Леока Хабарова – Охота (страница 2)
– Шнурок зацепился за сраную ветку. – Коган прекратил поиски и вылез из кабины. – В жопу её. Пошли.
Ястреб кивнул. Дал знак, чтоб двигались молчком и указал каждой группе нужное направление.
Идти пришлось долго. Продираться сквозь непролазные заросли – сомнительное удовольствие. Ястреб орудовал мачете, прислушивался к каждому шороху и поглядывал на карту. Билли шёл след в след.
Высоко в ветвях пронзительно орали макаки и попугаи, стрекотали неугомонные цикады, вспархивали потревоженные куропатки, по могучим стволам змеились лианы, топорщились гигантские лапы папоротника. Странный, живущий своей жизнью зелёный мир, в глубинах которого притаился колдун.
Колдун... Вот же бред. Кто нынче верит в колдунов? Наивный деревенский простачок Билли?
Интересно, что очкастому обсосу на самом деле понадобилось от чёрного парня? "Отказался сотрудничать", – так он сказал. Похоже, не только отказался, но и дал дёру. Не выдержал экспериментов? А может, увидел чего лишнего. Или сболтнул. Всё возможно. В любом случае, взять его просили живьём. Поэтому...
Первым хижину заметил Билли.
"Там", – показал он, и Ястреб сощурился, всматриваясь в зелёное марево джунглей.
Глинобитная, крытая пальмовыми листьями хибара утопала в зарослях, и разглядеть её было практически невозможно. Домишко кренился на бок, точно налакавшийся пьянчуга, и косые стены его крошились, покрываясь выщерблинами.
Ястреб бесшумно спустился с пригорка, залёг в овражек и, закинув в рот жвачку, вооружился биноклем. Хижина признаков жизни не подавала, а видеть сквозь стены не умел даже супермощный тепловизор.
Ястреб лежал и глядел. Билли делал то же самое, только смотрел через оптику винтовки.
Наблюдение результата не дало. Надо было действовать. Ястреб прилепил жвачку к стволу ближайшего дерева, знаком велел Билли прикрывать и двинулся вперёд.
Шёл тихо, словно кошка: ни одна ветка не хрустнула под берцем, и даже роса с кустов не сбилась.
К хижине подобрался с тыла. Осторожно обошёл нелепое, лишённое окон строение, затаился и внимательно вслушался в тишину. Выждал.
Никого.
Ястреб осторожно сдвинул стволом засаленную тряпку, которая занавешивала вход. В нос ударил мерзкий смрад: ядрёная смесь разлагающейся плоти, крови, мочи, звериных и человеческих фекалий и бог знает чего ещё. В зловонном полумраке басовито жужжали толстые зелёные мухи.
Ястреб скосоротился и вскинул руку, сжав пальцы в кулак. Билли примчался мгновенно.
– Топаешь, как телок. – Ястреб наградил его подзатыльником.
– Так ведь нет никого... – начал оправдываться парень.
Ястреб сплюнул под ноги.
– Если бы кто был, тебя бы уже на том свете архангелы встречали.
Парень виновато понурился.
– За мной, – бросил Ястреб и нырнул в проём. Билли шагнул следом.
Вонь и мухи оказались мелочью. Вся хижина была битком набита иссохшими трупами опоссумов, крыс и мангустов, под потолком висели гирлянды дохлых летучих мышей, в углу громоздилась целая гора собачьих голов – не черепов, а именно голов. Свежеотрубленных. Змеиные шкуры, лягушачьи лапы, крокодильи зубы, обезьяньи черепа... Чего тут только не было!
– Что за хрень... – прохрипел Билли. Он заметно побледнел, и Ястреб всерьёз опасался, что парень вот-вот блеванёт.
– Осмотри всё снаружи, а я проверю здесь, – приказал он, и снайпер с облегчением выскочил на воздух.
