ЛенаФуксия – Небо на двоих (страница 15)

Я проснулась с первым гудком будильника, выключая, чтобы не разбудить своего красавца, нежно поцеловала в губы. Он улыбнулся не просыпаясь. Осторожно выбралась из его объятий и из-под одеяла. Он проворчал что-то недовольно. Тихонько отправилась в душ.

Взбодрив себя тугими струями воды, взялась за утренние хлопоты: приготовит завтрак, погладит Зилькину футболку.

Завтрак оказался уже почти готовым: у нас осталась больше половины пиццы. Чудненько! Так, теперь сварить кофе и будет нам счастье! Интересно, Зилю много надо времени на сборы? Хотя вчера он очень быстро собирался и в гостинице и перед прогулкой.

Я насыпала кофе в турку, залила водой и поставила на плиту. Решила добавить немного корицы, она тонизирует, и гвоздики. А вдруг Зиль не любит кофе со специями…

Из коридора донеслось шлёпанье босых ног. Зиль в одних трусах-боксерах появился на кухне.

– А я халат не нашёл, – по-простому заявил он, освещая кухню улыбкой.

– Доброе утро! – улыбнулась я в ответ. – Ты меня опередил. Я хотела тебя разбудить, подав кофе в постель.

Он обнял меня сзади, поцеловал в шею.

– М-м-м, кофе в постель? Романтика… Прости, я тебе такой засос поставил, – он нежно приложился губами к раздувшемуся синяку от укуса.

– Ты сорвал такой романтический план, соскочив раньше, – я откинула голову ему на плечо.

– Я проснулся, а тебя нет… Я испугался, что это был всего лишь сон. – Он губами обхватил мочку моего уха.

– Куда же я денусь от тебя? – промычала, теряя самообладание от его прикосновений.

– В страну снов и мечт, – он взял в ладони мои груди. Я ощутила, как внизу живота сжимается комок желания.

В этот момент зашипел убежавший кофе. Мы оба подпрыгнули от неожиданности. Я быстро сняла турку с огня и отставила в сторону.

Зиль тут же притянул меня к себе, разворачивая и не отрываясь от поцелуев.

– Сколько у нас времени?

– Немного…

– Тогда кофе выпьем потом в гостинице…

– Зиль, у нас очень мало времени…

– Минут пятнадцать есть?

– Не уверена, что ты уложишься, – хитро произнесла я.

Не успела я опомниться, как Зиль меня подхватил и усадил на стол. Я обняла его ногами, распахивая халатик. Он принялся нежно покрывать моё тело маленькими короткими поцелуями, чуть покусывая кожу… Я откинула голову и застонала. В этот момент он резко вошел во всю длину. Я вскрикнула, выгибаясь ему навстречу. Он двигался то резко, сильно и агрессивно, когда казалось, что член сейчас пробьет матку, то ласково и аккуратно. Возбуждение то нарастало, и я кричала, теряя контроль над собой, то вновь спадало, и я стонала от этих щекочущих толчков, сильнее прижимаясь к нему, боясь упустить, выпустить… Наконец, он сделал завершающий сильный и глубокий толчок, замер и я почувствовала как напряженный член пульсирует во мне, изливаясь… Мы закричали вместе.

Такого сильного оргазма я никогда не испытывала. Кажется, это называется мультиоргазм. Мы обмякли в объятиях друг друга.

После того как сознание возвратилось к нам, Зиль поднял меня на руки и уселся на табурет, блаженно откинувшись спиной на кухонный пенал. Я обхватила его за плечи, прижалась к щеке. Он поглаживал меня по спине и вдыхал мой запах.

– Я бы хотел целый день провел вот так. Мы бы включили режим: постель, еда, телевизор и секс, – последнее слово он произнёс с придыханием.

– Нет! Не так! Постель, секс, еда и телевизор!

– Точно! Так намного лучше! – поцеловал в щеку, скользнул по шее. – Может, провернем этот фокус с валянием в постели целый день? Мы же можем прямо отсюда поехать на пресс-конференцию к двенадцати часам. Это, конечно, не целый день, но всё же…

– Можно… Но тогда мы сильно подставимся сами и подставим Купа.

– Да… Верно. Купа подставлять нельзя, – он вздохнул. – Если Ост узнает, скандал будет серьезный. Выкатит штрафы по контракту. Но до этого растерзает.

