Лена Вечер – Красивая ошибка (страница 2)

Было необычайно жаркое лето. От асфальта исходил пар, местами он даже плавился и на нём оставались следы от каблуков. Москва меня встретила широкими улицами, шумом и хаосом. Когда я вышла в первый раз на центральную площадь, то опешила на мгновенье: было так много места, широкие улицы, всё просторное и красивое. Высокие здания, стремящиеся ввысь, толпа бегущих людей. От увиденного и от нахлынувших эмоций у меня перехватило дыхание, а сердце затрепетало. Это именно тот город, где я должна жить. Я направилась в сторону сдаваемого жилья.

Комната, которую я сняла наполовину с девушкой-студенткой, никак не притягивала, чтобы возвращаться туда скорее. Из плюсов было только то, что она была в центре Москвы и у метро. Это была трехкомнатная коммуналка. В одной комнате проживал сам хозяин с женой. Молодая пара, жена простая и добрая, а вот хозяин, когда сдавал комнату пытался казаться приятным, но не являлся таковым. Он выдавливал из себя улыбку, но его наглый похотливый взгляд постоянно скользил по мне. Хоть он и старался общаться непринужденно, но что-то мне подсказывало, что он надевает маску. Я хотела бы ошибаться и решила не прислушиваться к своей интуиции, ведь времени на поиски жилья не было.

В третьей комнате жила мать со взрослой дочерью. Мать была любительницей выпить и поорать на дочь. Вечерами они постоянно ругались. Ссоры были нелепыми до безумия. Как-то прислушавшись из-за чего они ссорятся, я услышала, как мать кричит на дочь: «Это ты мою кашу съела! Убирайся прочь!» Дочь не сдавалась: «Не ела я твою кашу, вот сдалась она мне! Сама небось съела и забыла по пьяни!» Это могло продолжаться допоздна, пока обе уставшие и изморенные не падали от бессилия и засыпали.

Хозяин собирал на них справки, так как намеревался выкупить третью комнату в квартире, но семейка не сдавалась и никак не хотела съезжать. Может быть, им нравилось доставлять неприятности людям. Ладно, с хозяином квартиры у них было непонимание, но при чем здесь мы, квартиранты, которые ни в чем не виноваты и должны были всё это терпеть? Возможно, они хотели, чтобы никто не выдерживал этого хаоса и съезжал, а хозяин так бы и мучался с поиском квартирантов и сбором справок на эту сумасшедшую семейку.

Условия в квартире оставляли желать лучшего. Сама комната была просторной и, в принципе, не плохой. Студенка, молодая девушка, тоже провинциалка, обожала Москву и в комнате появлялась редко. Мы виделись рано утром и поздно вечером. Соседка была занята учёбой днями напролёт. Рано утром она уходила в университет и встречались мы уже вечером, когда я возвращалась домой и находила ее возле компьютера с то ли грустным, а то ли уставшим лицом.

Кухня была общей, у каждого имелся свой столик и полка, но, как правило там никто не ел, каждый в своей комнате. Она была маленькой и холодной, здесь постоянно было открыто окно и часто курили, оставляя бычки и полную пепельницу на подоконнике. Кухонная плита была старой и всегда очень грязной, что-то там готовить у меня не возникало особого желания.

Коридор, как и все коридоры в старых коммунальных квартирах, был темным и длинным, казавшимся бесконечным. Электричество хозяин экономил, поэтому его слабо освещала маленькая лампочка, прикрученная на скорую руку без плафона. В конце коридора находилась ванная комната, где из крана одиноко капала вода. Умывальник и сама ванная от постоянно текучей воды покрылась на этом месте ржавчиной, а у хозяина никак не доходили руки починить кран. По всей видимости, ему было всё равно.

Работу я нашла сразу, выбирать особо не приходилось, хотелось поскорее начать работать. Неподалёку от дома я наткнулась на ресторан, где предлагалась вакансия официантки. Сразу же приступила к работе. Дни бежали, работа в ресторане забирала много сил и энергии, а то светлое будущее, которое я себе рисовала сидя в провинции, где-то слабо тускнело вдалеке.

Я очень уставала, под конец дня гудели ноги, хотелось поскорее дойти до дома и плюхнуться на кровать, ведь завтра опять рано вставать. Я удивлялась самой себе, как вообще могла жить таким графиком нон-стоп, видимо безумное желание достичь своих целей придавало мне энергии. Работала много, брала дополнительные смены, а на личную жизнь оставалось совсем мало времени.

Жизнь в Москве оказалась дорогой. Траты все увеличивались и работать приходилось много, денег не хватало. Вся та усталость, что скапливалась за целый день, переходила в грусть и в задумчивость, ища возможные варианты. Варианты, которые меня бы устраивали, не попадались и я продолжала работать в ресторане.

