Лена Обухова – Холод туманного замка (страница 38)
– Теперь вам нужно занять свои места, – напомнил Нев, терпеливо дожидавшийся, пока они закончат.
«Точки переноса», как назвал их Нев, они определили по накиданному карандашом условному плану замка. Еще раз убедившись, что каждый запомнил свое место, они разошлись, оставив Нева в одиночестве. Тот встал в центр очерченного тросом круга, чувствуя напряжение, во много крат превосходящее все, что он когда-либо испытывал.
В глубине души он был уверен, что сил не хватит. Даже если ритуал в принципе способен перенести замок
Нев снял очки и положил их в карман куртки. Плохое зрение сейчас играло ему на руку: отсутствие четких очертаний поможет сосредоточится тогда, когда нельзя будет держать глаза закрытыми.
В последний момент он забеспокоился о том, как узнает, что все пятеро товарищей по несчастью добрались до нужных точек. Они, конечно, надели передатчики, но едва он встал в центр импровизированного круга, как сразу почувствовал: связи с внешним миром больше нет. Энергетика Печати, усиленная кровью пятерых человек, уже начала действовать. Однако по той же самой причине он почувствовал, когда каждый участник ритуала занял свое место. Словно с каждым из них у него установилась невидимая связь. Ему самому трудно было понять, как он отличил это ощущение от других, но ни на секунду в нем не сомневался.
Соединив кончики пальцев, Нев принялся шептать слова на несуществующем языке, доступном только избранникам Темных Ангелов. Каждой фразой он призывал одного из Ангелов, прося у него помощи и покровительства. Те отзывались быстро и охотно, словно только и ждали, когда он позволит им проявить себя.
На этот раз он повторял строчки снова и снова, постепенно повышая голос, чувствуя, как его наполняет древняя инородная сила. Все больше и больше. До того порога, при котором он уже едва мог удерживать ее и оставаться в сознании. Тогда Нев соединил ладони, чувствуя, как их жжет изнутри. Лишь когда жар стал нестерпимым, он снова развел ладони в стороны, не разъединяя кончики пальцев. Шарик огня, размером с теннисный мячик, упал вниз, в стоявший на земле контейнер с прядями волос и каплями крови. Его содержимое тут же вспыхнуло, а Нев ощутил еще больший прилив силы. Она уже не помещалась в нем, а сам он чувствовал, как меркнет сознание и из-за приоткрытой двери на его место выходит тот, другой, чей голос он так часто слышал в последнее время.
Не желая медлить ни секунды более, Нев развел руки в стороны, повернув ладони вверх. И открыл глаза.
Неба по-прежнему не было видно, но и плотный слой тумана теперь скрылся за новым куполом, накрывшим замок. Его поверхность переливалась всеми цветами радуги и искрилась, словно ее наполняли весело горящие бенгальские огни.
Ване в этом ритуале, по его собственному мнению, досталось лучшее место, и его ни капли не волновало, что для этого ему пришлось оставить кровавые метки на вершине Смерти. В отличие от прошлого раза, за его спиной не стояло никакого проклятого зеркала, а потому он рисковал не больше остальных. Зато со своего места он прекрасно видел Лилю, расположившуюся по той же замковой стене, что и он, только в противоположном конце двора. Нева на площади он тоже видел и, если вытянуться во весь рост – даже Войтеха на его башне, хотя следить за ним он вовсе не собирался. Сашу, находящуюся у входа в склеп с другой стороны замка, и Ярослава в подвале он, конечно, не видел.
В этот раз отчего-то было не так страшно, как в прошлый. То ли потому что они не стояли рядом с Невом, не слышали странных непонятных слов, которые он произносил, не видели его расширившихся зрачков, а по рукам у них не проходили разряды электрического тока, вызывающие желание немедленно отпустить чертов круг. То ли потому что Нев за год уже прилично прокачал свои возможности, это было очевидно даже таким далеким от магии людям как Ваня.
Он уже успел прилично заскучать, опереться плечом о стену и погрузиться в какие-то свои мысли, когда порезы, оставленные Невом на ладонях, вдруг зажгло такой сильной и резкой болью, что Ваня дернулся от неожиданности и едва не упал. Быстро выпрямившись, он взглянул на свои руки, но под бинтами ничего не смог разглядеть. Ладони горели, как будто он держал тот самый круг.
