очень честно пыталась посмотреть на него. А тот не двигался, держа член в руке. - Макс, я не могу…не могу…
Отползла на локтях выше по дивану, выбираясь из-под давления мужского тела. Подальше от пальцев, которые ласкали. Присела, свела ноги и попыталась закрыться от всевидящих глаз. Прикрыла голую грудь. Сделала вид, как сильно готова заплакать. Заморгала, будто прогоняла слезы.
– Максим, пожалуйста. Я не могу сейчас с тобой…
- Ты боишься моих прикосновений? Я же сказал, если будешь послушной, то не буду больше наказывать. Мне это тоже не доставляет удовольствие.
Имел ввиду порку и насилие? Нет. Не боюсь вновь получить. Я уже с ним, что только не испытала.
Просто не хочу с ним спать. Не хочу, чтобы владел мной. Итак слишком долго брал, как хотел, и внутри всё противится близости с ним.
Я грустно кивнула и опустила взгляд, имитируя, как действительно страшно от его вида, дополнительно прикрыла грудь и плечи, будто замерзла.
- Дай время привыкнуть к мысли, что вновь принадлежу тебе.
- Сколько времени? – от удивления забыла, что надо продолжать корчить грустное лицо, вскинула взгляд на Макса. Хозяин убрал член и присел поудобнее.
Серьезно? Он серьезно? Даст время? Не будет торопить с сексом? Я где-то в другой реальности, а не обнаженная на его диване.
Сколько времени? Сколько времени? Желательно продержаться до окончания конкурса. Сколько впереди этапов два или три?
- Возможно два месяца хватит, чтобы успокоиться? - неуверенно предположила. От холодного голоса я занервничала, получив не тот ответ, какой хотелось бы:
- Неделя и ни днем больше.
- Месяц! – предположила вновь, наглея на глазах. – Я сама к тебе приду!
- Две недели! - безапелляционно оставил за собой последнее слова. Почти спокойно встал с дивана, разве что возбужденное состояние просматривалось через шорты и говорило о том, что он не спокоен. - Но лучше точное количество дней я обдумаю и позже сообщу.
Внезапно взял слова назад.
Я устало выдохнула и легла на диван, больше не прячась. Руки свесила с дивана и ноги выпрямила. Пальцами расчесывала волосы и успокаивалась, восстанавливала сердцебиение и смотрела на светлый потолок. Продолжала лежать пусть абсолютно голая, но чувствующая себя в безопасности.
Удалось. Я не ожидала.
Близость с Максом равнозначна моральной ломке. В такие моменты он лишает воли и самой себя.
- Одевайся пока я добрый и со сломанными ребрами!
Я поспешила одеться, после чего свободно вернулась к себе в общежитие. Без секса я для него только раздражитель. Невозможно находиться вдвоем в замкнутом пространстве.
Глава 41
Он еще спрашивает!? Дарить девушке нижнее белье, пожалуй, имеет право только законный парень.
Следом отправлено несколько желтых кругов-смайлов со смеющейся мордочкой и воздушным поцелуем, который должен долететь до меня сквозь экран и успокоить.
Он не хочет меня расстраивать? Не бывает таких парней. Просто не бывает. Почему же он такой милый? Заботливый...Влюбиться, что ли? Щелкнуть пальцем и по волшебству влюбиться. Прежде, конечно, развеять сомнения относительно его личности и мотивов поведения, а потом влюбиться. Не хотелось бы в нем разочаровываться.
После этого смс я отложила телефон на прикроватную тумбу, не желая отвечать. А может вру - желая, именно поэтому скрывалась от соблазна и убирала. В этом и состояла проблема я хотела с ним общаться и получать заботу, но одновременно боялась и не доверяла незнакомцу. Мистер х знал о моей любви к красивому нижнему белью. Поначалу, когда не догадывалась о слежке Максима, могла в комнате бесконечно мерить нижнее белье в ожидании совета от Мэри. Весело было!
Соседняя застеленная кровать подсказала о том, что Мэри не пришла ночевать. Возможно пряталась опять в отеле, где Максим снимал ей номер.
Максим...взяла подушку из-под головы и накрыла лицо и горько взвыла, заглушая рвущиеся эмоции. Ну почему? Почему он не оставлял в покое? Зачем спасал, зачем послушал и дал отсрочку? Если ты плохой, то будь плохим до конца.
Очень хотелось вцепиться в подушку зубами и ногтями и разорвать на пух и перья. Хозяева так себя не ведут, не учитывают желания куклы. Я скоро сойду с ума с его переменами настроения!
Не переставая думать о последней выходке Максима и о сорванном сексе, перед парами я приготовила яичницу. Желтую размером с блин, с красными половинками помидорками-черри вместо глаз, с грозными бровями-перьями лука и клыками, нарисованными майонезом. Я все-таки съела Дьявола, хоть и периодически возникало желание выплюнуть еду. Третий день без еды - это слишком даже для меня.
К концу недели я поняла одно — как и требовалось ожидать без секса я Максиму совсем не нужна. Ни одной смс, ни одного звонка, ни одной встречи за пять дней. Фыркнула, глядя на свое вроде как в общепринятом смысле «красивое» лицо в зеркало. И зачем нужна красота, если от нее только хуже. Будто ничего кроме нее во мне нет.
- А что ты ожидала, Катя? - щелкнула себя по носу в отражении стекла. - Ты всегда знала, что мужчинам нужно только одно. Чему удивляться?
***
POV Максим
В последние пять дней утро начиналось с ледяного душа до такого состояния, чтобы зубы начинали трястись друг об друга, а сердце словно в предвкушении смерти сильнее барабанило в груди. Обед продолжался там же, чтобы согнать пожар. Вечер заканчивался там же вплоть до легкой дрожи в теле. Одно дело, когда можешь взять в любой момент и совершенно другое, когда тебя заперли в клетке. Сколько не рычал, вырваться не давали, а добыча ходила мимо прутьев. Дразнила сладким запахом, видом и улыбкой раззадоривала на дополнительное слюноотделение, грозный рык и хищный оскал. Так и хотелось разогнуть прутья и вырваться из клетки, а потом добраться до нее и не отпускать. Доооолго. Бесконечно.
Ее игры и ожидание могли бы меня разозлить, но на удивление наоборот — находился в некоем предвкушении. А состояние постоянного возбуждения приятно успокаивалось мыслями о том, что же произойдет, когда срок в клетке закончится и я выйду ловить. Встречи пришлось исключить - находиться рядом с ней невозможно, запах волос и кожи возбуждал. Я даже в камеру не смотрел, вдруг переодевается в комнате. В пятницу посмотрел, а она читала книгу. Спиной лежала на кровати, ягодицами прикасалась к стене, на нее же закинула скрещенные обнаженные ноги.
Вряд ли Катя задумывалась, как выглядит поза. Слишком увлеченно держала на вытянутых руках книгу и читала. Юбка задернулась, приоткрывая край фиолетового нижнего белья. Фиолетовое. Прозрачное или не прозрачное. И вот это чуть приоткрытое белье раззадорило сильнее, чем толпа девиц сейчас в лепестке в развратных платьях, предлагающих себя любому мужчине, кто чуть красивее обезьяны.