Леока Хабарова – Хозяин Седых холмов (страница 2)
До Предгорья добирался знакомой дорогой − через Валдухов хутор и Безымянку, а потом свернул на восток, взял к северу и почти сутки ехал вдоль пахотных угодий, которые вскоре сменились густыми, усыпанными багрянцем и золотом, лесами. На третий день леса заметно поредели. По обеим сторонам большака раскинулись Тухлые топи. Мутно-зелёные, заросшие мхом, тростником и водянкой, они нагоняли тоску. А несло с них так, что хотелось выблевать всё, что в желудке. На очередном постоялом дворе Яромир купил за медяк полдюжины крупных головок чеснока и дорогой пожёвывал, чтобы хоть как-то отбить болотную вонь.
− Ох, ну и ядрён душок! − скривился Марий, когда он закинул в рот очередной зубчик. − За версту несёт. Начинаю понимать нежить: к такому аромату на арбалетный выстрел не подойдёшь − с ног сшибёт. Бедная Люсинка. Ты не оставил ей и шанса!
Яр фыркнул − страдания похотливой вампирицы заботили мало − и послал Каурую лёгкой рысью.
Сразу за трясиной начиналась Пустошь. Безжизненная и бескрайняя, задубелая, северной оконечностью она упиралась в Лысые горы, за которыми белело скованное льдами Лютое море.
Да-а… Сколько Яр себя помнил, здесь всегда было холодно…
Путевой указатель неумолимо кренился к земле, но то, что удалось разобрать на истёртой деревяшке − радовало.
Семь с половиной вёрст. Всего лишь семь с половиной.
Очередной порыв ветра чуть не выбил из седла. Каурая заплясала, фыркнула, застригла ушами. Яр ласково похлопал кобылу по шее. Вымоталась, бедолага. Хотя он берёг её, как мог: давал роздых при первой возможности.
− Ничего, потерпи. Немного осталось, − ободрил он мохноногую подругу и прищёлкнул языком.
Кобыла медленно двинулась по каменистой тропе, а Яр погрузился в раздумья. Он снова и снова прокручивал, что и как скажет Великому Мастеру. Как объяснит своё отсутствие и обоснует возвращение. Яромир тщательно обмозговал каждую фразу, однако, когда вдалеке показались Гильдейские казармы, под ложечкой противно засосало: врать человеку, который тебя выпестовал очень и очень сложно.
Ледорез повёл плечом. Не время для сомнений. Снеженика − его женщина. Названная супруга. И он не собирается сидеть на пятой точке, зная, что ей грозит опасность.
Марий искоса глянул на него и ухмыльнулся. Яр мысленно послал его лесом и пришпорил Каурую.
Семь вёрст. Это не так уж и много.
***
В чертоге пылало аж целых три очага, и в свете пламени лицо Мастера казалось высеченным из камня. Крупный нос с едва заметной горбинкой, тяжёлый − хоть гранит кроши − квадратный подбородок, плотно сжатые тонкие губы и кустистые брови над холодными, блёкло-голубыми глазами. Он, как и другие наймиты, не носил бороды, зато мог похвалиться длинными свисающими усами. Мастер рано начал терять волосы, а потому регулярно выбривал голову, оставляя лишь соломенную прядь на макушке.
Он долго смотрел на Яромира. Долго и внимательно. Прямо сверлил взглядом. А потом резко шагнул вперёд и обнял, крепко притиснув к себе.
− Я знал, что ты вернёшься. − Он отпустил его и хлопнул по плечу. − Иначе и быть не могло.
Ледорез промолчал.
− Присядь, − Мастер жестом указал на стул с резной спинкой. − Испей мёду. Обогрейся.
Яромир сел. Плеснул в чашу ароматного варева. Глава Гильдии тоже наполнил кубок и устроился напротив.
− Ты напряжён, − сказал он. − Ждёшь вопросов?
Конечно, Яр ждал вопросов. Мало того, он даже прикинул, какими они могут быть и заранее придумал ответы.
− Выдохни. − Мастер отставил чашу и сцепил пальцы в замок. − Я не собираюсь тебя допрашивать. Мне хватает того, что ты жив и вернулся.
Марий, расположившийся у очага, метнул на Яромира быстрый взгляд. "Слабо верится", − говорили глаза друга.
