Лена Обухова – Галерея последних портретов (страница 9)
– И что скажешь? – спросил Дементьев, когда Фролов все же закрыл дверь.
– Его жена мертва, – лаконично отозвался Войтех, потирая лоб рукой. Внутри черепной коробки уже разливалась тупая, ноющая боль.
– А ты типа экстрасенса, да?
– Типа того.
– Слушай, а тебя можно как-то вне штата взять? – в тоне Дементьева причудливым образом смешались насмешка и надежда. – Иногда, знаешь, очень надо хотя бы точно знать, где копать.
– Мои возможности крайне ограничены, – признался Войтех. – Лучше скажи, что мы можем теперь сделать?
– Запрошу записи с видеокамер. Прелесть таких домов в том, что здесь ведется запись как минимум в холле. Думаю, они еще не успели ее стереть. Если на записи нет покидающей дом госпожи Фроловой, то это уже способ надавить на ее мужа. Можно еще проверить звонки: он, скорее всего, звонил сам себе с ее телефона, но это мало что даст. Однако как косвенная улика сгодится.
– Тогда он, скорее всего, и пишет сам в ее аккаунте в Фейсбуке. Можно проверить ай-пи-адрес записей.
– Это долго, но для прокуратуры тоже пригодится. Лучше бы найти тело, – Дементьев вопросительно покосился на Войтеха, как бы спрашивая, может ли он помочь с этим.
– Начни с камер, – посоветовал тот, давая понять, что в подобном он не помощник. – Может быть, этого хватит, чтобы расколоть его.
Лифт, наконец, открыл перед ними двери, напоминая о том, что вообще-то они еще не закончили.
– Ладно, пойдем пока к твоей подружке, – весело предложил Дементьев, возвращаясь в коридор. – Мне обещали кофе и бутерброд.
Прошло не меньше минуты, прежде чем грохот в ушах наконец-то смолк и глаза снова начали различать очертания прихожей в полутьме. Саша с опаской огляделась: и стены, и мебель стояли на месте, хотя сначала ей показалось, что как минимум одно из них должно было обрушиться. Она еще раз потянулась к выключателю, на мгновение нерешительно замерла, а затем снова щелкнула кнопкой. Ничего не произошло.
– Пробки что ли выбило? – почему-то вслух спросила она.
Однажды такое уже случалось. В тот раз в приступе хозяйственности она одновременно включила посудомойку, завела музыку на музыкальном центре на кухне, чтобы было веселее убирать, поставила вариться суп, который все равно потом оказался несъедобным, включила электрический чайник, чтобы выпить после уборки чаю, и щелкнула кнопкой пылесоса. Автомат отключил электричество в половине квартиры мгновенно, оставив ее без света до тех пор, пока не пришел электрик. Максим после этого прочитал ей целую лекцию о допустимой нагрузке и на всякий случай показал, как включать электричество, если такое случится снова.
Саша машинально потянулась к карману джинсов, в котором всегда лежала зажигалка, но ничего не нашла: она не курила уже почти три месяца, поэтому и зажигалку с собой носить перестала. Вытащив из сумки мобильный телефон, она включила фонарик и нашла распределительный щиток, однако тот оказался заперт на ключ. Саша вслух выругалась, понимая, что если разговаривать с самой собой, то не так страшно. Она нашла в ящике прихожей маленький ключик и отперла металлическую дверцу, однако все тумблеры оказались в нужном положении. На всякий случай переключив несколько и убедившись, что это не помогло, Саша вернула их в прежнее положение и снова заперла дверцу. Через «глазок» во входной двери ей было видно, что свет на площадке горит, но ни Войтеха, ни Дементьева там уже нет.
Смартфон коротко пиликнул и погас, снова оставив ее в темноте. Видимо, она забыла зарядить его, и непрерывное использование фонарика, как и предупреждают разработчики, высадило батарею. Саша почувствовала, как ускоряется сердцебиение. Где-то в глубине квартиры словно специально, чтобы добавить ей страха, что-то тихо заскрипело, как будто кто-то неаккуратно сдвинул стул по паркету. Непреодолимо захотелось выйти на освещенную лестничную площадку и подождать Войтеха и Дементьева там, но вместо этого она обозвала себя трусливой дурочкой. Если уж на то пошло, то не первый раз она сталкивается с призраками, и ни разу ей никто не причинил вреда.
Саша сделала несколько осторожных шагов вглубь квартиры, пытаясь вспомнить, как зовут (или звали?) ее соседку. Обладая прекрасной памятью на лица, она отчего-то всегда забывала имена. Вот и сейчас перед мысленным взором мгновенно возник образ высокой молодой женщины с точеными чертами лица, большими серыми глазами, чуть припухлыми губами, которым серьезное выражение идет намного больше, нежели улыбка, и длинными русыми волосами, всегда забранными в идеально ровный хвост, но как зовут обладательницу всего это великолепия, Саша вспомнить не могла. Она попыталась вспомнить хотя бы, что кричал ее муж в ту ночь, но кроме «дрянь» и «шлюха» в голову ничего не приходило. А в предыдущие ссоры?
