Лена Тэсс – Измена. Ложь, боль и слёзы (страница 8)

- Просто мама Сережи тоже меня обидела. - Я попыталась сменить тему.- Давай, садись в машину. Нам нужно ехать.

- Но это не она виновата в том, что я с ней поехал. - Продолжил свои оправдания сын. - Я сам так решил. Прости, что забыл тебе позвонить, это вышло случайно.

Мы сели в машину, Тим продолжил говорить, пристегнулся и даже не заметил как мы выехали из района.

- Послушай, сынок. Дело не в тебе. Все намного сложнее.

- Тогда я не понимаю, мама. Что такого сделала тетя Света?

- Она захотела забрать твоего папу.

***

В глазах сына непонимание, на лице вместо улыбки и счастья немой вопрос, на который ответ было найти почти так же сложно, как идеальную стратегию для монополии. Ему не нравились экономические игры, к которым пытался приучить его Влад - одно из немногих противоречий между отцом и сыном.

В Тимофее Соколов видел не столько преемника своего дела - не настолько оно масштабное и стабильное - сам он так и говорил. Скорее хотел научить сына мыслить финансовыми категориями, чтобы умел не только считать, но и анализировать.

Будущее его уже было определено - футбол сейчас скорее возможность для Тима занять время и выпустить неуемную детскую энергию, которая, если ее не направить в нужное русло, может иметь разрушительную силу.

- Мама, ты можешь мне сказать, что это значит? - сын не собирался пропускать мимо ушей мою фразу.

- Я расскажу, только давай доберемся до места.

И тогда он наконец-то обратил внимание, что мы не просто в машине, а куда-то едем. Практически доехали. То есть вот - уже паркуемся. Районы действительно расположены совсем недалеко друг от друга.

- А где мы? - удивленно и с настороженностью спрашивает Тим.

Может быть он уже все сам понял.

В глазах уже промелькнула нехорошая тень и зарождающийся протест.

- Мы на некоторое время переедем в другое место, Тимофей, - начала я как можно спокойнее. - У нас с твоим папой возникли непреодолимые разногласия в отношении того, как…

- Вы разводитесь? - выпалил он.

Обвинительно. Горько. Громко.

- Я пока не могу ответить на этот вопрос, сынок. Возможно, что так и будет.

А сейчас я откровенно врала, потому что другого развития ситуации кроме как расторжение брака с Соколовым не видела. Я никогда не смогу стереть из памяти ни то, что увидела в его офисе, ни жестокие слова Светы об их связи сегодня.

- Ты меня обманываешь! Если взрослые решили разъехаться, то потом они уже не станут снова жить вместе. Но как же папа? Он знает, что ты забрала меня с собой?

- Он должен был понимать последствия того, что делает, когда... - я запнулась, потому что следующие слова могли навсегда разрушить отношения между Владом и Тимом.

- Когда что? - спросил сын.

Я покачала головой. Не стоило мне все это вываливать на него в таком тоне и с таким подтекстом. У меня был план - сказать, что между нами возникли разногласия и нам с его отцом нужно пожить раздельно, чтобы разобраться. Потом бы он смог свыкнуться с мыслью, что будет жить в другом месте и только со мной. Я не собиралась запрещать Владу встречаться с Тимофеем, при условии, что мы оба будем вести себя как цивилизованные люди и не станем вредить своими ссорами психике ребенка.

- Тим, бери вещи, пойдем располагаться в новой квартире.

- Какой квартире, мама?

- У тебя так же будет своя комната, отдельная. Завтра выходной и мы выберем тебе новую мебель, я уже перевезла твои вещи. Даже приставку. Купим тебе телевизор… чтобы ты смог играть. Не уверена, что такой же большой, но все равно обустроим комнату с комфортом. У нас замечательная арендодательница и она печет вкусные пирожки, - я тараторила без умолку, чтобы не дать сыну вставить слова протеста.

Он кажется не собирался меня слушать и сложил руки на груди в плотный замок.

- Я не хочу уезжать в другую квартиру. Это… отстой. Здесь никто из моих друзей не живет. Почему мы должны уезжать? Почему я должен, если проблемы с папой только у тебя?

- Вот именно! Почему мой сын должен выезжать из лучших условий в худшие?

Дверь с водительской стороны открылась, и на меня смотрел злой как тысяча чертей муж. Соколов коротко кивнул Тиму головой, чтобы тот вышел на улицу и мой мальчик не сомневаясь ни секунды вышел из салона машины, обошел ее и встал за спиной отца.

- Ира, если ты думаешь, что можешь похитить ребенка у меня из под носа - то ты гораздо глупее, чем я о тебе думал. Если решила, что получишь от меня хотя бы копейку при разделе имущества, так тоже не стоит на это рассчитывать.

