Ленар Хатбуллин – Сияние обманчивого Меркурия. Пятая книга (страница 12)

– Я, мы перевозим еду, свою одежду, также еду и воду, – волнуясь, отвечает Астра: она не поняла, что от неё требуется, потому ответила очень спонтанно.

– Понятно. Лучше Адам, – переводит прищуренный взгляд. – Мне нужно наименование товара, а не то, что вы используете в пищу. Не одежда ваша, и не железяка, а товар, который идёт на продажу. Понятно? Ясно вам, нет, а?!

– А что является запрещенным в списке? – отвечает, ввергая в шок Непеса.

– Как смеете? Если скажу, что запрещено к ввозу, то не покажете, потому не говорю, а только хочу ответ. Лучше сразу, не то займусь проверкой, а это хуже. Вероятность выше, что обнаружится запрещенное, – подмигивает ему.

– Специально подложите? – удивляется Адам. – Нам не надо. И нет такого…

– Что значит специально? Если вам есть, что скрывать, а это видно, по тому, как уходите от вопросов, хоть взял за жабры, то думаю, есть такие товары. Иначе вы бы не тратили мое время глупыми вопросами, – терпение таёт на глазах. – Антиквариат, предметы искусства, роскошь есть? Или тараканы, а?

– Какая роскошь входит в перечень? – вмешивается Астра, не выдерживая.

– Кольца, браслеты, серьги, что угодно. Имеет цену, вес, пробу. Также сверкает на солнце, вызывая зависть и негодование. Вы не знаете, что это такое? – Непес спрашивает. – Или так и будете юлить от меня, как рыба от… Тьфу! От кошки, которая хочет её поймать, а не может! Дайте мне ответ уже!

– Список длинный, на разных планетах отличается, – она пытается уйти от ответа на вопрос, но это не получается: нет опыта. – Что у вас я не знаю! Нет!

– Если есть список, то един для вселенной. Законы Меркурия, если нарушены, должны исполняться везде, иначе хаос. Золото, если украдено, ищут везде. Нет свободы, если украли на Земле и прилетели на Меркурий. Вы также воры. Я не обвиняю, хочу узнать правду, – он накаляет ситуацию.

– Мы не крали, – Астра защищается, хоть нет явной вины, – мы не врем вам.

– Почему долго не желаете сказать, а тратите время? – Непес задерживает взгляд, не понимая, почему уходит от вопросов, не давая нормальный ответ.

– Боюсь, хоть не нарушала закон, – смущенно отвечает, – у вас такие глаза…

– Тогда скажите, какой товар перевозите, иначе корабль переверну с ног на голову, но найду. Если не окажется запрещенного, то не пойму, зачем скрывали. Если найду, то скрывать нечего, – требует ещё раз, но спокойно…

– Кольца, – под нажимом признается Астра, хоть понятно, Адам бы тоже не выдержал давления опытного кинолога: знает, как посмотреть исподлобья.

– Что ж, должны показать. Почему до сих пор стою здесь? Нужно посчитать, составить акт, – требует Непес. – Покажете документы, которые разрешают перевозить и продавать кольца. Всё по порядку, не то разбредутся легионы!

– Хорошо, проходите, – отвечает за двоих Адам, понимая, нет шансов, когда можно уйти от пристальной проверки. – Только в белье не лезьте цветами…

Адам, Астра, а следом Непес идут к шкафу, где хранятся кольца. Мысли застывают в голове, не образуя решение проблемы, которое пригодилось, но нарушить закон не могут. Также не знают слабостей Непеса: с Никитой Соколовым проще договориться, так как он имел странную слабость, любил тараканов. А какой ключ подобрать к кинологу, если он сказал, что не хватает собаки? Её нет на корабле, кто знал, что пригодится? Никто не знал.

Наконец, дошли к шкафу. Адам открывает и достает рюкзак, чтобы явить кольца. Непес раскрывает рот от удивления, так как не догадывался, сколько их. Первое удивление длилось недолго, ведь надо исполнять обязанности, которых много скопилось, потому Непес начал считать. Астра кивала, чтобы не сбился со счёта, Адам ждал, не показывая нервозность, но потом закивал, чтобы скрыть тремор подбородка, который одолевает, как заправский борец.

Наконец, Непес произнес, устав от подсчета колец, вздыхая и охая, считая:

– Ух, триста семьдесят пятая проба – тридцать штук. Фух, тьфу, пятьсот восемьдесят пятая проба – тридцать одна. Ох, три кольца восемьсот семьдесят пятой пробы. Очень много, впервые столько вижу. Признаю в вас дельцов. Но много времени, наверно, потратили на накопления, а сами молодые, видно по вам, что ни разу не били. Но не бойтесь, это я в прошлом выбивал показания, а теперь не могу! Не вернуть славное время девяностых годов, когда царила космическая гопота. Ох, мое детство с кастетом, где ты?..

– Нам родители помогли. Были кое-какие кредиты в запасе, – ответила Астра.

Мысли ушли во время, когда находилась на Фаэтоне. Рядом подрастающий Адам. Кажется, никакие трудности не страшны, так как семья спасет.