«Настя, вернись!» – тут же прокричал низкий мужской голос в ее голове. Точно, Настя! Однажды Саша ехала с соседом в лифте, и он по телефону тоже что-то выговаривал какой-то Насте.
– Настя? – тихо позвала Саша, осторожно продвигаясь к кладовке в дальнем углу квартиры, где у них хранились свечи. – Это ты?
В гостиной, мимо которой она как раз проходила, снова что-то скрипнуло. Саша замерла, повернув голову в ту сторону. До десятого этажа свет уличных фонарей почти не доходил, а небо, с самого утра затянутое тяжелыми свинцовыми тучами, готовыми вот-вот разразиться ливнем, погружало гостиную в еще большую темноту. Все вещи в ней стояли на своих местах, даже легкий тюль на окне, обычно взметающийся от каждого незначительного сквозняка, оставался неподвижен. Скрип раздался снова, только теперь это уже походило на то, как будто кто-то ступил на старую рассохшуюся половицу, но Саша не помнила, чтобы хотя бы одна доска в их гостиной издавала подобный звук. Она испуганно замерла, обводя взглядом темную комнату. Скрип раздался ближе, как будто кто-то шел ей навстречу. Она сделала шаг назад, тяжело дыша, но по-прежнему ничего не видя, потом еще один, и еще, пока не уперлась спиной в стену. Кто-то невидимый приближался к ней, и вскоре она почувствовала легкое движение воздуха возле лица, как будто этот кто-то подошел к ней и остановился очень близко, глядя прямо на нее.
Мгновенно сбросив с себя оцепенение, Саша рванула к кладовке, с силой распахнула дверь и принялась искать коробку со свечами, роняя на себя какие-то бутылки, банки и бумаги. Наконец ее пальцы нащупали ту самую коробку. Вытащив первым делом большой коробок со спичками, Саша чиркнула одной и быстро обернулась. Маленький язычок пламени осветил только абсолютно пустое пространство. Заставив себя немного успокоиться и дышать ровнее, она вытащила большую толстую свечу и зажгла уже ее. Света та дала гораздо больше, чем маленькая спичка, но никого вокруг все равно не оказалось.
Еще немного постояв в кладовке, чтобы окончательно успокоиться, Саша взяла всю коробку со свечами и быстро дошла до кухни, не отдавая себе отчета в том, что специально топает ногами громче положенного. Ее собственные шаги должны были заглушить чужие, если вдруг та, что находилась сейчас с ней в квартире, снова решит обозначить свое присутствие.
Расставив по кухне с два десятка свечей и дав себе тем самым большое количество света, Саша с удивлением обнаружила, что и чайник, и кофеварка, и холодильник работают как положено. Она на всякий случай щелкнула выключателем, но свет так и не загорелся. Только сейчас она увидела, что по всей поверхности кухонного гарнитура и большого обеденного стола рассыпаны осколки стекла. Она взяла в руку свечу и забралась на стол, чтобы лучше рассмотреть светильник. От лампочки, вкрученной в него, остался только черный обугленный патрон. Проверив все остальные светильники на кухне, Саша обнаружила ту же самую картину. Можно было смело предположить, что это же она увидит и во всех остальных комнатах. По какому-то странному недоразумению, когда она попыталась включить свет, едва войдя в квартиру, в ней взорвались все лампочки.
К тому времени, как в дверь позвонили, ей удалось не только взять себя в руки и убедить, что Войтех найдет этому внятное объяснение, когда узнает, но и приготовить несколько обещанных следователю бутербродов.
– У нас сегодня ужин при свечах, – объявила она, пропуская в квартиру Войтеха и Дементьева.
– Хм, а вы уверены, что я вам тут не третий лишний? – Дементьев выразительно посмотрел на Войтеха.
Тот только молча подтолкнул его в спину, заставляя войти в квартиру Саши, и сам вошел следом.
– Что у тебя случилось?
– Да ерунда какая-то, – Саша кивнула в сторону кухни, единственной освещенной комнаты в квартире. – Я включила свет, и, кажется, взорвались все лампочки.
– Такое бывает? – удивился Дементьев.
Они прошли на кухню, где их уже ждал горячий кофе и бутерброды, в один из которых Дементьев тут же вцепился зубами, поскольку обед у него был давно и состоял из пары пирожков.
– Не уверен, – Войтех нахмурился. – Еще что-нибудь странное, кроме лампочек, ты заметила?
Саша с сомнением посмотрела на Дементьева, но затем решила, что если уж он не вызвал для них психиатрическую помощь раньше, то не вызовет и теперь.