Лена Обухова – Академия Горгулий. Тайна ректора (страница 35)

– У вас нет права обыскивать мой дом, лорд Ардем, – заявил он громко, на ходу застегивая последние пуговицы кителя. – Ведь мы не в ваших землях. Разве что совет правления или местный лорд дали вам его. У вас есть распоряжение кого-нибудь из них? В письменном виде, конечно. Если нет, то убирайтесь прочь и возвращайтесь с ним.

Ламберт покосился на замерших миллитов. Те были из Бордема, служили с Бенсоном несколько лет и явно не горели желанием выполнять отданный приказ. Они, казалось, и быть-то здесь не хотели.

– Он прав, лорд Ардем, – наконец озвучил один из них, давая понять, что формальность будет строго соблюдаться.

И, конечно, это разозлило Ламберта еще больше.

– Что ж… Пусть так, – процедил он и снова посмотрел на Бенсона. – Но я имею право арестовать тебя за нападение на меня, и для этого мне не нужны никакие дополнительные полномочия. Преступление было совершено в моих землях.

– С этим не спорю, – спокойно отозвался Бенсон, делая вперед еще несколько шагов и приближаясь к Ламберту почти вплотную. Он не сводил с дракона взгляда, чтобы тот понял: он его не боится. – И, как видишь, никуда не бегу.

Ламберт недобро ухмыльнулся.

– Смелый какой. Пытаешься убедить меня, что не боишься смерти? Или думаешь, я дам тебе умереть легко? Нет уж, если хотел уйти быстро и спокойно, надо было принять яд до того, как я пришел сюда. За нападение на драконьего лорда тебя повесят. И я лично позабочусь о том, чтобы твоя шея не переломилась, чтобы ты задыхался в петле долго и мучительно. И, конечно, приду посмотреть на это.

– Да что с тобой, Ламберт?! – не выдержала Мелиса.

Она вклинилась между мужчинами, пытаясь переключить внимание дракона на себя.

– Я понимаю, что ты болен, но почему ты совсем не борешься? Твой отец боролся и контролировал себя хотя бы иногда!

Его глаза сузились, в ставшей почти черной радужке полыхнул отблеск огня.

– Не надо говорить о моем отце! – прикрикнул Ламберт, с силой толкнув Мелису.

Та не удержала равновесие, рухнула на пол, и спокойствие Бенсона мгновенно растаяло. Он попытался ударить дракона, но тот оказался проворнее. Боевое заклятие окутало Бенсона, пронизывая все мышцы острой болью. Его откинуло назад, и он тоже оказался на полу, но в отличие от Мелисы без сознания.

– Заберите его, – велел Ламберт. И пока двое миллитов поднимали и левитировали бывшего дознавателя к выходу, обратился к уже поднявшейся на ноги Мелисе. – Передай Нике, что я жду ее возвращения ровно сутки. После за каждый день просрочки я буду казнить одного из студентов академии. Поводы найду. Ее ближайшие друзья сбежали с ней, но остались те, кто ей тоже дорог. Например, другие горгульи, я начну с них.

– Ты не можешь, – дрожащим голосом возразила Мелиса, изо всех сил стараясь не заплакать. Не сейчас, не при нем. – Ты не посмеешь…

– А кто меня остановит? – ухмыльнулся Ламберт. Или то, что сейчас владело его телом.

– Дай хотя бы неделю, – попросила Мелиса, когда он уже повернулся, собираясь уйти. Мольба в ее голосе прозвучала как признание поражения. – Ее действительно здесь нет, и я не знаю, куда она ушла. Мне нужно время, чтобы ее найти.

Ламберт демонстративно задумался, после чего смилостивился:

– Три дня, Мелиса. Даю тебе на все три дня. И через три дня первым я казню Бенсона. Это чтобы стимулировать и тебя тоже.

Больше ничего сказано не было. Ламберт неторопливо вышел, миллиты последовали за ним, некоторые прежде бросили на Мелису извиняющийся взгляд.

Когда за всеми ними закрылась дверь, Мелиса привалилась спиной к ближайшей стене и осела на пол, обнимая себя за плечи и наконец позволяя слезам побежать по щекам.

Глава 27

В небольшом деревенском доме в глубине мертвых земель шторы на окнах на ночь никто не задвинул, но и шаловливые лучи солнца не стали никого будить. Как и во все предыдущие дни, утро было пасмурным и хмурым, словно эти территории навсегда застряли в позднем октябре.

Во сне Колт бродил по темным коридорам незнакомого замка. Бродил, сам не помня, что ищет, и не зная, как выбраться. Залы, переходы и лестницы сплетались в бесконечный лабиринт без начала и конца. Развязку сна Колт не запомнил, но проснулся с чувством умиротворения, подозрительно похожего на счастье.

Впрочем, едва ли причиной тому стал очередной дурацкий сон. Просто Колт впервые за несколько последних дней чувствовал себя выспавшимся и отдохнувшим. Ночью они с Раминой все же перебрались с пола у камина, где стало слишком жарко, на хозяйскую кровать. Как бы странно ни было на ней спать, Колт отключился почти моментально, не успев ни о чем подумать и ни разу за всю ночь не проснувшись от подозрительного шороха.