- Не смей использовать нашего сына, как рычаг для манипуляции, Соколов!

Я попыталась выйти на улицу, но Влад перегородил мне проем двери.

- А ты думала все будет очень просто, дорогая моя? Я дам тебе возможность обдумать свои поступки в течение двух недель. Как только надоест играть в оскорбленную и обиженную жену - возвращайся. Обещаю, что не стану сильно на тебя обижаться. Но если твое самодурство продлиться дольше, то можешь забыть о сыне. Я просто лишу тебя родительских прав. Ты знаешь, что я держу свое слово.

- Да неужели? Как насчет того слова, что ты дал в тот день когда мы поженились? Как насчет верности, Соколов?

Он не ответил, только скривился.

Я взглянула за его спину на Тимофея. Сын ничего не слышал, оставался на достаточном расстоянии, чтобы не лезть в наши разборки.

Сейчас он сделал свой выбор и я никак не могу на это повлиять, но рано или поздно он пересмотрит свое решение. Рано или поздно сын сможет понять и меня.

Глава 6

Я измотана и не могу оценить ситуацию здраво. Хотелось взвыть от бессилия, но Тима насильно с собой теперь не забрать. Влад дотошный и очень щепетильный, я уверена, что он не только будет отслеживать звонки сына как входящие, так и исходящие, но еще и проверять его геолокацию. Возможно наймет охрану.

Цивилизованного развода не получится.

Впрочем, Соколову лучше меня не злить.

Чтобы он ни говорил про “лишение меня всего вплоть до трусов, которые куплены за его деньги”, я совершенно точно знаю как работает закон. Половина совместно нажитого принадлежит мне. При большом желании можно отсудить и половину доходов компании.

Будет сопротивляться - закачу скандал. В мебельном бизнесе тоже смотрят на репутацию и если у директора не все в порядке на личном фронте, если он запятнал свою честь и достоинства в скандале по разделу имущества с женой из-за связи с любовницей, то можно ли в принципе вести дела с таким человеком.

- Ты что-то не весела, соседушка, - Ася заглянула ко мне вечером и с удивлением обвела комнату взглядом. - Говорила, что придешь с сыном.

- Не срослось, - бросила сухо.

Возможно чересчур грубо, но объясняться перед незнакомым человеком ни сил, ни желания не было.

Набрала Тимофея, но закономерно трубку он не взял. Ни в первый, ни во второй, ни в третий раз.

Написала ему несколько сообщений в социальных сетях и мессенджерах. Где-то не открывал, что-то прочитал, но не ответил.

Он злится, что я без его ведома перевезла все вещи? Так это ничего страшного, завтра Влад обязательно организует грузчика для их обратной “передислокации”. Когда ему что-то нужно он горы готов свернуть.

Когда-то ради меня он тоже мог сделать что угодно. Дура была, что просила так мало. Мороженое просила, когда на улице было жарко. Беречь себя просила, когда он уходил в ночную смену на мебельной фабрике и был не руководителем своего собственного дела, а простым рабочим, стоял на линии шпонирования доски.

Просила купить годовалому Тиму лекарства, когда однажды ночью проснувшись от простого беспокойства поняла, что сын горит. Тогда он заболел впервые и я не держала дома жаропонижающие “на всякий случай”.

Разве это много?

В итоге ночью я плохо спала. На следующий день силой заставила себя сходить в магазин, чтобы не объедать свою соседку. Она пропадала где-то вне квартиры.

Вещи Тимофея забрали. В один из карманов его школьного пиджака положила записку, чтобы он обязательно со мной связался. Так это странно оказалось, что поговорить с собственным сыном для меня теперь задачка со звездочкой.

К вечеру субботы в носу защекотало. Я морщилась, пару раз чихнула и все списала на своего нового усатого соседа. Ася, конечно, обещала, что кот никак не станет пересекать пространство комнаты, если ее держать закрытой, но почему то наглая морда с зелеными как изумруды глазами проснулась сегодня у меня под боком.

- Я так начну ревновать, - усмехнулась девица утром в воскресенье, когда я чихнула еще два раза. - У тебя аллергия?

- Никогда не было.

- Щеки красные, на лбу испарина. Может заболела?

Я покачала головой. Я не болею, никогда.

- Я не болею. Совсем, - повторяю мысль вслух, чтобы вселить в нее жизнь силой мысли и позитивного настроя. Тут же следом снова чихаю.

- Я верю-верю, но ты бы все равно температуру измерила. Градусник в аптечке, а аптечка на кухне в правом ящике рядом с духовым шкафом. Там если что и лекарства есть, - проинструктировала Ася и снова оставила меня в одиночестве.

Эта девушка почти никогда не бывает дома. С одной стороны - замечательно, с другой - в общем-то тоже.