– Нет, сначала меня Марина растерзает. Я же нарушила главный запрет: никакой постели с нашими клиентами. Ой, мне уже страшно, – потёрлась носом о его шею и захихикала.

– Ладно, не будем рисковать нашими жизнями, – засмеялся Зиль. – Объясни, почему мы куда-то потащились ночью? У нас было бы столько часов вместе…

– Ну, во-первых, я пригласила тебя на прогулку по городу. Помнишь? Во-вторых, я думала, что вообще не интересую тебя. Да и ты, признаться, меня не заинтересовал.

На его лице промелькнула череда эмоций: удивление, раздражение, обида. Он отвернул лицо и надул губы. Я попробовала поцеловать в надутые губки, он увернулся и прогнусил:

– Ты хотела перепихнуться с Купом? Я видел, как ты вокруг него крутилась, как флиртовала. В гримерки перед концертом это было так явно.

– Это было уже после того, как я услышала спор Купа с Матисом. Куп заявил, что легко со мной переспит на желание. Меня это очень обидело. Ему не важна я, мои чувства. Ему лишь бы поставить засос, чтобы потом стребовать с Матиса какую-нибудь фигню. Мне кажется, это унизительно и для него и для меня.

– Чтобы отомстить ему, ты пригласила меня?

– Нет, Зиль. Идея показать тебе город появилась неожиданно. К тому времени я уже перестала злиться. После концерта мне захотелось сделать для вас что-нибудь хорошее, запоминающееся. А прогулка по Питеру во время белых ночей всегда запоминается, – выдержала паузу. – Скажи, ты пошел со мной ради предполагаемого секса?

Он на мгновение задумался. Потом покачал головой и неожиданно сказал:

– Кажется, я придумал новую песню. Она будет о нас.

– Здорово! Спой!

– Сейчас не получится, – рассмеялся. – Она только что зазвучала в голове. Я почувствовал мелодию, увидел слова, но их ещё нельзя сказать, они пока в мыслях… Ты меня понимаешь?

Кивнула с улыбкой.

Он нежно посмотрел в глаза, запустил пальцы в мои волосы на затылке и серьезно произнёс:

– Ты удивительная, волшебная – такие бывают только в сказке.

Я рассмеялась.

– Сказки заканчиваются. Пойдем в душ. Наше время истекло, – сказала я, сползая с его колен, и тут же вспомнила старый фильм «Золушка». Там тоже объявляли: «Ваше время истекло». Потянула его за руку.

Он ослепил меня улыбкой:

– Душ – это здорово! В нём тоже можно любовью заниматься!

– Зиль!

Он подскочил с табуретки, подхватил меня на руки и перенёс в душ, где мы опять наслаждались друг другом под тёплыми струями воды.

Потом пока Зиль приводил себя в порядок, я снова сварила кофе, подогрела и порезала остатки пиццы.

Зиль вошёл в кухню расчесанный и румяный. Глаза блестят, взгляд необычный. Он сел за стол и заметил, что я сижу на стуле на одном полупопии, подложив ногу.

– Больно? – сочувственно спросил.

– Да так, – неопределённо ответила я.

– Извини. Тебе этой ночью от меня досталось…

– Это точно. Такого количества ссадин и синяков у меня не было со времен моего детства, когда мы с братцем лазили по гаражам. О бедре я даже молчу. И главное, мне даже не похвастаться, что мне их наставил Зильбе Раммельсберг.

– Это точно. Если ты расскажешь, что ты получила синяки из-за меня, то станешь врагом номер один для наших фанаток.

– О нет! Тогда я буду молчать об этой ночи как рыба. Не хочу, чтобы фанатки меня прикопали.

Зиль повторил вчерашний трюк: взял мои руки в свои и поцеловал каждый пальчик. Сколько нежности. Я наполнилась его нежностью. Он поглядывал на меня и жмурился совсем по-кошачьи и даже глаза такие… кошачьи. Стоп?! Вертикальный зрачок? Чушь! Фу! Нормальные глаза…

– Нам пора. Мы и так задерживаемся, ‒ я с сожалением вырвалась из кокона его нежности. – Поехали.

– Да-да, Ост может обнаружить наше отсутствие.

8

До гостиницы мы домчались за 30 минут – Московский включил «зеленую волну».

Зиль всю дорогу набирал брата, но Куп был недоступен. Зиль начал злиться.

– Зи-иль, – протянула я, переключая его внимание от телефона. – Что ты хочешь от Купа? Чем он нам поможет?