Лео Сухов – Жертвы жадности. Беззаконие и отвага (страница 6)
– Злые вы… Такого красавца им показываю! – обиделся я уже всерьёз.
– Ладно, прости! – сдалась Ира. – Просто не доставай пока…
– Да что с вами такое? – спросил я, глядя, как Бамбина причитает над стонущим Барэлем.
Кадет пытался ей объяснить, что ничего страшного в укусе нет, и завтра все пройдёт – но девушка его явно не слушала. Надо же… Бравый «гвардеец» осаждал эту крепость долгие дни, но получал от ворот поворот. Получается, надо было сразу искать шершня и заставлять себя кусать! Неприступная крепость пала – и это было понятно даже Клопу, который вышел посмотреть, что здесь происходит.
– Ничего… – Ириного ответа я уже и не ждал, но он всё-таки последовал. Однако так ничего и не объяснил.
Вечером тайна раскрылась. Я всё-таки нашёл в себе силы принести морковку Ире, но у центрального костра её не застал. Она сидела на краю обрыва со стороны моря и целенаправленно напивалась.
– Кажется, я опять не вовремя, – заметил я, присаживаясь рядом.
– Филя, ты человек такой… Ты всегда не вовремя… Это просто надо принять и смириться, – ответила девушка.
– А ты алкоголем в глаза себя не плескала? – спросил я. – Или ты тут ревёшь втихую?
– А ты ничего не заметил? Например, что все девушки были расстроены? – спросила она.
– Я заметил, что вы третий день нервные и злые… А вот причину до сих пор не знаю.
– У всех девушек раз в двадцать восемь дней случаются такие дни… Особенные… Мы же не просто так у вас кожу просили…
– Оу! – вот тут до меня и начало доходить, какой момент все мужики упустили из виду.
– Да… Но особых дней нет и не будет. Сегодня вечером система высветила сообщение, что эта функция у женщин в игре не работает… Нет месячных, нет детей… Вот так…
– А ты хотела тут детей завести? – не на шутку удивился я.
– А я только тут и могла бы… – ответил Ира, всхлипнув. – Я очень надеялась… Тут же ноги отрастают. Так, может, и бесплодие моё поправили бы…
– Может, ещё и поправят? – спросил я. – Слушай, ну не вечно же будет игра длиться…
Ира не ответила, продолжая смотреть на море и прикладываясь к фляге.
– Ладно, морковку я тебе завтра принесу… – сказал я со вздохом. – Не грусти. Придумаем что-нибудь…
Вот только что? Я вдруг отчётливо понял, что кое-что всё-таки не понимаю. Положим, игра рано или поздно закончится. Однако вот вопрос: а отправят ли нас домой? Вернёмся ли мы когда-нибудь на Землю? Вот что я помнил про договор? Да ничего… Всё важное нам написали «мелким сеанским шрифтом». Всё, что мы читали на родных языках – не имело никакого смысла. Кто мешал вписать на том же сеанском, что мы все должны умереть в конце? Или, может, назад отправят только победителя, но куда тогда денут проигравших? А что если всё это никогда не закончится? Да только что я могу с этим поделать?..
С такими невесёлыми мыслями я и отправился спать.
Глава 3. Осторожно: хомяк!
Ночью пошёл дождь. Нет… Ночью пошёл душ!.. Тоже нет. Хляби небесные разверзлись этой ночью!.. Фигня… Кто не был под тропическим дождиком – тот не знает, что это за глобальная катастрофа.
Надо отдать должное домикам – они выдержали. В паре мест с потолка, конечно, капало, и на земляном полу скапливалась лужа. Но я свою лежанку уже давно поднял над полом сантиметров на пятнадцать, так что лужа мне была не страшна. А вот опустившаяся температура – это была беда…
За весьма короткое время потоки воды с неба успели охладить воздух настолько, что меня буквально трясло от озноба. И Иру трясло… Кстати, что она у меня дома делает?
– Извини, твой «склеп» был ближе всего… – виновато ответила она на удивлённый взгляд.
Если Ира вечером и напилась, то холодный душ быстро выбил хмель из головы.
– Да, теперь у меня тут и вправду «склеп». Холодненький! – согласился я, поднимаясь и выглядывая наружу.
