Лена Лорен – Во власти желаний (страница 52)

Три года спустя

— Марковкин, нормально всё будет! Не очкуй ты так, а то весь бледный уже. Да отцепись ты от моего племянника! Обещаю, что не дам Данилке заскучать. Он будет в надёжных руках, — Настя коршуном кружит вокруг Марка, который ни в какую не желает расставаться со своим сыном.

С какой же любовью и трепетом он на него смотрит. Этот взгляд я вижу каждый божий день. По идее, я должна была уже привыкнуть к нему и воспринимать как должное. Я и привыкла, но это не значит, что я отношусь к этому как к чему-то будничному, вовсе нет. Этот взгляд по-прежнему заставляет моих бабочек в животе трепетать и разжигать внутри безудержное пламя. Просто теперь он смотрит так не только на меня, но ещё и на нашего сына.

— Настька, постарайся сделать так, чтобы я потом не пожалел об этом, — с предостережением говорит Марк и ставит Данилку на пол родительского дома, зачмокав его розовые щёчки. — Сынок, учти твоя тётя та ещё Вредина. Разрешаю вырвать ей все косы, если она хоть раз обидит тебя.

В этом доме мы с Марком стали желанными гостями. С тех самых пор как я подружилась с его матерью. Первое время она и слышать обо мне не желала, но как только узнала, что у нас ребёнок, сменила гнев на милость. Не скажу, что мы стали подругами, но напряжение между нами ощутимо спало.

— Марк? Чему ты учишь моего внука? — свекровь хохочет, умиляясь от своих детей. — Не слушай, Данечка! Твой папа редкостный эгоист.

— Эй, ещё чего? Был бы я эгоистом, то не стал бы к вам вообще приезжать. У моего сына после вас передозировка тисканьем! Что будет, если мы оставим его на неделю, а то и больше, я вообще боюсь представить.

— А как ты хотел? Это мой единственный внук! Не тебя же мне тискать!

— Да! Так что, давай сюда моего племянника! — Настя забирает сынишку у Марка, крепко прижимает его к себе и подходит ко мне. — Помаши маме на прощанье, потому что мы уходим играть.

Я обнимаю сына, целую его ручки со стоявшими слезами в глазах. Внутри беспокойно клокочет сердце. С нами это случается впервой. Впервые мы вынуждены оставить Данилку с бабушкой и тётей. Понимаю, что он в надёжных руках, но всё равно сердце не на месте.

— Сынок, мы с папой будем по тебе очень скучать, — мой голос начинает подрагивать, Марк чувствует мою нарастающую тревогу. Он подходит сзади, обнимает меня и кладёт подбородок на моё плечо, смотря на Данила таким же беспокойным взглядом.

— Будь хорошим мальчиком, — подмигивает он ему, теснее прижимая меня к себе, будто удерживая, чтобы не дай бог я не сорвалась за Данилом и не отменила к чертям нашу поездку.

— Купите мне железную дорогу! — задорно кричит сынишка.

— Конечно, купим! — отвечает Марк, потому что я уже не могу и слова вымолвить, поскольку Настя с Данечкой скрываются за углом, а я понимаю, что ещё немного и начну бить тревогу.

— Поехали уже, пожалуйста, иначе я сейчас плюну на всё и останусь здесь, — разворачиваюсь к нему лицом и цепляюсь за его крепкие плечи.

— Ну что ты так волнуешься, — целует он меня в губы, поглаживая по волосам. — Всё будет хорошо, ягодка.

— Так молодые, вы же уже решили как скоро приедете? А то от Марка я слышала, что вы никак не могли определиться с датой возвращения, — спрашивает свекровь, из-за нахлынувшего волнения я совсем позабыла о том, что она всё ещё стоит рядом.

— Да, мы вернёмся ровно через неделю! — быстро отвечаю я, выпутываясь из тёплых объятий. До сих неловко проявлять при ней какие-то чувства по отношению к её сыну.

— Вообще-то я хотел отправиться в отпуск на две недели, но Вика категорически против оставлять Данила на такой долгий промежуток времени.

Да я вообще и думать не могла об этом, всё как-то не решалась. Марк называет нашу спонтанную поездку свадебным путешествием. Просто мы слегка припозднились. Расписались-то мы ещё год назад. Быстро и без торжества, а вот о свадебном путешествии задумались относительно недавно. Всё как-то некогда было.

— Вик, всё будет замечательно. Я присмотрю за Даней, а Настя поможет. Отдохните, вам это необходимо, — с теплотой в глазах свекровь смотрит на своего сына. Она берёт меня за руку, сжимает её в своей. Я знаю, что тем самым она хочет меня приободрить, как-то успокоить, но мне нужно время, чтобы привыкнуть к тому факту, что я не увижу сына целых семь дней. — Сколько уже можно переносить свадебное путешествие?

— Да подумаешь, — отмахиваюсь я. — Мне просто неудобно сваливать всё это на тебя.

— Брось, Вик! Мне только в радость понянчиться со своим внуком! А вам и впрямь нужно время побыть вдвоём.

— Ягодка, я же говорил, — Марк ласково шепчет на ухо, забросив руку на моё плечо. — Подумай о том, чтобы остаться на островах на две недели. Ну когда мы ещё сможем отдохнуть вдвоём?

