Лео Сухов – Тьма. Том 9 (страница 47)

Так или иначе, план был принят, и стартовали «верховые» поиски дверей. Теперь по мере обхода города Андрей и Федя подмечали самые высокие здания. Лучше всего, конечно, было бы взглянуть с крыши храма…

Но вот в чём проблема: скалолазов среди нас не было. А обыскивать храм в поисках лестницы, слушая при этом ехидные советы Тьмы… Вряд ли, в общем, этот вариант приведёт к успеху. Да и необязательно, что лестница где-то в огромном храме сохранилась. Лестницы — штуки не такие прочные, как стены.

Поэтому искали именно высокие дома, с которых открывался хороший вид на улицы и внутренние дворики. Конечно, масштаб обзора всё равно оставлял желать лучшего, но так, понемногу меняя точки, вышло бы осмотреть куда больше, чем с земли.

И эта тактика дала плоды. Через полчаса нашлась первая дверь. Что примечательно, не на земле, а на стене. Просто это была глухая стена во дворе, который не помнили Федя с Андреем. А вот я смутно припомнил, что как-то здесь с юным альтер-эго проходил.

Находка не вскружила головы дважды разочарованным. Однако Андрей тщательно запомнил, с какого дома вёл наблюдение. И внимательно смотрел по сторонам, пока они с Федей шли к находке.

В удачу с первого «высотного» раза верилось с трудом. И удачи не последовало.

За дверью обнаружился тёмный провал. И знакомая каменная дама, опиравшаяся на косяк и сложившая руки под задорно-высокой грудью.

— Какие вы настойчивые! — заметила Тьма, тяжело вздохнув. — А ведь я не предлагаю вам ничего ужасного… Один невинный поцелуйчик, и всё.

Тьма указала на Федю-младшего, а тот, мотая головой, попятился от двери.

— Что всё? — мрачно уточнил Андрей. — Всё, в смысле, что конец?

— Всё, в смысле, что завершение ваших сложностей! — гортанно засмеявшись, отозвалась Тьма. — Неужели вы думаете, я разрешу кому-то из своих милых мальчиков иметь внутри две личности?

— А мне, значит, ты предлагаешь просто взять и помереть? — мрачно уточнил Андрей.

Если бы я регулярно не просматривал его память, натурально поверил бы, что он обиделся и расстроился. Но я слишком хорошо успел изучить и предыдущее воплощение, и личность, которая в результате появилась. Поэтому ни капли не обманывался: Андрею было глубоко плевать.

Он был мёртв ещё до того, как умер из-за блина. Пустая жизнь, пустое прожигание времени и сил. Единственная причина, по которой он не пустил себе пулю в лоб — считал это малодушием и грехом. Раз родился, то и дальше, будь добр, тяни лямку, а дальше придёт твой час.

— Ну зачем же? Каждый человек важен и уникален. Могу разделить и сделать для каждого из вас хорошее тело! — заметила Тьма, даже не догадываясь, что говорит вовсе не то, что от неё хотят услышать. — Станете самостоятельными мальчиками, узнаете много нового…

— А на хрена? — дёрнув щетинистой щекой, спросил Андрей.

— Ну ладно… Если не хочешь новую жизнь, могу помочь с быстрой безболезненной смертью! — предложила Тьма, молниеносно, стерва такая, оценив настрой собеседника. — Хотя повторюсь: жизни людей важны.

— Вот я тебя и спрашиваю: а чего в них для тебя важного-то? — спросил Андрей, прищурившись. — Что такого важного в каждой отдельной жизни, что ты за ними гоняешься, как за величайшим сокровищем?

— Очень необычные заявление…

Кажется, Андрею удалось-таки Тьму смутить. Хотя мне по-прежнему в искренность её эмоций не верилось.

— Ну а чего в моём заявлении необычного? — спросил Андрей. — Одна-единственная жизнь важна одному-единственному человеку. Самому себе. Ну ещё, может, родным и близким, если такие имеются. А зачем тебе люди, стату́я?

— Нужны, — спокойно ответила Тьма, покачав точёным подбородком. — Не всё ли тебе равно, зачем?

— Знаешь, если бы нам, людям, было всё равно, мы бы добровольно к тебе пришли! — заметил Андрей. — Но ты ведь, как я понимаю, хочешь от нас служения. Хочешь нами управлять. А многие бы сказали, что лучше сдохнуть…

— Ой, ты слишком хорошего мнения о людях! — с легкомысленным видом отмахнулась Тьма. — За тысячу лет никто ещё, в конце концов, не отказался. Бывают, конечно, те трусишки, кто так и не решается согласиться… А вот отказаться не смог никто. Ты ведь сейчас говоришь о свободе. А свою свободу вы давно продали. Все поголовно, причём.

— Видишь, есть те, кто не стал соглашаться! — возразил Андрей. — Не надо передёргивать и подменять смыслы. Те, кто не попал сюда, когда чувствовал, что не сможет от тебя отбиться. Выходит, эти люди не захотели служить тебе.