Такая внезапная и весьма неосторожная потеря контроля его сейчас не испугала. Напротив, он лишь улыбнулся, когда в памяти ожили все ночные события. Прикосновения, поцелуи, жар объятий… Он даже прикрыл глаза ненадолго, позволяя себе глубже погрузиться в приятные воспоминания.

Конечно, после смерти Лели у него были женщины. Не только Мелиса. С кем-то случался внезапный эпизод, длиною в одну ночь, с другими связь могла длиться дольше. Проведенное с ними время удовлетворяло определенные потребности тела, но еще никогда он не испытывал поутру такого воодушевления и умиротворения. Как будто что-то неуловимо изменилось – и в нем самом, и в окружающем мире. Непреодолимое желание улыбаться без особой на то причины казалось непривычным, а все вместе это подозрительно походило на… счастье. Столь неуместное в сложившихся обстоятельствах, но от этого не менее всеобъемлющее.

Вторая половина кровати уже была пуста, а за окном – весьма светло, насколько бывает светло в мертвых землях, что давало понять: сегодня он проснулся гораздо позже, чем обычно. Где-то в доме – скорее всего, в комнате с большим обеденным столом и очагом, – слышались шаги и какая-то возня, оттуда же сквозь закрытую дверь просачивался едва уловимый запах готовящейся еды. Вероятно, Рамина успела заняться завтраком.

Поэтому залеживаться Колт не стал. Торопливо оделся и растер лицо руками, прогоняя остатки сонливости. Очень хотелось заодно убрать магией отросшую за ночь щетину, но он удержался.

Когда он вышел в большую комнату, его предположения полностью подтвердились: Рамина уже раскладывала по тарелкам кашу из слегка закопченного котелка. Судя по запаху, к крупе был добавлен сыр, и желудок Колта отозвался голодным урчанием. Все-таки ужин накануне получился очень легким.

– Хорошо, что ты встал, я как раз собиралась тебя будить, – сообщила Рамина, заметив его появление.

– Могла бы разбудить и раньше. Я бы помог с готовкой.

– О, я прекрасно справляюсь с такими вещами сама, – отмахнулась она. – Даже без магии. А ее я не использовала, поскольку твоя теория, кажется, все-таки подтверждается. Ну что стоишь? Садись, пока все не остыло.

Она жестом пригласила его занять место напротив себя. Все, что стояло на столе накануне, было уже убрано, упавший стул отца семейства – поднят. Но место во главе стола Рамина не стала ни занимать сама, ни предлагать ему.

Колт, все это время беспардонно любовавшийся ею, сбросил с себя оцепенение и прошел к предложенному месту. Отломил кусочек хлеба, зачерпнул ложкой кашу, но любоваться Раминой не перестал. Она пока не успела заплести волосы в привычную косу, и те свободно падали на плечи. Из одежды на ней были только форменные штаны и рубашка, которую она не стала ни заправлять, ни застегивать до самого воротника. Рукава для удобства закатала до локтя.

Но главное – маска. Маска высокомерной, самоуверенной и всесильной особы, осознающей собственное превосходство. Сегодня Рамина ее не надела, и Колт имел возможность смотреть в ее настоящее лицо. Он видел его и ночью, но сейчас, при свете дня, оно оказалось еще прекраснее.

– Почему ты так смотришь на меня? – наконец не выдержала Рамина, неловко улыбнувшись.

Колт лишь пожал плечами, невольно улыбаясь в ответ.

– Да так…

Она кивнула, как будто поняла, что он имел в виду, и занялась едой. Лишь через некоторое время поинтересовалась:

– Что будем делать, Энгард? Как продвигаться дальше?

– А ты хочешь двинуться дальше? – удивился он.

– Ты ведь понимаешь, что у нас нет другого варианта? Я все объяснила тебе вчера. Если не найдем ключ к возврату оборота, тебя казнят. А если не найдем лекарство для Рабана, последствия могут быть еще более чудовищными.

– Значит, двинемся вперед, – спокойно отозвался Колт.

– Без магии? Думаешь, это убережет нас от новых нападений?

– Не уверен, поэтому предлагаю другой вариант. После завтрака я обернусь, возьму тебя на руки и мы полетим. К вечеру будем на месте. Магия применяется только в момент оборота, значит, когда нечто, обитающее здесь, среагирует на нее, мы будем уже далеко.

Рамина посмотрела на него строго и недовольно.

– Это слишком опасно. Если ты заразишься…

– Я не заражусь, – уверенно перебил Колт.

– С чего ты это взял? – нахмурилась она.

– У меня появилась еще одна теория. По поводу этого… недуга.

– Неужели? Это когда же она успела?

– Не знаю… Думаю, все началось с твоего вопроса: «Почему Торн?»

– При чем здесь Торн? Мы же пришли к выводу, что его поразило что-то другое…

– Необязательно другое, возможно, просто иначе.

Рамина оставила ложку в тарелке и сцепила руки в замок, нетерпеливо подаваясь вперед и хмурясь еще сильнее.