Лена Сокол – Sex-дневник Кати Морозовой (страница 14)
– Спроси у них сама. – Закивала Диана.
– Вообще у нас, конечно, рай для мужиков. – Мечтательно протянула Люба. – Коллектив на 90 % состоит из женщин. Красивых, знающих себе цену, понимающих толк в моде. Есть из кого выбрать.
– Да что их всех могло в нем привлечь? – Не выдержала я. – Усики, что ли?
– Да хотя бы и они. – Хихикнула Диана. – Сама не хочешь проверить? А то вон, Верка уже всю шею ему облизала – лезет на парня, как стриптизерша на шест. Надо спасать.
– Ни за что. – Поморщилась я.
– Привет. – Я опустилась на диванчик рядом с Усовым, едва креативная Вера отлипла, чтобы отлучиться в уборную.
– А, привет. – Отозвался он, глядя на меня удивленно, но с явным интересом. Затем быстро спохватился. – Будешь чего-нибудь?
– Плесни шампанского. – Протянула ему свой почти пустой бокал.
– А тебе не много будет? – С неловкостью в голосе спросил Усов. – Ты ведь почти ничего не ела.
– Следил за мной? – Напряглась я.
– Вовсе нет, я… – Замялся он.
– Шучу! – Рассмеялась. – Наливай уже.
И придвинулась ближе.
От Усова пахло табачно-сандаловым парфюмом. Серьезный, глубокий аромат. Такой вряд ли по плечу офисному зануде в скучном свитере, но я вынуждена была признать – раскрывался запах на нем заманчиво и необычно.
– Так тебя можно поздравить с повышением? – Улыбнулся Усов, наполнив мой бокал до середины.
– Если только перевод в другую рубрику можно так назвать. – Хмыкнула я, отметив про себя, что его вежливо-виноватая улыбка была довольно милой.
– Твоей предшественнице платили больше, так что, думаю, и тебе стоит рассчитывать на прибавку к зарплате. А если оплату не повысят, то настаивать на этом.
– Ей платили больше? А ты откуда знаешь? – Я была поражена. – Ты ж просто менеджер, или кто ты там?
– Директор по распространению и логистике вообще-то, но не суть. – Усмехнулся Усов. – Просто у меня есть шпион в финотделе. – Он пожал плечами. – Но если что, я тебе ничего не говорил.
– Вот как. – Я прочистила горло и бросила взгляд в сторону. Вера, заметив, что ее место на диванчике занято, обиженно поджала губы и поплелась на танцпол. – Если честно, я сейчас не в том положении, чтобы просить прибавки. Моя репутация, знаешь ли, слегка… подмочена, поэтому я уже рада хотя бы тому, что меняпросто приняли обратно…
– С твоим талантом ты могла бы устроиться в любую компанию этой страны. – Сказал Усов. И, не выдержав мой пристальный взгляд, закашлялся. – Ты даже могла бы вести свой блог, Катя. Или писать книги…
И нервно облизнул губы.
Обожаю это. Приятно, конечно, когда мужчина обаятелен и красноречив настолько, что ты смущаешься в его присутствии, но обратная ситуация намного круче – если мужчина ведет себя так, что ты моментально понимаешь, что нравишься ему. Это как выиграть джек-пот. Видеть, как он смущается, чувствует себя не в своей тарелке, ерзает, а потом смотрит на тебя во все глаза – особый вид удовольствия. Это подкупает и… возбуждает.
– Как тебя? – Улыбнулась я.
– В смысле.
– Как тебя зовут?
– Ты не знаешь, как меня зовут? – Опешил он.
Черт.
– Знаю, конечно! – Попробовала отшутиться я. – Но забыла.
– Миша. – Выдавил Усов.
– Миша? Серьезно?
– Ну да. – Кивнул он.
– Тебе идет.
– Что именно? – Нахмурился он. – Быть Мишей?
– Ага.
– Ух ты. – Ему явно стало не по себе.
– У меня только один вопрос. Зачем тебе эти усы, Миша? – Я придвинулась ближе и провела пальцем по темной растительности над его верхней губой, а затем по ухоженной бородке.
– Я… Ну, я думал… – Он сглотнул.
«Переволновался, малыш».
– Ты думал… – Томно повторила я.
– Думал, они придают мне… солидности? – Неуверенно промычал Усов.
– Неверный ответ.
– Брей! Брей! Брей! – Улюлюкала толпа.
Кажется, так это и было.
Вакханалия какая-то. Я сидела на коленях у Усова с невесть откуда взявшейся машинкой для бритья, а коллеги свистели и кричали, подначивая. Возможно, я бы остановилась, будь моя жертва против. Но он смотрел мне прямо в глаза и ждал того момента, когда жужжащий аппарат коснется кожи.
– Брей! Брей! – Орала толпа.
И мой азарт нарастал.
– Ты еще можешь передумать, – выдохнула я ему в губы.
– Нет. – Уверенно сказал Усов.
И бжик – понеслась!
Сначала я сбрила бородку, затем кусочек уса слева, а потом справа. И все это время мы хохотали, не переставая. Буквально до слез. Длинные усы – колхозные – усики Гитлера. Примерили по ходу бритья все варианты.
– Может, так и оставим? – Ерзая на его коленях, спросила я.
– Нет уж. – Сказал Усов, и его пальцы вдруг сжали мои бедра.
Даже пьяная, я понимала, что наш флирт заходит слишком далеко, притом у всех на глазах, но мне не хотелось это останавливать. К тому же Верочка ужасно злилась за уведенного у нее кавалера, и это доставляло мне почти садистское удовольствие. «Как это? Усов, который два года волочился за мной, вдруг достанется какой-то креативщице? Это мой Усов, и только мой!»
Не знаю, что за чувства меня обуревали, но, будучи нетрезвой, я в тот момент свято верила в правильность своих действий.
Вжик! И Усов лишился ус
– Мишка! Какой ты красавец! – Завопила какая-то истеричка из отдела моды.
– Такой молодой! Тебе будто и двадцати нет! – Подхватила другая. – Мальчишка!
Я слезла с его коленей, он встал, и коллеги принялись фотографироваться с ним.
А я так и стояла с машинкой в руках и негодовала, что про меня он забыл. Забыл про того, кто явил миру его истинную красоту, блин! И это было так странно и так похоже на ревность, что мне вдруг стало не по себе. Не могла же я ревновать к другим женщинам мужчину, который даже не нравился мне?
И мне захотелось пометить территорию.
Вот такое внезапное противоречивое чувство.
Не спрашивайте.