Меня начинает всю трясти от той мысли, что я не увижу сына не семь дней, а уже целых две недели. Как же так? Но я понимаю, что волнения и тревога более, чем надуманные. Я переживаю лишь за то, как Данил перенесёт столь долгую разлуку с родителями. Мы никогда не расставались с ним больше, чем на сутки. А тут такое…

— Ну всё, ма! Мы пошли. В случае чего, сразу же звони мне или Вике.

— Конечно! Хорошо вам отдохнуть! — машет нам свекровь, светясь от искреннего счастья за нас.

В безмолвии мы идём до машины. Я буквально заставляю себя перебирать ногами, а Марк помогает мне, тянет меня за собой. Через два часа мы уже будет на высоте десяти километров, и тогда уже мне нужно будет успокаивать его. Он так и не смог побороть свой страх высоты. Сам напросился. В самолёте я посмеюсь над ним.

— Ну, к тебе или ко мне? — спрашивает Марк на полном серьёзе, когда мы возвращаемся в машину.

— К тебе, — решаю я подыграть ему, чтобы немного забыться.

— Тогда мне нужно будет позвонить любовнице и сказать, чтобы выметалась.

— Нихрена себе! — отвешиваю ему шутливый подзатыльник. — Какие ещё любовницы? Когда она успела там появиться?

— Так это… ветром надуло, — смеётся он и тотчас стирает с лица улыбку, когда я являю ему своё серьёзное выражение лица. — Ну что такое? Я же пошутил насчёт любовницы, — тянется ко мне, целует в губы, кладёт свою голову на мои колени и сковывает меня своими руками. Видать, забеспокоился, что я могла поверить в эту чушь. — Я больше не буду так шутить, извини!

— Родной, — Марк поднимает голову на мой тихий голос. Любуясь его мужской красотой, я поглаживаю его по щеке. — Поехали в аэропорт уже, пока я не передумала.

Эпилог. Часть 2

За три года, что мы вместе, Марк ни разу не дал повода усомниться мне в своих чувствах. Я никогда не подозревала его в неискренности и уж тем более в неверности.

Сейчас он владеет ночным заведением, но все ночи безоговорочно проводит со мной, да и дни тоже. Мы неразлучны с того самого дня, когда он вернулся после продолжительной разлуки.

С тех пор ничто не в силах разлучить нас.

Правда, был всё же один неприятный момент. Я думала, что он перечеркнёт всё и поставит жирную точку в наших отношениях. Хоть я и призналась в том, что Данил его сын, но о том, что его родила Ника, была не в силах рассказать. Он ведь был так счастлив узнать, что стал отцом.

Я созналась только спустя полгода нашей совместной жизни. Это был самый тяжкий разговор в моей жизни. И как же он был зол на меня. Я думала он снова сбежит, бросит нас с сыном, ведь его вновь раздавила обрушившаяся правда.

Наорав на меня, он заперся в соседней комнате и не выходил оттуда практически двое суток. Марк вылакал всё спиртное в доме, а потом проспался и пошёл на мировую. Сказал, что его мозг не воспринимает эту новость. Для него Данил — наш ребёнок.

Но он и так наш. Я усыновила Данилу, после того как Ника отказалась от него и снова вернулась к моей матери. Сколько сил и нервов у меня ушло на то, чтобы уговорить её оставить ребёнка. Она была убеждена в том, что нежеланный ребёнок перечеркнёт всю её дальнейшую жизнь.

В результате у меня получилось переубедить её. Но мне пришлось пойти на крайние меры по наставлению Вероники. Я пошла на обман, вплоть до того, что мне было велено носить накладку на живот, чтобы ни у кого не возникло подозрений, что это не мой ребёнок. Пока Ника жила в Краснодаре и анонимно обследовалась в частной клинике, я строила из себя беременную. Да так, что у окружающих и мысли не возникло, что Данилу родила не я.

Изредка мы с Вероникой созваниваемся. Полгода назад она вышла замуж за порядочного мужчину и сейчас уже ждёт желанного ребёнка. Наши отношения потихоньку налаживаются. Да и с матерью я помирилась. В прошлый раз новость о том, что та станет бабушкой, повергла её в шок, но известие о том, что она стала прабабушкой, растопило её сердце. В прошлом году мы с Марком ездили знакомить её с нашим сыном. Всё прошло лучше, чем я ожидала. А как иначе? Марк умеет сглаживать углы. Именно благодаря ему мои отношения с родными улучшились.

— Может, бросим машину и прогуляемся по парку перед отъездом? — предлагает Марк. — Как тебе идейка?

— А давай!

Мы паркуемся у входа в живописный парк, выбираемся из машины и сразу же переплетаем наши пальцы, взявшись за руки.

Но если раньше я чувствовала тягостную неловкость, когда мы появлялись в людных местах, держась за руки, как самые настоящие голубки, то сейчас всё в корне поменялось. Мне сорок и я замужем за молодым и привлекательным мужчиной, которому совсем недавно стукнуло всего лишь двадцать семь. Я нисколько этого не стыжусь. Напротив, я горжусь этим. Мне плевать, что кто-то косо смотрит на нас. Чхала я на тех, кто-то не понимает такой любви, а кто-то даже не верит в неё. Но мы доказали обратное. Мы вместе. Наша любовь за прошедшие годы ничуть не ослабла. Она настолько окрепла, что закрепилась в наших сердцах капитально. Кажется, крепче наших чувств ничего на свете нет и быть не может.