Лена Обухова – Дорогой несбывшихся снов (страница 29)
– Отдыхай, – почти ласково сказал он. – Я же обещал.
Когда за ним захлопнулась дверь, Саша снова накрылась одеялом с головой, глядя в темноту и заставляя себя дышать.
Лучше бы она не сопротивлялась тогда, в темной подворотне. Лучше бы ее убили. Тогда бы все получили по заслугам.
Глава 9
Карина находилась в лаборатории полтора месяца, но упрямства и запала не подчиняться никому еще не растеряла. Поначалу она вообще устроила голодовку, однако растущий организм уже к вечеру срочно потребовал еды, а к утру заявил, что похищение похищением, но хотя бы от картошки-фри и кока-колы отказываться не стоит. Конечно, избежать обследований ей не удалось, но сознательно демонстрировать способности к предвидению будущего она не собиралась. И никакие браслеты ее не заставили. Возможно, еще и потому, что она понятия не имела, как работает ее дар. Видений было много, те, что с монетами, только участились, но по-прежнему не вызывали в ней таких чувств, о которых ей зимой рассказывал Войта.
Карина часто вспоминала его здесь, в лаборатории. Мать тогда набросилась на него, обвинила во всех смертных грехах, зато доктору Долгову доверяла по самые уши. Особенно после того, как он провел для нее комплексное бесплатное обследование. И что толку? Войта пальцем ее не коснулся, не причинил ни малейшего вреда, а этот долбанный Долгов?
Было шестое марта, последний день учебы перед восьмимартовскими выходными, и Карина, возвращаясь из школы вечером, предвкушала три дня лежания на диване с любимым сериалом. Никаких учебников, никаких книг. Она с удовольствием порисовала бы, но на улице было еще слишком холодно и мерзко. Войту она тогда как раз тоже вспоминала. То есть не прям его, начала с того, что Аня обещала пригласить ее в гости в Москву, а сама так и не выбралась. Хороша старшая сестра, как сбежала перед Новым годом, так с тех пор и не появлялась. Карина недавно увидела у нее в друзьях в фейсбуке блондина, который приезжал тогда со всей этой компанией. Вот и вспомнила, что сама собиралась зафрендиться с Войтой, но так этого и не сделала. Сначала мать устроила тотальный контроль соцсетей, выясняла, с кем общается дочь, к каждому ее френду на странички заходила, если видела кого-то старше восемнадцати лет, устраивала истерики, телефонные звонки контролировала. Карина удивлялась, как ее еще к гинекологу не отвели на предмет проверки девственности. Какое уж тут «зафрендиться с Войтой». Потом Карина и сама искала его не очень тщательно. Фамилию его она не знала, спрашивать у Ани не решалась, а просто по имени находилось сплошное не то. Она даже подозревала, что имя, как и сама страничка, у него могут быть не на русском языке, а на каком искать – она не знала точно. Вот ведь дурочка. Ни фамилию не спросила, ни национальность. Карина поставила себе мысленную заметку заняться этим на выходных между сериалами, но не успела.
Когда она вышла из школы, на город уже спустилась темнота, поскольку училась она во вторую смену. С неба капал не то дождь, не то мокрый снег, поэтому она почти бежала, когда внезапно рядом с ней остановился блестящий черный БМВ. Боковое стекло опустилось, и она увидела за рулем доктора Долгова. Он уехал из их городка пару недель назад, и Карина даже не думала еще его увидеть. Впрочем, о нем она вообще не думала. Он хоть и был очень красивым и богатым, судя по машине, но таких чувств, как Войта, не вызывал.
– Садись, я тебя подвезу, – с улыбкой предложил он.
Идти было недалеко, но Карина предложением воспользовалась. Все лучше, чем мокнуть под дождем.
– А вы снова к нам? – поинтересовалась она, с удовольствием юркнув на переднее сиденье.
– Осталось еще одно незаконченное дело, – кивнул он, коротко посмотрев на нее, и Карина вдруг испугалась.
Нет, в его взгляде не было ничего необычного. Она хорошо знала Долгова, после того случая, когда они с Войтой одновременно поймали видения, часто у него бывала, однако сейчас обостренная интуиция неожиданно закричала во весь голос: «Беги!!!» Возможно, она бы на самом деле открыла дверь и выбежала из машины прямо на ходу, но в этот момент что-то острое вдруг кольнуло ее в шею, и перед глазами все потемнело.
Проснулась она уже в этой лаборатории. Ее изучением занимались другие люди, однако Долгова она тоже видела. Он приходил сюда иногда, с деловым видом шнырял по коридорам, а потом снова исчезал. В самый первый раз у него даже хватило наглости подойти к ней и заговорить. Карина только смачно плюнула в его холеное лицо с противной идеальной стрижкой. Ее в наказание оставили без ужина, но она все равно была довольна собой. Моральное удовлетворение получила такое, что впервые улыбнулась. Долгов к ней больше не подходил. Насколько она поняла, он не работал в лаборатории постоянно, лишь иногда приезжал для каких-то опытов и искал подходящие объекты для изучения на воле. Так и ее нашел. А мать ему доверяла, в отличие от Войты.