Я скидываю с себя изрядно запачканную форму и иду переодеваться. Наконец-то трудовой день закончился. Собственное отражение в зеркале меня не радует. Я пытаюсь поправить причёску, но это не особо спасает ситуацию. Навожу лёгкий марафет, потому что выходить в таком виде было бы преступлением. Затем спускаюсь в метро и на эскалаторе достаю карманную книгу, начинаю бегать глазами по строчкам. Люблю читать в метро. И это единственное место, где я читаю. Увлекшись чтением, не замечаю, как подъезжает поезд. Тут же убираю книжку в карман и запрыгиваю в вагон, ища глазами свободное место. После рабочего дня ноги гудят и отваливаются.

Свободного места не было, поэтому придётся постоять. Ухватываюсь покрепче за поручень и тянусь вновь за книгой, как вдруг слышу снаружи слова парня, который пытается раскрыть дверь.

– Подожди! Подожди же! – кричит он.

Я бросаю на него мимолётный взгляд и лицо кажется мне очень знакомым. Москва миллионный город и здесь каждый день кто-то пытается запрыгнуть в уже закрытые двери, словно эти сэкономленные пять минут что-то могут значить. Возможно, для кого-то, да. Дверь наконец-то раскрывается и парень, тяжело дыша, вбегает в вагон.

– Успел, – выдыхает он и направляется в мою сторону. Пытаюсь не встречаться с ним взглядом, не очень люблю такие знакомства в общественном транспорте. Продолжаю читать, но чувствую, что он подошёл ко мне близко. Схватился за поручень и смотрит в мою сторону. Я поднимаю на него удивленный взгляд, но ничего не говорю.

– Не хотелось бы мне потерять такую возможность, ехать с вами в одном вагоне и пообщаться, – мнётся неуверенно он. А он мне показался намного смелее, когда дрался с дверью.

– Извините, а вы случайно не ошиблись? – приподняв тонкую аккуратную бровь, спрашиваю я.

– Нет, конечно, как я могу ошибиться. Вы же Алика и работаете официанткой в ресторане «Прага»? – он широко улыбается и меня осеняет, что да, скорее всего там я его и видела.

– Да, -подтверждаю я и убираю окончательно книгу в сумку. Почитать, по всей видимости, не получится.

– Вы, конечно же, меня не помните, я один из ваших клиентов. Оно и понятно, как вам всех помнить. Извините меня дурака, что-то я не подумал.

– Я вас вспомнила, – отвечаю я. Не то, чтобы он был нашим постоянным клиентом, но захаживал. Иногда с друзьями, но в последний период чаще один. Садился у барной стойки и заказывал кофе. О чем-то думал, кому-то звонил, отвечал на сообщения, записывал что-то в ежедневнике. Ничего особенного. Сколько таких заходит за день, всех и не запомнишь, а я даже и не заметила, что он смотрел на меня как-то по-особенному.

– Вот как, – протянул незнакомец и смущенно улыбнулся.

– Конечно, – я еле заметно улыбнулась, стараясь не подавать ему надежд, – давно вас не было видно. Мне очень приятно, что вы помните мое имя.

– Как можно не запомнить, вы так хорошо справляетесь с работой. Всё делаете очень быстро, не заставляя ждать, что очень ценится в наше время. Меня кстати, Анатолий зовут, – представился парень. Его темные густые ресницы выделяли заинтересованные глаза, а в меру полные губы расплылись в мягкой улыбке.

– Приятно познакомится, -ответила я, – и спасибо за комплимент. Сегодня был несложный день. Видимо люди соскучились по солнцу, и все гуляют на улице, поэтому и посетителей сегодня было немного, – мне захотелось поболтать, хоть это мне было не свойственно.

– Да, согласен, наконец-то отличная погода! А я давно за вами наблюдаю. Вы не москвичка? – он поправил свои темные густые волосы, которые были аккуратно уложены гелем.

– Да, верно. А что, это сразу видно? – без удивления спросила я, потому что переехав в Москву, часто это слышала от местных.

– Это чувствуется, – ответил шутя Толя и нагнулся, чтобы посмотреть какую станцию проезжаем. Он был высоким, худощавым, но мускулистым.

– И как же это чувствуется? – решила подыграть ему я.

– Внешность у тебя очень яркая. Ничего, что я на «ты»? В Москве мало таких красивых девушек.

– Да, конечно. Как раз-таки в Москве их много, – парировала я. Он засмеялся и достал из светлых потёртых джинсов телефон, чтобы ответить на звонок. Толя выглядел молодо, но общаясь с ним, я понимала, что ему определенно было около тридцати.

– Извини, отвлекся. По тебе видно, что ты не совсем русских кровей. Извини за объяснение, я не силен в прилагательных.

– Понимаю, – засмеялась я в ответ, он был таким простым и располагал к общению. Не боялся показаться смешным, а наоборот, умел над собой посмеяться. – Да, а ты угадал! Я наполовину казашка, а наполовину испанка, вот такой интересный микс.

– Ого, ничего себе, круто! А я обычный русский парень, приятно познакомиться, – он протянул руку, и я дружелюбно её пожала. Его ладонь была крепкой, но в то же время мягкой.