Лена Обухова – Академия Горгулий. Избранница дракона (страница 47)

– Это приказ, – добавил Бенсон, сверля взглядом растерявшегося парня. – Мы остановим, сколько получится, а ты должен добраться как можно быстрее.

Молодой миллит кивнул, отсалютовал начальнику и бросился бежать в противоположную от мертвецов сторону.

– Мелиса, Ника, идите за ним, – велел Колт.

– Что? – только и смогла выдавить я оборачиваясь.

– Энгард… – возмущенно выдохнула Мелиса.

– Он прав, от вас мало толку, – жестко добавил Бенсон. – Но спастись вы сможете. Только лучше вам уйти с пути шатающихся, пропустить их, а потом уже добираться до границы Содружества.

– Мы вас тут не оставим! – возразила я. – У вас что, нет экипажа? Вы сюда пешком пришли?

– А где ты видишь экипаж?! – возмутился Бенсон и направился к оставшимся миллитам.

– Лошади не идут в Мертвые земли, – пояснила Мелиса тихо. – По крайней мере, живые лошади.

– Помогите мне встать и уходите! – повторил Колт.

– Энгард, не глупи! – Мелиса осторожно погладила его по плечу. – Ты не сможешь драться с такой ногой…

– Смогу, если у меня будут крылья.

– Тебе не хватит сил для оборота!

– Мел, после всего, что было в моей жизни, я не умру, лежа на земле…

От его слов у меня снова перехватило дыхание и заслезились глаза. Я повернулась к толпе шатающихся. Те были уже совсем близко. Минута-две – и будут здесь.

– Ника, – услышала я за спиной голос отца, – хотя бы ты не упрямься.

– Я никуда не уйду, – отрешенно отозвалась я, по-прежнему глядя на мертвецов. – Потерять еще и тебя я не могу…

Мне еще так много хотелось успеть сказать, но внезапно под нами дрогнула земля. Да так, что я едва не потеряла равновесие. Что-то загрохотало, и стало понятно, что источник шума и вибраций – полыхающий замок. Его стены дрогнули и начали рушиться, что показалось мне странным: каменное строение выглядело слишком основательным. Оно могло выгореть, но не развалиться.

Потом я поняла, что это не внешние стены рушатся, а внутренности замка поднимаются и летят в стороны. И происходит это потому, что нечто огромное и несокрушимое выбирается из полыхающего строения. Когда оно поднялось над замком, мы все открыли рты от удивления, забыв про приближающихся мертвецов.

С ревом и пронзительным криком над нами взвился огромный дракон! Золотистая чешуя сверкала в отблесках пламени, перепончатые крылья раскинулись в стороны, и после пары их взмахов до нас долетели такие порывы ветра, что всем пришлось пригнуться к земле.

Поднявшись высоко в небо, дракон развернулся и устремился вниз, туда, где шагали вперед нестройные ряды шатающихся. Ближе к земле из его пасти вырвался столб пламени, которым накрыло тех, кто шел впереди. В секунды человеческие тела превратились даже не в тлеющие останки, а в горстки пепла.

Проведя первую атаку, дракон снова устремился ввысь, развернулся, снизился и выпустил огонь, испепелив следующие ряды.

Он повторил эти действия еще несколько раз – и от приближающейся толпы ничего не осталось. Тогда дракон набрал высоту и исчез из вида в темном небе.

Первым опомнился Бенсон. Выпрямившись, он осторожно приблизился к склону и вместе со мной посмотрел туда, где теперь виднелась только выжженная земля, усыпанная пеплом.

– Это невозможно, – оторопело прошептал он. – Невозможно…

А я с надеждой уставилась в темное небо, пытаясь высмотреть в нем огромного летающего ящера. И когда он наконец появился вновь, мое сердце зашлось в груди от радости.

Дракон сделал над нами круг и пронзительно крикнул, прежде чем улететь. И то ли я сошла с ума, то ли в реве огромного чудовища действительно слышались смутно знакомые слова древнего драконьего языка: «Я буду ждать вас в замке».

Глава 23

В Замок Горгулий мы вернулись, когда уже рассвело. Возвращаться пришлось пешком, к тому же с нами были двое раненых, которые не могли идти сами, их пришлось левитировать всю дорогу. И если пострадавшего миллита два его товарища подхватывали магией по очереди, то Колта Бенсон левитировал сам всю дорогу. Откуда он черпал на это силы, я не знала. Мне их едва хватило, чтобы дойти, и то Мелисе иногда приходилось мне помогать.

На границе с Мертвыми землями нас встретил отряд миллиты, а у кромки леса ждал экипаж. Своего раненого они забрали в город, а Колта доставили в замок, о нем предстояло позаботиться нашему лекарю. Меня отец коротким распоряжением отправил в комнату, и я не стала спорить. После всего пережитого мне было откровенно наплевать на разбирательства из-за запрещенной книги.

У себя я прошла прямиком к кровати, скинув на ходу теплое пальто и бросив его на кресло. В постель забралась прямо в одежде, легла поверх одеяла и вырубилась на несколько часов.