Ястреб хотел закурить, но не рискнул. Склонился над двумя плотно сколоченными ящиками. Самопальный стол был завален всяким зловещим дерьмом, заставлен мутными склянками и покрыт странной сероватой пылью. Ястреб собрал её на палец и поднёс к носу. Пахло тленом. Среди лоскутов ткани, сломанных булавок, иголок, человеческих зубов и обрезанных ногтей, ветоши, пуговиц, напёрстков и прочей ерунды рубашкой вверх лежала замусоленная карта. Всего одна.
Ястреб перевернул её и нахмурился: на белом коне ехал закованный в воронёные латы всадник с черепом вместо лица. В руке он держал стяг с белым цветком на чёрном поле.
Что бы это значило?
В банке из-под джема что-то копошилось. Ястреб опрокинул её, высыпав содержимое, и на столе конвульсивно задёргались опарыши, среди которых темнела...
Пуля. Пуля с припаянным ушком для шнура. Прям как у Когана.
– Босс! – оклик заставил вздрогнуть. Ястреб зажал трофей в кулаке и обернулся.
– Докладывай.
– На деревьях знаки, – выпалил Билли.
– Что ещё за... – начал Ястреб, но на поясе затрещала рация. – Приём!
– Йастреп! – судя по голосу, Ольгерд был доволен, как слон. – Мы найти убежище этот засранцец. Старый ветхий лачуга с много много странные вещи внутри. Есть что смотреть!
Ястреб смолчал. Медленно обводя взглядом зловонную хижину. Стало быть, есть ещё одна?
– Хей, Йастреп! Приём. Приём!
– Да... – Ястреб вынырнул из раздумий и повёл плечом: под ложечкой противно кольнуло. – Давай координаты.
2
Хижина лежала в пяти милях к северу. Она оказалась точной копией первой. Такая же вонючая, зловещая, покосившаяся и мрачная. Только мух здесь жужжало не в пример больше: в самом центре стола возлежал здоровенный бычий язык, приколоченный к столешнице длинными гвоздями.
Ястреб внимательно поглядел на товарищей.
– Мы ничего не трогали, – сказал Алекс.
– Осмотрели тщательно?
– Насколько васможно, – отозвался Ольгерд.
– А что в том ящике? – Ястреб кивнул в угол.
– Тохлые котята. – Рыжий скандинав развернулся к выходу. – Йа курить.
– А я говорил... – протянул Алекс. – Не к добру это всё. От лукавого.
Ястреб смерил русского долгим взглядом.
– Тебе ли бояться, Ал, – сказал он. – Ты слишком много повидал, чтобы всерьёз опасаться дохлых котят.
Миротворец выразительно посмотрел на него, и Ястреб понял всё без слов.
– Билли, – кликнул он, и снайпер, увлечённо разглядывающий подвешенных к потолку голых пластмассовых пупсов, вздрогнул, вытягиваясь по струнке. – Выйди.
– Но...
Повторять Ястреб не стал: взгляда хватило. Парень проследовал за Ольгердом.
– Говори, – велел Ястреб, когда они остались одни.
– Вот. – Алекс вытащил из кармана тряпичную куклу с глазами-пуговицами. – Она набита землёй и червями.
– И что?
– Вот что. – Миротворец перевернул находку. К тряпичной башке грубыми стежками был пришит густой русый локон, перетянутый чёрной резинкой. – Узнаешь?
Ястреб узнал. А в кармане лежала пуля Когана...
– Дерьмо, – глухо выцедил он.
– Вот и я о том же, – кивнул Алекс. – Чёрт с ними, с деньгами. Шкура дороже. А душа и подавно...
Он перекрестился и трижды плюнул через левое плечо. Ястреб криво усмехнулся.
– Хочешь, чтобы я испугался сраного ниггера? Очнись, Ал. Нас шестеро. Мы – профессионалы. Охотники. А он – жертва. Запомни это. Поверь, мы славно повеселимся, гоняя черножопого по джунглям. А когда сдадим его очкарику, отправимся на Гавайи. Будем пить ром и трахать мулаток.
Алекс посмотрел с сомнением.
– Как скажешь, – буркнул без особого энтузиазма.