Лена Лорен – Во власти желаний (страница 43)

Боже.

Мурашки побежали по всему телу, стоило только представить каким образом Вика могла оказаться на пустыре, где нет ни единой души. Где только забулдыги, да алкаши ошивались раньше, а сейчас даже их там не видать. Ни одной собаки, только пугающая темнота, да звенящая тишина. Идеальное место преступления.

Стоп! Отставить! Всё хорошо! С ней всё хорошо!

Но не помогают мне эти мысли.

Волосы на загривке встают дыбом, сердце щемит от того, как жуткие картинки проносятся у меня перед глазами, воспаляя мой разум.

Выбегаю из тачки, прихватив с собой телефон, и включаю на нём фонарик. Обхожу гараж, норовя уже сигануть в густую траву по самый пояс, но вдруг ноги мои врастают в землю.

Выключаю фонарик и не могу поверить своим глазам.

Дыхание учащается, оно надламывает мои рёбра, а потом и все остальные кости начинает ломить со страшной силой. Слышу как кровь моя в лихорадочном темпе прокладывает маршрут по венам, она закипает и бурлит.

Я с силой сжимаю кулаки и делаю осторожный шаг в сторону машины своего отца.

Она заглушена, но из неё доносится приглушённая музыка. Тачка покачивается из стороны в сторону, подвеска противно поскрипывает и совсем нетрудно догадаться, чем именно занимаются внутри.

Трахаются! Они, блядь, трахаются там!

Как же так?

В носу щиплет, душу рвёт на части, но я делаю только хуже, всё ближе и ближе подбираясь к тачке.

Мои шаги нетвёрдые, но я беззвучно перебираю ногами, а сердце при этом упорно сокращается, доставляя мне одну лишь боль. Оно будто предостерегает меня. Бросает намёки, но не нужны они мне.

Это неизбежно. Я должен увидеть всё своими глазами.

На полусогнутых осторожно заглядываю в пассажирское окно, так как задние стёкла тонированы настолько, что даже из салона едва ли можно разглядеть что творится за окном.

Слышу женские стоны, мерзкие пыхтения своего папаши, а затем обращаю внимание на туфлю, брошенную на водительском сиденье.

Именно ту туфлю, которую я держал в руках, когда впервые был у Вики дома. Я запомнил её. На подошве у неё имеется характерная надпись, ровно такая же, как и на той, что я сейчас наблюдаю перед собой.

Сука! Сука! Какая же ты сука!

Как ты могла?

Почему он? Почему их всех ты выбрала именно ЕГО?

Ненавижу!

Глава 48. Марк

Она растоптала меня. Разом обезобразила всё живое внутри. Добила меня окончательно, и голыми руками уничтожила во мне всё то, к чему я так долго стремился.

Я был прав, когда говорил, что вся эта любовь, будь она проклята, доставляет сумасшедшую боль.

Я весь состою из неё. Хотя, нет. Боль заглушает ненависть, но не к ней, а к тому человеку, каким я стал.

Довольно. Уж лучше я вернусь к истокам и снова стану таким, каким был прежде. Бездушным циником, ведь так намного проще жить. Открывать кому-то душу — бессмысленно. Рано или поздно в эту душу плюнут, как сам не раз проделывал это.

Ответочка, бля, прилетала. Да ещё какая.

Меня бросает из крайности в крайность. Мечусь как сумасшедший, безуспешно ища выход. Хочу как-то обозначить своё присутствие, предстать перед ними, не позволив им довести дело до конца. Я с удовольствием посмотрел бы на их растерянные рожи, но в то же время мне хочется бежать. Просто бежать и даже не знать, куда и от чего.

От себя, наверное. От того, каким я успел стать с ней: уязвимым, слабым и беспомощным. Одним словом — тряпкой.

Так и подмывает скрыться от всего, исчезнуть бесследно и забыть этот день как самый паршивый сон.

Хочется вычеркнуть из памяти каждый проведённый день с ней, чтобы воспоминания не указывали мне на то, какой же я всё-таки безмозглый кретин. А ещё лучше сжечь эти даты в календаре, закрасить их прахом выжженных иллюзий, чтобы всю жизнь помнить, каким быть не стоит.