Часы на стене показывали ровно семь утра, когда в ее камере зажегся свет. Окон тут не было, поэтому она никогда не могла отследить наступление рассвета, однако внутренние часы, быстро привыкшие к новому расписанию, будили ее ровно за пять минут до включения света, как когда-то в школу. Неделю назад, отчаявшись договориться с ней по-хорошему, ее перевели в камеру со стеклянной стеной, выходившей в общий коридор. Надеялись, что она сломается, будучи постоянно на виду и зная, что все, проходящие мимо, наблюдают за ней. Черта с два. Карина была не из тех, кто быстро сдается. Хотят наблюдать за ней – пожалуйста. Могут даже унитаз в комнату вынести, она не смутится, будет справлять нужду на виду у всех. Хотя, конечно, невозможность остаться одной ее сильно напрягала. Но она сильная, она выдержит. Только в зоопарк больше никогда не пойдет.
Обычно сразу после завтрака за ней приходили, чтобы увести на очередное обследование или опыт, однако сегодня почему-то оставили в покое. Прошло несколько часов, а за ней так никто и не пришел. По коридору туда-сюда шныряли лаборанты и охранники, но на нее даже не смотрели. Она уже решила, что сегодня по какой-то причине ей назначили день отдыха, когда сквозь стеклянную стену увидела нескольких человек, направляющихся к ней. Одного из них она знала: Сергей Викторович, местный заправляла, старый хрыч с противной ухмылкой, изображающий сочувствие и попытки сделать все, чтобы она поскорее отправилась домой. Однажды Карина дотронулась до него и поймала несколько не самых приятных видений. С тех пор опасалась его. Рядом с ним шел мужчина лет тридцати. Карина пару раз видела его в коридоре и знала, что он относится к тому персоналу, за каждым из которых закреплен определенный пленник. Эти люди приносили еду, водили на все исследования, следили, чтобы у подопытных было все необходимое. Если их, конечно, чего-то не лишали в качестве наказания. Карина называла их про себя слугами. У нее такой слугой была молчаливая женщина Таня. Хотя, конечно, у этих слуг было гораздо больше прав, чем у нее. Они получали зарплату и уходили домой на выходные. Наверное, даже могли уволиться, хотя в этом Карина сомневалась.
Третьим человеком оказалась женщина. Судя по серой пижаме, такой же, как на ней самой, она тоже была пленницей. И ее лицо, и темные кудрявые волосы казались Карине знакомыми, словно она уже видела ее. Хотя это было странно: ни разу за полтора месяца ей не позволяли общаться с другими пленниками. Даже по коридору их водили так, чтобы они не встречались.
В палату они вошли вдвоем: Сергей Викторович и женщина. Теперь, увидев ее вблизи, Карина узнала ее. Она тоже приезжала в декабре в их Научный городок вместе с Войтой. И, кажется, была его девушкой. Как она оказалась здесь? Неужели и она тогда попала в поле зрения этого урода Долгова? Карина вдруг подумала, что тогда и Войта может быть здесь. Если этих людей заинтересовали ее способности, то Войта тоже должен был. Эта мысль одновременно напугала и обрадовала ее. Вот бы встретиться с ним! Он умный, наверняка у него уже есть план, как сбежать отсюда. Надо только дать знать ему, что она тоже здесь, что и ее надо спасти. Быть может, у его девушки есть способы связи с ним?
Карина даже села на кровати, встречая посетителей, хотя обычно не утруждала себя подобным.
– Доброе утро, Кариночка, – поздоровался Сергей Викторович, как всегда мерзко улыбаясь.
Карина даже не взглянула в его сторону. Она во все глаза смотрела на женщину, пытаясь дать ей понять, что узнала ее. Женщина улыбнулась в ответ и подошла ближе.
– Привет. Ты меня помнишь?
Ее голос прозвучал странно, лишь отчасти вопросительно, как будто она точно знала, что Карина ее помнит. Карина кивнула.
– Вы приезжали в декабре к нам вместе с Войтой.
Женщина тоже кивнула и села на кровать рядом с ней, коснувшись прохладными пальцами ее руки.
– Меня зовут Саша. Ты можешь мне доверять, правда? Мы же давно знакомы, и ты видела меня с человеком, которому доверила самую главную свою тайну.
Карина улыбнулась в ответ. Конечно же, она могла ей доверять. Ведь если Войта выбрал ее, значит, он доверяет ей. Может и она.
– Войта тоже здесь? – с затаенной надеждой спросила она. Карина вдруг поняла, что у Саши очень честные глаза. Уже только из-за выражения глаз можно было понять, что ей можно доверять. Темно-карие, с чуть расширенными зрачками и мелкими темными крапинками вокруг них. Красные нити на белках, словно она много работала и не спала ночью. И очень густые ресницы. Их было так много, что они, совсем коротенькие, росли даже на внутреннем уголке глаз. Карина никогда такого не видела, и невозможно было оторваться от этих глаз.