Лена Лорен – Одна ночь. Две тайны (страница 14)
– Да, наверное, ты права, – уклончиво отвечаю.
Отвернувшись от Альбины, я направляюсь к кабинету, откуда должна выйти Света.
Докторша бежит за мной вдогонку. Каблуками цокает, волосы назад.
– В общем, я к чему? Я назначу Светлане лечение, а вам, как будущему мужу, советую следить за ее питанием, иначе она больше никогда не сможет иметь детей, – бросает она камень в мой огород.
Дай ей волю, она меня с ног до головы закидает булыжниками.
– Если запустить, это может привести не только к бесплодию, но и к более печальным последствиям. Светлане нужна помощь. И психологическая тоже!
– Я за всем этим прослежу, – отмахиваюсь от женщины. – Я найду способ помочь Свете.
Горделиво вздернув нос, Альбина бросает на меня убийственный взгляд, а затем скрывается за дверью своего кабинета.
Что, черт возьми, происходит?
Слышу, как позади меня носом шмыгают, после чего оборачиваюсь.
Света стоит, прислонившись к двери кабинета, из которого только что вышла. Лица на ней нет. Расстроенная, вся красная. Опять плакала?
– Вам уже сказали, да? – спрашивает она, смотря себе под ноги.
О, да! И мне не терпится узнать, что ты от меня скрываешь!
Почему? Почему Света не сказала мне, что у нее уже есть дети?
Наверное, потому что я задал вопрос не совсем корректно. Я ведь спросил о наличии детей, а не о том, рожала ли она в принципе.
Наверное, она посчитала, что у нее нет детей. Ввиду своего безвыходного положения она была вынуждена отказаться от них при рождении, чтобы спасти им жизни.
А не призналась мне, потому что ей стыдно до сих пор. Совесть замучила, вот и молчала. Подумала, что я сделаю выводы и прогоню ее.
Зная себя, я мог бы выгнать ее, посчитав безответственной. Ведь тогда я еще не знал точную причину, которая привела Свету к скитанию по улицам без средств к существованию.
Сейчас мне нужно постараться не усугублять ситуацию. Не напоминать ей о детях. Для начала необходимо поправить ей здоровье, да с ушлой мачехой разобраться. Захочет – сама расскажет о сыновьях. А не захочет – плевать. Меня это не должно волновать.
Я забираю у нее из рук документы, забрасываю свою руку ей на плечо и к себе прижимаю. К выходу веду.
Пора уже убраться из этого места.
– Сказали, – говорю, как есть.
Она виновато смотрит на меня, а в глазах снова блестят слезы.
– И что вы думаете по этому поводу?
Ее подбородок дрожит, а тон становится опасливым и осторожным. Словно она в полной готовности бежать от меня без оглядки.
– Думаю, что нам нужно поправить твое здоровье.
Ноги ее врастают в асфальт. Мы каких-то метров десять не доходим до машины. Света смотрит на меня с недоверием, а во взгляде читается немой вопрос.
– И все? – неуверенно на выдохе.
– А есть еще что-то, чего я не знаю? – подозрительно щурясь, даю ей шанс рассказать мне всю правду.
– Просто я думала, что… – булькает она растерянно, а затем что-то меняется внутри нее, и лицо ее озаряет робкая улыбка. – А, не важно! Поедем домой.
Домой…
Мой дом теперь твой дом…
Кивнув, я открываю дверь машины. Придерживая за тонкую талию, помогаю ей забраться на подножку. Она присаживается на сиденье и снова одаривает меня самой нежной улыбкой, какую я когда-либо видел.
Такой улыбки, чтобы проникала прямо в душу, я уже и не помнил даже.
– Вот и я того же мнения, – убираю ее волосы за ухо, к нежной щеке прикасаюсь. Глаза ее вспыхивают, искрясь серебром. – Сейчас нам важно привести тебя в порядок. Запустила ты себя, лучик Света.
Она смотрит на меня пристально, и я отвечаю ей тем же. Наши взгляды сплетаются в безмолвном танце.
А потом я замечаю, как Света невольно проводит кончиком языка по верхней губе.
Я же уже говорил, что хотел бы сделать с ее язычком?
Соблазн, мать его. Непреодолимый соблазн.
– М-м-м… Как же красиво, – беззвучно произносит она, прикрывая глаза и лишая меня возможности утонуть в их глубине.
– Что красиво?
Застыл. Мозги не варят совсем. Мои мысли словно испарились.
Готов часами разглядывать эту девушку и восхищаться невинной красотой ее души, тем, что все ее чувства и эмоции открыты. Для меня. И их так легко прочесть.
Света убирает мою руку со своей щеки. Обхватывает ее и прижимает к груди, где ее сердце бешено колотится.
– Лучик Света. Так меня еще никто и никогда не называл.
Всего лишь два слова, а она счастлива так, словно я подарил ей весь мир. Удивительная…
– Только чистое создание способно разглядеть красоту в простоте. Не растрать в себе эту уникальность.
– Все в ваших руках, Назар, – песней льются слова ее.
Следом и я ныряю в салон, выезжаю на магистраль, чувствуя на себе ее выжигающий взгляд.
Кошусь на Свету, а она резко переводит глаза в окно. Думает, не заметил, что пялилась на меня всю дорогу.
Улыбаюсь, как мальчишка. Через пару минут снова поворачиваю голову, поймав Свету с поличным.
– Спасибо вам, – говорит она, светясь, как начищенный пятачок.
– За что?
– За то, что возитесь со мной. Добрый вы.
На самом деле, дело тут нисколько не в доброте. Скорее, в эгоизме.
В своих эгоистичных целях я вожусь с ней, как с ребенком маленьким.
Но мысли свои не озвучиваю никак. Не хочу портить ни ей, ни себе настроение. Хочу как можно дольше видеть на ее красивых губах улыбку, способную враз обезоружить меня.
8. Паук vs Змеюка подколодная
С утра я дозваниваюсь в агентство недвижимости, которое принадлежит Наталье Бауэр, и напрашиваюсь на личную встречу с ней. Вот только из-за ее занятости меня записывают аж на следующую неделю.
Такой расклад меня в корне не устраивает, поэтому уже через полчаса я врываюсь в офис агентства недвижимости.
– Тунеядцы! Бездари самые настоящие! За что вам только деньги платят?!
Я напрягаю связки, разыгрывая драматическую сцену, которая, с большей долей вероятности, может перерасти в трагикомическую.
Всех клиентов распугал своим ревом, приправленным враждебным видом.
Сотрудники повыскакивали из своих нор, чтобы посмотреть на наглеца, посмевшего нарушить их утреннее сонное царство.
Вот только Натальи среди них нет, а значит, нужно выкуривать ее из своего логова.