Лена Тэсс – Измена. Новая любовь предателя (страница 26)
Глава 20
- Мы составили новые документы, в которых изложили все требования от вашего имени, Виктория.
На стол передо мной легла папка. Напротив сидел Максим Титов, а рядом со мной сидела подруга Маша. В последнее время мы не так часто виделись - у каждой были свои проблемы, но как только она узнала о том, что сделал Валера провела со мной разъяснительную беседу, как когда-то я с ней.
- И что теперь?
- Досудебные переговоры, - отвечает юрист. - Будем играть грязно, точно так же как ваш муж. Пригрозим ему большим скандалом, репутационными потерями, что повлечет недовольство клиентов и как следствие их отток.
Я поморщилась. Это было очень в духе Исаева, но не меня. С другой стороны почему я должна аккуратничать и быть исключительно вежливой, когда меня вываляли в грязи, да еще и пытались оставить ни с чем.
Сам Валера больше не совался в мою жизнь, даже если очень хотел.
- Уверены, что вам нечего мне рассказать, Виктория? Это важно - если ваш муж оказывает давление или предлагает, даже устно, иные условия сделки, запугивает, угрожает, просит и обещает что-то в обход меня, я должен знать.
- Нет, Максим. С тех пор как мы увиделись с ним в кафе несколько недель назад он больше никак не отсвечивал на горизонте. Все только через адвоката и детей.
Точнее Валера пытался внушить Лизе через ее мужа, что мне лучше принять его условия. Так для всех будет интереснее и бизнес не пострадает.
Это было так низко и мелочно с его стороны. Молодая любовница выкладывала в свои социальные сети дорогие подарки, которыми ее задабривал Исаев. Она не подписывала это напрямую, но вряд ли у безмозглой и отчисленной студентки могли появиться часы Cartier и сережки-гвоздики от Tiffany просто по мановению волшебной палочки.
Тридцать миллионов - это не такая уж и большая сумма в масштабах империи, во главе которой стоял мой муж. Я никак не понимала, почему он сопротивляется - жадность ему вообще была не свойственна.
К тому же я уверена, что следующим подарком для Ники могла быть еще одна бирюзовая коробочка с серебристым тиснением и заветными словами о вечной любви и преданности.
Ну что за идиотская ситуация!
Мы распрощались с адвокатом и остались наедине с подругой.
- Мне давно стоило вмешаться во все это. Твой Валера еще хуже, чем Рома. Оба они, конечно, мудаки, но твой более опытный что ли… - задумчиво рассуждала Маша.
- Хочешь поспорить о том, что хуже - когда муж трахает младшую сестру или девицу, которая годиться ему в дочери?
Я посмотрела на подругу с легкой усмешкой, но без злобы. Она рассмеялась.
- Как так получилось, что мы с тобой оказались преданными мужчинами. Умные, взрослые, самодостаточные женщины! - возмущается Маша. - А Исаев просто идиот - он никогда не получит от этой сопливой девицы то, что могла дать и давала ему ты.
- По всему выходит, что уже получил, Маша. И секс, и внимание, и восхищение его талантами.
- Да какие там таланты, Вика? - фыркнула подруга. - Она запала на его деньги и власть.
Я повела плечом. Знаю, что это так и Валера дурак, если не понимает к чему все идет. Николь выскочит за него замуж, родит ребенка и при любом удобном случае будет либо тянуть из него деньги на собственное содержание либо устроит громкий и публичный развод. Год, может быть два их брак продержиться, но не более.
С одной стороны мне было все равно, с другой - не чужой человек, грустно смотреть как его тянет на самое дно.
- Это будут исключительно его проблемы. Моя задача выучить Диму и проследить, чтобы Соня не забросила свою учебу.
Маша согласно кивнула.
- Вы помирились?
- Не знаю. Она просила прощения за то, что сначала приняла сторону отца, а потом… потом я узнала, что моя дочь сама связалась с женатым мужчиной.
У подруги от таких неожиданных признаний перехватило дыхание. Маша всегда была очень тактичной и не стала донимать меня вопросами, но я все же описала ей ситуацию в общих чертах.
- И она снова извинилась?
- Да, как я поняла, что со своими чувствами и юношеским максимализмом этому женатику она оказалась не нужна. Но в отличие от Валеры он слишком молод, чтобы соблазниться на девочку вроде нее и всерьез думать о разрушении семьи. Соня этого не ожидала.