Знаешь, к кому обратиться, чтобы помогли, решили проблемы и неурядицы, ведь так важно для детей: знать, что трудности временны, не несут опасности.

Можно спокойно радоваться и бежать от ветра, а не проблем, которые окружают со всех сторон, не давая повода для редких улыбок. Так мало осталось, что нет ни малейшего повода для надежды, станет легче от тревог, которые больно и крепко сжимают сердце, уставшее от боли.

И в детстве всё было по-другому...

Астра вспоминает, как в первый раз увидела Адама, когда он только-только родился и пришёл в мир самым маленьким человечком, которого можно себе представить, явив в памяти.

Форменный карапуз, учитывая, что Астре было два года, но на неё произвело удивление, ведь родители принесли братика. Такой маленький, что можно удивиться.

Астра умела ходить на ногах, а он кричал, лепеча губами, выдавая тихим голосом фразы: «агу», «уааа», «ааа».

Астра вспоминает, как взяла его на руки. Такой тяжелый, несмотря, что он ещё маленький. Она должна его защищать. Он её младший брат. Она…

Глава 5. Приземление на Меркурий. Вторая часть

Резкий и грубый голос Непеса прервал краткий уход от реальности:

– Родители это хорошо, но должны понимать, что при большом количестве колец должны быть документы. Сколько их? Шестьдесят одно. Нет, вам кто-то должен был сказать об этом, это невозможно купить без разрешения и без множества инстанций, поверьте мне! Где они? Или вы их вновь скрываете?

– У нас есть, увидите, – сказал Адам, начал копаться в рюкзаке. – Вот, три документа. Посмотрите и удостоверьтесь. Всё чисто.

– Так, – Непес изучает протянутые документы, сверяя в голове данные и то, что читает. – Проверка корабля в космопорте Земли. Нет, не то. Временная регистрация, тоже не то. Ах, вот, разрешение на торговлю. Почитаю, почитаю, не волнуйтесь, важная бумага.

Углубился в изучение расплывчатых букв, сливающихся до жути в нечеткие формулировки, но с успехом продирался через слова. Хмыкал, то крякал, то скулил, в общем, выказывал общую важность и напыщенность, от которой не уйти, как ни старайся. Если кинолог взял след, то ничто не в состоянии отвлечь от цели, словно кладоискателя или искателя приключений: это его жизнь, ведь состоит в работе, поиске несоответствий и не сочетаемости, что читает, букве закона. Она, как знаем, зависит от взгляда и очков читающего. Всегда есть призма восприятия, до неузнаваемости меняющая на выходе смысл. Может, что угодно понять и уразуметь. Не в состоянии поспорить и не согласиться с решением, ведь умеет читать, а остальные люди, по его мнению, не умеют…

Непес поднимает глаза на Астру и Адама, которые не знают, как реагировать на замечание, играющее огоньками на сосредоточенном и отрешенном лице. Ничто не способно отвлечь, увести внимание в сторону, ведь работа превыше всего. Нет болонок, за какими можно уйти, найти ответ, что не устроило кинолога. Он взял след, не понятно, как отделаться от пытливого и внимательного взора, прожигающего изнутри, словно нет никаких тайн, либо составляют известный калейдоскоп. От него ничего не утаишь.

Непес устал от напыщенности и произнес:

– Что могу сказать по документу. Написан безупречно, формулировок и терминов не встречал! Изысканный, канцелярский слог. Туманные и расплывчатые определения. Но разрешение, позволяющее торговать всем, чем вздумается, но только на пределах Земли, это плохо.

– Как это? Там указано, что по всей вселенной разрешена торговля! Это невозможно, что запрещено! Заплатили за документ, – содрогается Астра от неурядицы.

– В том проблема документов, которые написаны за кредиты. В них нет главного! Бюджетной души, ценной, к сведению, на Меркурии. Иначе я принял, но нет души в бумаге, нет! Помарали, смысла не передали. Она не действительна, – оглушает героев вердиктом, – смотрится блекло, тьфу, такая ужасная бумага, только подтирать…

– Что делать? – Астра обрывает его, не находя слов.

– Новые бумаги писать, но на нашей бумаге, а то не соответствует стандарту! Это что папирус? На нем никто не пишет, тьфу, – Непес презрительно смотрит на бумагу. – Не верю ни капли!

– Не может быть такого, что надо новый документ писать! А потом ещё один, чтобы получить прибыль с продажи колец? – ищет варианты Адам.

– Ещё другую бумагу, чтобы заплатить налоги, а потом декларацию! Так по каждой сделке, по каждому кольцу. Вы думали, торговля легкая? Нет! На ней многие погорели, не зная подводных пожаров, – ошибается Непес.

– Камней, – исправляет Адам, понимая, что сути не меняет.

– Это зависит, уважаемый фаэтонянин, от того, кто напишет слова. Если захочет, то будут камни, да хоть горы, главное, что закон исправлен. Но бумага не действительна! Она дает право купить кольца на Земле, но для их продажи на Меркурии, нужна другая бумага. И так далее, – поправляет невидимые очки кинолог, смотря поверх, – так во всем, где есть рынок.