Леока Хабарова – Сквозь Мрак (страница 8)
– Ты чего тут промышляешь? – строго вопросил Никлас. Руки он не подал: сама поднимется. – Подслушиваешь? Подглядываешь?
Пигалица сердито зыркнула на него, но напоролась взглядом на обнажённый торс, очаровательно зарделась и спешно опустила глаза.
– Я искала душ! – выпалила она и, вскочив, принялась собирать поклажу.
Полотенце, шампунь в нарядном розовом пузырьке, смена белья…
С последним Никлас ей помог: подхватил белоснежный предмет туалета и, криво ухмыльнувшись, протянул владелице.
– Женщины!.. – с чувством выдохнул он. – Странные создания! Ты отправляешься в аномальную зону, где запросто можешь погибнуть, но берёшь с собой кружевные трусики. Зачем?
Теперь пигалица вспыхнула, как сигнальный огонь.
– Не ваше дело! – Она сцапала бельё, развернулась и чуть ли не бегом рванула по гулкому цельнометаллическому коридору.
– Эй! – окликнул Ник. – Душевые в другой стороне!
Она не обернулась. Вот, глупая…
Ник пожал плечами и, насвистывая, потопал в отсек гигиены личного состава.
Крис
Это тип… настоящий стопроцентный хам! Зазнавшийся павлин! Самонадеянный наглец! Нахал!
Крис уронила голову на руки. Да как можно вообще было так её унизить? Зачем? За что?
– Папа… – Она вытащила из чемодана бережно завёрнутое в полотенце фото. – Я терплю этого бесстыжего грубияна только ради тебя!
Крис поставила рамку на узкую полку над койкой. Вот. Теперь порядок. А сейчас надо привести в порядок себя. Хотя бы чуточку. И выбираться из каюты ради этого совсем не обязательно: даже в самой безвыходной ситуации у любой порядочной девушки всегда найдётся носовой платок. А это уже – полдела!
Вообще, Крис планировала занавесить платочком маленькое круглое оконце – исключительно ради уюта! – но теперь придётся затею отложить. Увы!
Она смочила платок водой, вооружилась карманным зеркальцем и начала протирать лицо и шею. Когда добралась до зоны декольте, в дверь постучали… но дожидаться разрешения войти никто не стал.
Дверь распахнулась. На пороге, подбоченясь, стоял Холф. Чистый, гладковыбритый, с влажными ещё волосами, он пах одеколоном и какой-то особой залихватской дерзостью. Казённое вафельное полотенце Павлин перебросил через плечо.
Кристиана скользнула по нему взглядом. Что за мода ходить полуголым? Срамота!
– Обед через двадцать минут, – сказал так, будто никакой безобразной сцены в коридоре в помине не было.
– Благодарю вас, – ледяным тоном ответила Крис, продолжая обтираться.
– Вам не помешает освежиться.
– Этим и занимаюсь.
– Боюсь, платочка не хватит, – хмыкнул Холф. – Чтоб смыть усталость, нужен душ.
Кристиана с негодованием глянула на него. Какая, однако, глубокая мысль!
– Собирайтесь, – скомандовал новообретённый ведущий. – Я вас провожу.
– Благодарю, но это излишне: я найду дорогу сама.
– Возможно, – не стал спорить Холф. – Но на «Четыреста четвёртом» имеется маленький, однако весьма пикантный нюанс. – Он дождался, пока она поднимет на него взгляд и продолжил. – Здесь нет отдельных душевых для барышень. А двери на кабинках отсутствуют вовсе.
Кристиана почувствовала, что краснеет и разозлилась: что за нелепое свойство – краснеть по любому поводу?!
– Пойдёмте, – настойчиво повторил Холф. – Я покараулю вход в отсек, а вы спокойно сполоснётесь.
Крис медлила с ответом. Опустила глаза. Стыд и неловкость боролись с желанием выглядеть отдохнувшей и свежей на приёме у капитана. Как же быть?
– Торопитесь! –Холф вскинул руку и с нарочитой серьёзностью взглянул на офицерские часы. – Предложение в силе пятнадцать секунд. К тому же, мы – экипаж: страховать друг друга наша святая обязанность. Ну, что? Идёте?
– Да! – неожиданно для себя выпалила Крис и вскочила. – Только шампунь прихвачу.
Холф шёл впереди. Она – следом. Прямо как в небе. Кристиана насчитала на спине Павлина три шрама: один – косой и длинный – под левой лопаткой, второй, поменьше, в районе поясницы, а третий, похожий на звезду, справа ближе к шее.