Проснулась оттого, что через узкое окно солнце светило мне прямо в глаза. Первая мысль, посетившая голову, была о Ламберте: добрался ли до замка? В том, что парившим над нами драконом был он, я не сомневалась.

Однако быстро переодевшись и выскользнув из комнаты, я первым делом поднялась на этаж выше, чтобы проведать отца. Тот, к моему удивлению, не стал задерживаться в постели: я обнаружила его уже полностью одетым. Он стоял у кровати, одной рукой держась за ее спинку, и пытался приноровиться к ходьбе с тростью, но пока у него плохо получалось.

– Ну и куда ты так спешишь? – с укоризной спросила я, подходя ближе. – Ты только что едва не потерял ногу, тебе надо лежать.

– Нет у меня времени лежать, во всяком случае сейчас, – хмуро буркнул Колт, но хотя бы сел, тяжело выдохнув.

Его пострадавшая нога не гнулась, и судя по тому, как натянулась ткань штанины, увеличилась в размере. Вероятно, на нее наложили подобие гипса, и наступать на нее отец не мог.

– Тут не трость нужна, а костыли, – заметила я, за что получила еще один хмурый взгляд.

Впрочем, у него были причины злиться на меня. И придя сюда, я надеялась еще и на шанс все объяснить.

– Послушай, насчет той книги… – начала я и осеклась, ожидая, что он перебьет, не даст сказать.

Но Колт только снова посмотрел на меня, на этот раз выжидающе. Его ладони лежали на ручке трости, а сам он так и сидел на краю кровати с неестественно прямой спиной.

– Я лишь хотела помочь Редеку, – продолжила я, решив сразу сказать главное. – Найти какое-нибудь заклинание или ритуал, чтобы вытащить из него эту гадость.

– Это может сделать только некромант, – сдержанно напомнил отец. – Опытный некромант.

– Или одаренный, – тихо возразила я, обняв саму себя. – А у меня вроде как… способности к этому.

Я ждала взрыва негодования хотя бы после этих слов, но то ли отец слишком устал, чтобы орать на меня, то ли просто очень хорошо держал себя в руках.

– Я впервые услышала этот ваш шепот еще в туннеле, – продолжила я, пользуясь тем, что меня по-прежнему слушают. – И в замке тоже его слышала. Потом ко мне стали являться призраки, и я какое-то время не понимала, что происходит. Я пыталась разобраться. Они отвели меня в тайную комнату в подземном лабиринте, где у директора Акнора был кабинет. Они же показали, как открыть проход, когда ты сменил ключ. Они пытались рассказать о том, что с ними произошло. Книгу я взяла в том кабинете. Хотела научиться упокаивать мертвецов без негативных для себя последствий. Потому что после первого столкновения с ними едва не сыграла в ящик, меня Ламберт спас. Поверь, я не вижу в смерти никакого очарования. Не испытываю желания убивать людей, чтобы превращать их в солдат мертвой армии. Ведь не все некроманты сходили с ума и становились маньяками, правда?

Он проигнорировал вопрос, да уже и не смотрел на меня, лишь отрешенно пялился в какую-то точку в пространстве.

– Пап, скажи что-нибудь, – тихо попросила я.

– Я все думал, как ты открыла шкаф с альбомами. Решил, что просто забыл его запереть.

Это было не совсем то, что я ожидала услышать. И судя по взгляду, который бросил на меня Колт, он это понимал. Похлопав по кровати рядом с собой, велел:

– Иди сюда.

Я послушно подошла и села на самый краешек, зажав ладони между коленями, чтобы он не заметил, как дрожат мои руки.

– Я ненавижу некромантию и некромантов всем своим существом, – сухо начал отец. – Они забрали почти все, что у меня было: дом, семью, друзей… Мою молодость. Они забрали даже то, что только могло быть: недолгое время, отведенное твоей матери, я по большей части потратил на войну с ними. Я не позволю этому забрать еще и тебя.

У меня по спине пробежали мурашки от его слов, и я с трудом сглотнула, не понимая, к чему он ведет.

– Но спорить с судьбой – штука бесполезная, – продолжил Колт. – А к чему приведет путь, на который она нас толкает, никогда не угадаешь. Я не могу игнорировать тот факт, что, если бы не та война, я и вовсе никогда не встретил Лелю, а ты не появилась на свет. Если судьбе было угодно наделить мою дочь способностями к некромантии… Что ж, у меня есть только два варианта. Или отказаться от тебя, или попытаться это как-то принять.

– И что ты выберешь? – осторожно поинтересовалась я, поскольку он снова замолчал.

Колт повернулся ко мне и слабо улыбнулся.

– Я же уже сказал: не позволю этому забрать у меня еще и тебя. Возможно, однажды что-то снова встанет между нами, но не это и не сейчас. Я люблю тебя, Ника. Люблю тебя всю: с твоим взрывным характером и непоседливой натурой, с ошибками и недомолвками, с любовью к драконам и… сомнительным, на мой взгляд, даром. Надеюсь, когда-нибудь ты тоже сможешь принять меня со всеми моими достоинствами и недостатками.