Костёр ожидаемо потух. Однако не всё было потеряно! Лежащая рядом куча дров хоть и намокла по верхам, но нижние дрова ещё оставались сухими. И как раз сейчас близнецы доставали себе с самого низу те, что посуше. Набравшись сил и решимости, я тоже рванул под дождь: добывать дрова.
Вернулся я, ожидаемо, мокрый насквозь. Зато в руках у меня были относительно сухие толстые поленья. На полу, в центре, где было не так влажно, я начал разводить огонь, а Ира камнем отбивала тонкие лучинки, чтобы помочь костру разгореться.
Наша война с дубаком продолжалась ещё минут двадцать. Удивительно, что стимул может сделать с человеком. Это был мой личный рекорд по разведению костра трением деревяшек. Руки, правда, я в кровь стёр, но посплю – и всё пройдёт. Зато очень скоро в домике горел небольшой, но тёплый костёр. Вход я прикрыл специально приготовленной «занавеской» из травы. Дым же уходил через отверстие в крыше, прикрытое от дождя шапочкой из листьев.
– Покажи руки! – Ира пресекла мои вялые возражения, что «завтра пройдёт», и подвела к выходу. После чего заставила отмыть ладони и пальцы под дождём.
– Да зачем? – упорно не понимал я.
Ира обняла меня сзади, и внезапно ответ стал понятен. Просто у неё был план, в котором грязные руки – это лишнее. Как и одежда…
– Шумная ночка, красавчик! – выдохнула она мне на ухо. – Не хочу упускать такую возможность…
А уж я-то как не хочу!..
– Там у Кира есть серый шарик с позами из камасутры…
Ира решительно развернула меня к себе и заткнула губы поцелуем, чтобы лишнее не болтал и с настроя не сбивал. Я провёл руками по спине девушки, спускаясь всё ниже. Кожа у Иры была гладкая и на удивление мягкая. Девушка задрожала от прикосновений, и…
– В домике! – прошептали мы хором, вспомнив про очень полезную функцию.
Лежанку мы всё-таки сломали. Не была она приспособлена для того, чтобы на ней вот этим вот занимались… «Вот этим вот» тут вообще было негде заниматься! Всё насквозь просматривается и прослушивается – не в лес же ходить… Хотя и такое случалось: как-то мы случайно спугнули одну парочку во время рейда. Дождь лил полночи – и, думаю, мы с Ирой были не единственными, кто потратил это время с пользой. Во всяком случае, некоторые люди в посёлке утром выглядели, как минимум, невыспавшимися. Один только сбрендивший планетоид отличался завидным постоянством.
– Я птицею вниз улечу-у-у-у-а-а-а!..
Мы с Ирой проснулись раньше. Костёр, что обогревал нас, потух – и сквозь траву и листья в домик снаружи пробрался холод. Ира успела сбежать ещё до побудки – видимо, не хотела, чтобы кто-то узнал, где она провела ночь. Жаль… Девушка мне нравилась, но я понимал, что уж слишком я сложный для неё персонаж… Да и разница в возрасте у нас с ней имелась, и не в её пользу… Хотя какой тут в игре возраст?! Даже Саша успел омолодиться лет на пять…
Этим утром туман был ещё гуще, чем вчера. Он клубился даже на нашей возвышенности. Пляж и лес до самых крон скрылись в белесом мареве. Нижний посёлок тоже исчез из виду, но, судя по первым столбикам дыма, не захлебнулся в воде за ночь. Последние угли из моего костерка позволили разжечь большой костёр снаружи и согреться. И украдкой пробегающая из домика Барэла Бамбина, конечно, могла думать, что я был слишком занят розжигом, но Филя глазастый, Филя – всё видит…
Когда к костру вылезли дрожащие близнецы, я уже дожаривал мясо, нашпигованное морковкой.
– Опять морковь! – поморщился Толстый.
– Ну её зачем в мясо? – удивился Вислый.
– За витаминами! – наставительно сказал я. – Вам не надоело одно мясо есть?
– Нет!
– Никогда!
– Мы мясоеды!
– Овощефобы!
Близнецы не изменяли себе, а ведь взрослые уже люди…
Завтракали мы при ярком солнышке, решившем немного прогреть наш насквозь мокрый мир. Задумавшись, я смотрел на море – и только поэтому заметил плот Харчика, быстро идущий вдоль берега со стороны Лосевки.
– Так-так! – задумчиво проговорил я, привлекая внимание Саши и Борборыча.