Захотелось спросить, откуда у него эти отметины, но Кристиана сочла это неуместным и совершенно бестактным. Не хватало ещё, чтобы он думал, будто она рассматривает его спину!
– Пришли, – сообщил Холф, пропуская её вперёд.
Крис замерла на пороге. Павлин не соврал: в отсек мог войти любой, а тесные кабинки имели перегородки, но совершенно не имели дверей. Она никогда не отважилась бы тут мыться!
– Смелее! – подбодрил Холф.
– Я… – неопределённо протянула Крис, но тут же выпалила: – Сюда точно никто не войдёт?
– Даже если начнут ломиться, – пообещал Холф. – Не теряйте времени, мастрис. Не то передумаю!
Кристиана решила не испытывать судьбу и юркнула в пропаренную душной влажностью кафельную клеть.
Холф сдержал слово. Деликатно дождался, пока она закончит, а потом так же деликатно проводил её, чистую и свежую, закутанную в офицерский махровый халат (мужской и такой огромный, что подол волочился по полу, а рукава свисали), до каюты. Крис не знала, надолго ли хватит его деликатности, а потому предпочла не рисковать: коротко поблагодарила и отправилась переодеваться к обеду.
Она облачилась в строгую серо-стальную форму инструктора со знаком лётной школы на лацкане, собрала волосы в низкий пучок и сочла, что выглядит подобающе.
Холф ограничился форменной белой майкой, потёртой лётной кожанкой и казёнными портками-галифе унылого сизого цвета. Видимо, парадную форму с орденскими лентами он надевал исключительно для визитов на учебные аэродромы. Хотя… На балу в Доме Офицеров он, кажется, тоже был в ней… а сейчас не надел. Почему? Странный тип. Ох, странный!
– Угощайтесь! – Хозяйским жестом капитан Краус обвёл укрытый белоснежной скатертью стол. – Оцените по достоинству знаменитое флотское гостеприимство.
Крис смотрела на яства и не верила глазам. Картофель! Настоящий варёный картофель, поданный с солью прямо в кожуре. Где им удалось его достать? В последний раз она лакомилась картошкой в глубоком детстве. Ещё на столе обнаружились свежайший хлеб с хрустящей корочкой, масло, ломтики сыра, паштет, консервированные тепличные персики, сгущёнка и порционный офицерский шоколад. Великая роскошь!
– Милости просим. – Краус явно удовлетворился произведённым эффектом. Он вытащил запотевшую бутылку из ведёрка со льдом и ловко – с хлопком, но без выстрела – откупорил пробку. – Шампанского?
ГЛАВА 7
Ник
– Сложно поверить, что с мастером Данном стряслось такое, – Капитан сокрушённо качнул головой. – Да ещё накануне вылета! «Скворцы»…
– Ума не приложу, откуда они взялись в чистом квадрате, – признался Никлас.
– Роковая случайность, – вздохнул Краус.
– Не иначе. – Ник пригубил шампанское и бросил короткий взгляд на свежеиспечённую напарницу. Пигалица уплетала картошку. Одну за другой.
«Ваш напарник… Петер Данн… – сказала она тогда. – То, что с ним стряслось, не было случайностью. И я могу это доказать»
Скорее всего, пустая болтовня – чего ещё ждать от девчонки! Зачем вообще говорить такое? Неужели только ради операции? Но почему именно о Петере? Опять случайность? Или…
Никлас задумался так глубоко, что не заметил, как капитан Краус увёл разговор в иное русло.
– Лагерь вездеходов в сорока километрах к северу-западу, – вещал он, потягивая шампанское. – Там обнаружили новый источник. Выбросы испарений убийственные, зато конденсата хоть отбавляй. Начальство торопит с разработкой, но Мрак… – капитан осёкся.
– Что, «Мрак»? – Ту же подхватился Ник.
– Возмущения в последнее время заметно участились, – сообщил Краус. – Доходит до критических. Лунки открываются хаотично – не уследить.
Ник машинально метнул взгляд на напарника… но вместо цепких глаз Петера наткнулся на пигалицу, запихивающую в рот очередной картофан.
Мда-а-а… До чего чудная! Буквально час назад он корил себя за резкость, сопроводил в душ, чтобы хоть как-то загладить… Сейчас же засомневался. Учить её надо. И построже!
– Если так пойдёт дальше, о разработках придётся забыть, – продолжил Краус.
– Мрак непредсказуем, – сказал Никлас, краем глаза наблюдая, как пигалица тянется за добавкой. – Сегодня кипит от возмущений, а завтра тишина.