Леока Хабарова – Приказано влюбить (страница 7)
Сабитова не смогла сдержать улыбки, глядя, как боец в рекордные сроки умял великанью порцию залитого густой подливой картофельного пюре с парой внушительных котлет.
Хороший аппетит. Такими темпами "подарочек" наберет вес на раз-два, и справиться с ним будет уже не так просто.
Она покачала головой, заметив, что парень возюкает по тарелке кусочком ржаного хлеба, собирая остатки пюре, и поставила чайник на плиту. Чиркнула спичкой.
Как бы вилку не проглотил, артист.
Но вилку он не проглотил...
Когда Ленара обернулась, боец лежал лицом в стол, а на приоткрытых, стремительно сереющих губах, пузырилась пена.
=10. Старший лейтенант Ленара Сабитова
Сабитова рванулась от плиты к подопечному. Коснулась шеи, затем лба.
Твою ж мать!
Артур снял сразу, после первого гудка.
- Приезжай срочно, - коротко бросила Ленара. - У нас передоз.
- Еду, - сухо отозвался молодой эскулап, а она тут же набрала Степашу.
Здоровяк примчался с восьмого в течение пары секунд. Дверь открыл своим ключом и влетел на кухню вихрем.
- Бл@#дь! - выпалил он, оценив обстановку. - Твою ж мать!
- Вот и да то, - вздохнула Ленара.
- Врача вызвала? - Степашка кое-как подхватил бойца, взвалив на могучее плечо.
- Едет.
- Что дала? - спросил с такой серьёзностью, будто что-то понимал в психотропных препаратах.
- Азалептин. - Сабитова прошмыгнула вперёд и распахнула дверь в комнату.
Степан дотащил парня до кровати и осторожно уложил.
- Опасная х#%@ня, - заявил напарник. - С этой дряни загнуться недолго.
- Откуда знаешь?
- От верблюда, - буркнул Степан и сунул бойцу под голову подушку. - Я сам воевал. А потом два месяца на реабилитации чалил. Так что в теме.
Ленара глянула на коллегу.
Вот это поворот! Кто бы мог подумать...
Наверное, Котов мог. Поэтому и направил к ней в напарники именно Степана, с которым до этого она по службе вообще ни разу не пересекалась.
Так, или иначе, но сейчас Ленара была искренне рада, что он рядом.
А уж когда через пятнадцать бесконечно долгих минут в дверь позвонил Артур - окончательно воспряла духом: кто-кто, а уж он точно не даст парню помереть.
Иначе у него вся диссертация прахом пойдёт.
Доктор приехал не один, а с компанией санитаров. У них имелось много всяких медицинских прибамбасов, включая капельницу, портативный дефибриллятор и даже кислородный баллон для дыхания.
Захочешь - не сдохнешь.
Комната мгновенно утонула в больничных запахах и суете. Носатый эскулап коротко и громко, словно лихой капитан-корсар, раздавал чёткие указания.
И первое, что он сделал: выгнал Ленару и Степана в коридор.
- Чаю хочешь? - предложила Сабитова напарнику.
Здоровяк как то странно глянул на неё, залип на мгновение, но всё же пожал плечами и бросил:
- Давай.
- Как вы ухитрились такое допустить? - Улыбка, несомненно, шла носатому доктору куда лучше хмурых бровей, глубокой морщины на лбу и пены у рта. - Вы чуть не погубили его! В первый день! В первый же, чёрт побери, день! Какой вы после этого профессионал, а?
- Чаю? - Ленара протянула ему белобокую чашечку на блюдечке.
- Вы меня вообще слушаете? - Артур всплеснул руками. Чёрные глаза его метали молнии.
- А вы вообще имеете право повышать на меня голос?
Как же быстро мы снова перешли на "вы", уважаемый доктор...
- Ваша ошибка едва не стоила человеку жизни! - выпалил он, но Сабитова и бровью не повела.
- Это ваш почерк? - Она сунула записку прямо под колоссальный эскулаповский нос.
- М-мой... - Молодой врач растеряно уставился на кривоссальные строчки, расшифровать которые было бы не под силу даже опытному криптографу. Буквы то плясали, то лежали плашмя, украшенные фееричными загогулинами к месту и не к месту.
- Чудесно. - Ленара сложила руки на груди. Нахмурилась. - В таком случае, все ваши претензии совершенно необоснованны.
И можете благополучно засунуть их себе в жопу. Да поглубже.
Артур набычился. Ноздри горбатого носа трепетали.
- Той ночью, накануне выписки бойца, вы снабдили меня подробными инструкциями, - сказала она, припечатывая Артура Абрамовича взглядом к месту. - Как в устной, так и в письменной форме. И я всего лишь следовала вашим указаниям. Вот.
Она протянула тёмный пузырёк.
- Можете пересчитать, если хотите (Если заняться нечем). Не хватает ровно одной таблетки.
Доктор Шрай взял склянку трясущейся рукой. Поправил очки. Сморщил лоб... и что-то в его взгляде заставило Ленару насторожиться. Основательно так, даже под ложечкой кольнуло.
Он что-то заметил. Но что?
- В-видимо, у Евгения индивидуальная непереносимость препарата. - Артур быстро сунул пузырёк в карман белого халата. - Думаю, кое-что из курса придётся исключить... эээ... от греха подальше.
О как запел! Интересно-интересно...
- Вам виднее, Артур Абрамович, - елейно промурлыкала Сабитова.
Молодой доктор пошёл пятнами и потупил взор.
- Прости, - прошептал, заливаясь краской по самые уши.
- Прощаю, - серьёзно, без малейшего намёка на улыбку ответила она и подошла к окну. Далеко внизу Артура ждали санитары. Один, тот самый, со сломанным запястьем, флегматично слонялся вокруг скорой, двое курили и о чём-то ожесточённо спорили со Степаном, размахивая руками... - Скажи лучше, как там наш пациент?
- Могло быть и лучше, - вздохнул молодой психиатр, гипнотизируя чашку с чаем. - Но и хуже тоже могло.
Сабитова скривила губы и фыркнула.
- Ты... ты молодец. - Эскулап охрип, и мягкий голос его приобрёл какой-то особый брутальный шарм. - Быстро среагировала. Ещё бы чуть, и...
"И не видать мне капитанских погон, как своих ушей", - додумала Ленара, а вслух сказала:
- Что теперь?
- Будем ждать, когда очнётся, - сказал Артур и всё ж таки сделал глоток порядком остывшего чая.