Да уж…
− Я даже панихиду по тебе заказал. Траур объявил. Неделю не мог ни есть, ни спать, изводился… Корил себя, что позволил тебе отправиться в Холмы. Знал ведь, что… − он запнулся. Понурился. − Ты же мне как сын, понимаешь? − Мастер смолк, видимо ожидая реакции. Но так и не дождался. − Крепко тебе досталось?
− Хватило, − уклончиво ответил Ледорез и пригубил медовухи. От ядрёной сладости запершило в горле. Пришлось прокашляться.
Мастер понимающе кивнул.
− Ты изменился, − продолжил он. − Стал другим. Это бросается в глаза. Хозяйка хотела тебя сломать? Пытала? Мучила? Издевалась?
Хороший вопрос…
В ночь перед отъездом − а точнее, ближе к рассвету − Снеженика заковала его в те свои чародейские кандалы и вытворяла такое, что…
От воспоминаний о "пытках" предательский жар мгновенно опалил щёки, и Яромир спешно отвернулся, уставившись в огонь.
− Не хочу об этом говорить, − сказал глухо, а Марий хохотнул. Вот же… ерохвост невидимый [1].
− Сукина дочь… − выцедил Мастер и, нахмурившись, жахнул кулаком по столу. − Я знал… знал, что она пытками вынудила тебя служить ей. Паскудная тварь! Придушил бы гадину. Собственными руками придушил бы! Но… − Глава тяжело вздохнул. − Теперь она нужна живой.
Полумесяц напрягся, словно охотничий пёс, учуявший лиса.
− Вот оно, − прошептал покойный товарищ. − Давай. Спрашивай. Только, смотри не переусердствуй, не то спугнёшь.
− Кому? − Ледорез подлил мёду, но пить не стал. Откинулся на спинку и поиграл кубком, изображая праздный интерес.
− Тому, кто готов платить, − уклончиво ответил Великий Мастер. − Ты знаешь правила, Яромир. Если заказчик предпочёл остаться неназванным − я бессилен.
Он красноречиво развёл руками. Яр красноречиво промолчал. Осушил чашу, со стуком поставил на стол и крякнул. Он знал, что сейчас произойдёт. Не сомневался даже.
И не ошибся…
− Я тщательно изучил доносы Ловкача, − проговорил Глава Гильдии и огладил длинные усы. − Похоже, ты неплохо освоился в Рубежном лесу.
− Есть чутка.
− Не ерепенься. − Голос Мастера звучал спокойно, но льдистые глаза недобро сверкнули. − Дослушай.
Яр скрипнул зубами. Набычился. Воспоминания резанули тысячей острых ножей.
Рука под столом сжалась в кулак.
− Остынь, − осадил Марий. − Сейчас важно другое. Держи лицо. Терпи. Он купится, вот увидишь.
− Это задание станет пиком твоей службы, Яромир, − Мастер говорил тихо, а смотрел цепко. Прямо как кот на мышь. − Выкради Хозяйку Седых холмов, и я объявлю тебя своим преемником. После моей смерти ты возглавишь Гильдию… сынок.
− Назови имя, − потребовал Ледорез, зеркаля жёсткий взгляд.
− Нет, − отрезал Мастер.
Фыркнув, Яр развалился на стуле, скрестил руки на груди и криво ухмыльнулся.
− Тогда отказываюсь.
Льдистые глаза потемнели. На массивной челюсти заходили желваки. Яромир удовлетворился реакцией и заговорил снова.
− Я полгода служил Хозяйке, − он тщательно взвешивал каждое слово. − Она до сих пор мнит меня своим порученцем. Никто из первой пятёрки не сможет подобраться к ней ближе, чем я. Никто и никогда. Даже Ловкач. Я − единственный, кому под силу её взять. И я сделаю это. Если назовешь имя.
− За такую цену можно обойтись без имени, − Мастер смягчил тон. Решил, видать, зайти с другого краю. − Заказчик сказочно богат. Он тебя озолотит.
− Пусть засунет золото в зад. − Ледорез подался вперёд, сощурился и понизил голос. − Назови имя или ищи другого исполнителя. От желающих, небось, отбоя нету? Наверняка за дверью очередь выстроилась, так невтерпёж сгинуть в заклятых чащобах.
− А ты действительно изменился… − проговорил Глава, и, шумно вздохнув, махнул рукой. − А, чёрт с тобой. Подписывай ряд [2], и…
− Нет, − перебил Ледорез и глянул так, чтобы стало понятно: спорить бессмысленно. − Сначала − имя.
1. Ерохвост − задира, насмешник.
2. Ряд − договор, контракт.