- Жалеешь ее?
- Скорее сочувствую. Это жестокий опыт, такого бы я и врагу не пожелала, не то, чтобы собственной дочери, но и видеть ее в качестве любовницы такого мужчины - выше моих сил, Маша. Мы поговорили, она снова извинялась, но я пока не уверена, что она не наступит на те же грабли или что она отпустила эту ситуацию.
Лиза уверяла, что Соня ведет себя хорошо и не ходит на тусовки со своими однокурсниками, что не задерживается после учебы и помогает ей по дому и с Даней, но мне казалось, что все это лишь для того, чтобы отвлечься от мыслей про Алика. Когда-нибудь тоска и чувство обиды ее настигнут и если она не преодолеет соблазн доказать себе и ему, в первую очередь, что может получить его когда захочет - натворит дел.
Мы проговорили еще пару часов. Время пролетело совершенно незаметно.
И когда мы стали собираться и рассчитались по счету мне позвонил Кирилл и предложил подвезти до дома.
Разве я могла отказаться?
***
Он приехал как раз к тому времени когда Машу забрал ее олигарх. Я так дразнила ее нового ухажера и мужчину, который помог ей осуществить мечту - открыть центр поддержки женщин, которые мечтают стать мамой и испытывают проблемы.
Центр «Надежда» быстро переквалифицировался в полноценный перинатальный центр и Маша пару раз даже предлагала мне перейти к ней работать, но у меня и без этого было слишком много потрясений.
- Привет.
Кирилл припарковался и прежде, чем я успела что-то сделать уже оказался рядом и помогал забраться в его машину.
Открыл дверь, подал руку. Такие простые и понятные знаки внимания, но настолько правильные.
- Привет, - ответила я, когда он вернулся на водительское место.
Я уже успела пристегнуться, но неожиданно Кирилл наклонился ко мне, притянул за пальто и поцеловал. Долго, жадно и желанно. Словно он был голодным до этого прикосновения, до меня самой.
И я бесстыдно отвечала ему, царапая свои ладони о его трехдневную щетину и вдыхая его запах. Мужской и терпкий.
Мы как подростки едва смогли оторваться друг от друга. Мое тело отзывалось на него. Это была не случайность, не случайный всплеск гормонов, ни обида на поступок Валеры или попытка отомстить.
Я хотела его. Он мне нравился.
Спустя столько лет когда мы почти не виделись и не пересекались, строили свои жизни, карьеры и даже не думали, что снова можем встретится - пересеклись друг с другом самым неожиданным образом.
- Думаю, что нам стоит уехать с парковки ресторана иначе я возьму тебя прямо здесь.
Он не шутил. Первобытный блеск в его глазах говорил, что это вполне возможно.
Господи. Это было так приятно чувствовать себя настолько желанной.
В моем-то возрасте! В мое положении! Почти разведенная женщина с тридцатилетним неудавшимся браком за плечами, без перспектив в личной жизни. Точнее с понимание, что ее уже никогда и не случиться, потому что.. ну куда?
А тут он - Захаров Кирилл. Мужчина не самого высокого полета, но с совершенно точно с большой буквы. Который не просто скажет, что решит мою проблему, но и сделает это без театральщины и необходимости последующих восхищений.
Но вот в чем парадокс - это как раз и восхищало.
Машина все же тронулась с места. Мы выехали на шоссе, но когда Кирилл пропустил съезд в сторону моего района я забеспокоилась.
- Ты пропустил…
- Нет.
- Но я живу в другой стороне и придется делать приличный крюк, чтобы…
- Не придется, мы едем ко мне.
Он не шутил. Захаров посмотрел на меня взглядом “Попробуй возрази!” и мне совсем расхотелось спорить. Во мне говорила не женщина, а переживающая мать.
- Но Дима ничего не знает.
- Он останется ночевать у друга. У них турнир по Доте или что-то вроде того. Он должен был написать тебе и если этого до сих пор не сделал, то получит по шее.
- Не сделал, - ответила я, но на самом деле я не знала.
Достав телефон из сумочки, кажется впервые за несколько часов, я обнаружила несколько непрочитанных сообщений и пропущенных звонков, в том числе и от сына.
“Мам, я сегодня останусь ночевать у Саши. Ты не волнуйся, его родители дома, квартиру я закрыл, в квартире прибрался и с Кириллом договорился. Надеюсь, что ты не против”, - написал он.