«Порадовался, называется», – проворчал он мысленно, так и держа руки на весу и не зная, что делать. Он видел, что Лиля на другом конце двора точно так же выпрямилась и едва заметно замахала руками, чтобы сбить невидимый огонь. Нев по-прежнему читал свои заклинания, ни на что не отвлекаясь, только голос его звучал все громче и ритмичнее. Отдельные слова, которые все равно было не разобрать, доносились даже до Вани. Но уже в следующее мгновение ему стало плевать и на голос Нева, и на огонь на собственных руках: грязно-серое небо вдруг вспыхнуло яркими красками и стало походить на северное сияние, только намного ярче, насыщеннее, словно кто-то разлил по нему акварель. То и дело оно вспыхивало маленькими огоньками, рассыпалось искрами и, казалось, вот-вот пойдет трещинами, как тонкий хрусталь. Из-под земли донесся неясный гул, как будто приближался поезд в метро. Чем сильнее становился гул, тем ярче сверкало небо, и воздух наполнялся электрическими разрядами.
– Вот это да, – раздался в наушнике восхищенный голос Саши, и только тогда Ваня сообразил, что все это время между ними работала связь.
– И не говори, Айболит, – с усмешкой отозвался он. – Наконец-то приличные спецэффекты.
– Заткнитесь оба, – прошипела Лиля. – Не мешайте Неву.
Ваня посмотрел на их колдуна и понял, что, несмотря на работавшую связь, его слова он слышал не в наушнике. Вот и сейчас не было похоже, что Нев слышал их разговор. Он продолжал бормотать свои слова, раскинув руки в стороны и запрокинув голову к небу, как будто любуясь его невероятными красотами. Ярослав и Дворжак молчали. И если тишина в эфире от первого легко объяснялась толстыми стенами подвала, через которые едва ли проходил сигнал, то второй не мог не слышать их разговор. Ваня привстал на цыпочки и легко разглядел Дворжака на самой высокой башне. Тот стоял наверху, как своеобразный флюгер, и тоже смотрел на небо. Он был совсем близко к сверкающим краскам, наверное, если бы протянул руку, то коснулся бы этого странного купола. Как будто почувствовав на себе Ванин взгляд, он обернулся, а затем, нелепо взмахнув руками, опрокинулся на спину и скрылся из виду. Ваня почти наяву увидел, как он сейчас катится по черепице вниз и через пару секунд сорвется с крыши. Даже по самым скромным прикидкам высота башни была не меньше тридцати пяти метров, а то и все сорок. Ваня едва не сорвался с места, чтобы броситься на помощь, но остановил себя. Добежать все равно не успеет, а вот покидать свою точку не следовало. Это Нев популярно объяснил им еще в первый раз.
– Дворжак? – тихо спросил он. Тот не отозвался. – Эй, ты как?
– Что случилось? – тут же послышался испуганный голос Саши. Она со своего места никого не могла видеть. – Ваня, что с Войтой?
Ваня предпочел не отвечать, однако от нее, переживающей за своего драгоценного экстрасенса, было не так-то просто отделаться.
– Ваня, что случилось?
– Да ничего не случилось, – отмахнулся он, напряженно глядя на башню.
Дворжак на ней так и не появился, зато купол над башней вспыхнул особенно ярко, резанув по глазам и на миг ослепив, а затем на нем появилась небольшая… трещина, если только трещина может образоваться в воздухе. Впрочем, Ваня уже почти не сомневался в том, что купол вполне осязаем. С жутким хрустом, напоминающим ломающиеся кости, трещина расползалась по небу, увеличиваясь в размерах. Наверное, именно поэтому Нев и велел всем не сходить с места во время ритуала.
– Что это? – ахнула в наушнике Лиля, уже не боясь помешать Неву. Они сообразили, что связь осталась только у тех, кто стоял вне металлического круга.
– Да что там с Войтой? – не унималась в свою очередь Саша, и по ее голосу Ваня понял, что еще немного – и она побежит смотреть. Эти двое и раньше как наседки опекали друг друга, а уж после того, как оказались в одной постели, пардон, на одном столе, так и вовсе перестали скрываться от остальных.
Ваня не успел ответить ни одной, ни второй, как трещина остановилась так же внезапно, как и возникла, а уже в следующую секунду на крыше появился и Дворжак, жестом показав Ване, что с ним все в порядке, но передатчик он потерял.
– Нормально все с твоей Вангой, – сказал Ваня, чувствуя, что и сам испытывает облегчение. Не то чтобы ему было жалко Дворжака, но вот незавершенный ритуал определенно огорчил бы. Ну ладно, и Дворжака тоже жалко. Все ж два с половиной года знакомы.
За всеми этими разговорами они не заметили, как небо постепенно начало тускнеть, снова превращаясь в непроницаемую серую пелену. Была ли причина тому образовавшаяся над башней трещина, или же Нев завершил ритуал, Ваня не знал, но определенно обрадовался: неожиданно заломило спину, как будто он стоял в одном положении несколько часов кряду, а порезы на руках снова загорелись огнем.