— Они просто почувствовали, что быстро сдадутся! — усмехнулась Тьма. — А в итоге, все бы согласились на моё предложение… Все… Вы, люди, привыкли соглашаться. Вы все подчинены своему обществу, той системе, которую сами создали. Вы её рабы. И единицы из вас могут встать во главе, чтобы командовать другими. А ещё реже встречаются те, кто смог над системой подняться. Таких вы сами, в первую очередь, стараетесь уничтожить. А все остальные сами, добровольно, отказываются от свободы…И ведь я даже не собираюсь её так ограничивать, как ваше общество. Со мной вы будете куда свободнее!

— А мне кажется, шило на мыло променяем… — неожиданно серьёзным голосом сказал Федя-младший.

— Малой дело говорит! — поддержал парня Андрей. — С системой хоть какие-то шансы есть. А с тобой, идолище каменное?

— Со мной и не нужны шансы! — парировала Тьма, растянув губы в спокойной улыбке. — Я ценю каждого человека, вставшего под мои знамёна. Знаете, сколько их, таких мальчиков и девочек, за тысячу лет было? И никто не жалеет о своём выборе. Все они живы, все рано или поздно придут, чтобы принести другим людям меня, как величайший дар!..

— Да ну на хрен! — Андрей решительно захлопнул дверь.

— А что если она права? — тихонько спросил Федя-младший.

— А ты сам как думаешь, малой? Права она или нет? — устало опустившись на землю у стены, спросил Андрей.

— В этот раз я не очень поверил… — чуть-чуть подумав, ответил мальчишка. — Раньше она убедительнее была.

— Это потому что тебе плевать с высокой колокольни и на системы, и на личную свободу. В силу пубертатного возраста и очень пустой головы! — добродушно усмехнувшись, Андрей отечески похлопал севшего рядом Федьку по котелку на плечах. — Сегодня она, парень, мои мозги компостировала…

— Тебя что, действительно настолько волнует личная свобода? — на миг зависнув, удивился мелкий.

— Нет… Больше нет… — беззлобно хмыкнул Андрей, тяжело вставая с земли. — В общем, это она зря всё затеяла. Был бы жив — может, как болван, послушал бы. А так… Я свою жизнь давно просрал.

— Ну я-то, между прочим… — Федька вовремя осёкся, так и не сказав «тоже».

Тьма искала слабые места, не понимая, что нас не двое, а трое. И даже Федя-младший догадался, что не стоит раскрывать эту тайну раньше времени.

А дальше поиски двери пошли без перерыва и отдыха. К счастью, с высоты искать оказалось значительно продуктивней. Конечно, были наверняка двери и в зданиях, на потолках… Но раз уж Тёма подсказывал искать сверху, то и поиски Андрей с Федькой продолжали сверху.

А я был почти уверен, что, единожды запрятав дверь, Тьма не сможет сжульничать, её переместив. Иначе это было бы слишком сложно, практически невыполнимо. А в том, что время снова ограничено, я почему-то не сомневался. Как не сомневались в этом и обе моих субличности. Я бы сказал, мы нутром ощущали, что времени меньше и меньше.

Признаюсь, иногда мне становилось даже чуть-чуть стыдно… Выходило, что люди, чьи личности я, по сути, внутри себя как бы подавил, рвут жилы, проходя мой кризис вместо меня. И хотя я понимал, что, окажись в их ситуации, тоже старался бы, как будто от моих действий зависит моя жизнь… Но до конца принять, что эти двое — такие же, как я сам, и ни о чём не жалеют, не мог.

Очередная дверь обнаружилась среди нескольких куч битого камня. Пряталась она удобно, прямо на земле. Однако и за ней, увы, скрывалась густая тьма и каменная статуя:

— Ну вот зачем вы суетитесь?.. — начала она старую песню, но Андрей просто закрыл дверь, сообщив Феде-младшему:

— Утомила вообще!..

— Ага! — откликнулся тот.

Ещё одна дверь была найдена, по ощущениям, где-то через пару часов. Причём тоже на земле, под стеной почти обрушившегося дома. И ещё одна встреча с каменной статуей, закончившаяся даже быстрее. Тьма только и успела открыть рот, когда Андрей захлопнул дверь.

— Вот же вездесущая дрянь… — заметил он.

А когда Андрей и Федя-младший отыскали следующую дверь, я почему-то уже знал, что это она. Та самая дверь, которая нам нужна. Она притулилась на стене, в таком узком переулке, что издалека казалось, будто дверь не получится полностью открыть.

И всё-таки Федя, как и я, воодушевился. Да и Андрей сразу заспешил к найденному месту. Видимо, не только я ощущал: это именно то, что нам нужно.

А когда Андрей и Федя были уже на полпути к переулку, по всему городу вдруг стали раздаваться хлопки.

Мы не сразу догадались, что это за звуки. Оказалось, это распахивались другие двери, выпуская в небо потоки густой то ли темноты, то ли дыма. А из него тянулись тысячи рук, слепо ощупывая воздух. Из тёмных провалов окон, из дверных проёмов, из тёмных углов… Отовсюду, куда проникала темнота, вылезали всё новые и новые руки, шаря вокруг.

— Ну я ведь хотела по-хорошему! — а над крышами поднималась огромная статуя Тьмы, старательно изображая гнев. — Я пыталась уговорить! Я делала всё, чтобы вы не искали выход! Но вы же не могли успокоиться, упрямцы!