Ну а на что я рассчитывал? Что она станет быть с таким, как я? С человеком, которого сама же не может принять, боясь осуждений и порицаний от совершенно посторонних людей? Сколько бы времени это продолжалось? До первого семейного праздника?

Ей куда привычней трахаться на задних сиденьях тачек премиум-класса. А я как сраный джентльмен, как конченный придурок терпел и боролся с собой, когда мне взбрело в нижнюю голову трахнуть её прямо в тачке. Думал, что она недостойна всей этой грязи.

Её право. Просто я сделал выводы.

Бросив последний презрительный взгляд на тачку, откуда всё так же издавались охи и вздохи, которые кажется уже поселились в моей голове, я плетусь в свою машину.

Как только мотор взревел, я включаю излюбленный рок на полную катушку. Мне по боку на то, что на дворе уже ночь. Я хочу хоть как-то заглушить её стоны, которые ни в какую не прекращают звенеть в моих ушах.

Выезжаю со двора, едва ли не сбивая влюблённую парочку, целующуюся посреди дороги.

— Нашли, бля, место! — опустив стекло, перекрикиваю музыку. — Мужик, сколько не соситесь, она всё равно тебя кинет!

Парень что-то отвечает, но не слышу я, да и всё равно, если честно. Наверняка, он хотел возразить мне, но меня не переубедить.

Выезжаю на главную дорогу, а дальше куда?

Как куда? За бухлом!

Оно-то уж точно никогда меня не предаст, да и никакое дерьмо не подкинет, разве что в виде похмелья. Как по мне, похмелье в разы приятней, чем эти никчёмные и никому не нужные чувства.

Да что со мной не так?!

Веду себя как обиженка. Ну, давай, ещё нюни распусти! Чтобы из-за какой-то дырки так страдать? Да какая бы ни была эта дырка, она не стоит того.

Всё! Хватит!

Останавливаюсь у круглосуточного магаза, где точно знаю, что отпускают алкоголь из подполы независимо от времени. Покупаю две бутылки вискаря, скорее всего, палёного, но и это не беда. К отраве с недавних пор у меня выработался иммунитет.

Возвращаюсь в тачку и, обложив себя со всех сторон бутылками, еду на набережную. Паркуюсь под мостом, распечатываю первую бутылку, любуясь на тёмный горизонт. И не замечаю, как опустошаю всё до последней капли. Не закусываю, не даю себе время даже отдышаться, лишь бы скорее уйти в забытье. И ведь получается, зараза! Как я и сказал, бухло не подводит. Единственное — одни дурные мысли уступают место другим, но куда более отвратительным.

Но я ведь отвратительный человек! А почему бы и нет?

Нащупываю свой телефон на заднем сиденье, затем нахожу нужный контакт в нём и, нисколько не обдумав содержание, пишу сообщение: А чего ждать до дня рождения? Давай прям щас сделаем это лето незабываемым!

Ответ приходит моментально: Есть предложения?

"У тебя, знаю, они найдутся".

Как два пальца… Клюнула, идиотка.

Ника тотчас перезванивает мне, и с победной улыбкой на лице я делаю музыку тише.

— Внимательно слушаю тебя, — ёщё шире растягиваю хищный оскал, даже сквозь динамики ощущая узнаваемый запах жертвы. — Излагай свои предложения!

— Ты нашёл её? — неожиданно спрашивает, как будто ей не пофиг.

— Нет, — отрезаю я. — Надоело искать. Да и хер с ней! Найдётся, не маленькая уже.

Ника громко хмыкает в трубку.

— Заезжай! — бросает мне вызов.

И я нисколько не раздумывая, принимаю его.

Даже находясь под градусом, уверенно и быстро доезжаю до нужного дома.

Отправляю ей сообщение, обозначив, что я на месте, а через пять минут она уже тут как тут.

Расфуфыренная, как портовая шлюха и довольная, как будто я признался ей в безграничной любви.

Единственное в чём я признался — в том, что хочу трахнуть её. Мысленно пока, разумеется.

— Куда поедем? — в нетерпении спрашиваю я, стоит ей усадить свою маленькую задницу на сиденье.