Лена Коваленко – Спасти простушку (страница 1)
Лена Коваленко
Спасти простушку
Пролог
Пролог. Новогоднее желание
За окном раздаются залпы салюта, заставляя оторвать взгляд от компьютера. Прямо напротив меня – панорамное окно, из которого прекрасно виден город.
Вот и наступил Новый год.
Ночное небо, подёрнутое белёсой дымкой – вечной спутницей местной зимы, – расцвело десятками цветных вспышек.
Красиво… Пора загадывать желания…
О чём я мечтаю в ночь с тридцать первого на первое, сидя на работе и добивая эти чёртовы сводки?
Можно было бы предположить, что о том, чтобы оказаться дома в кругу семьи, но нет. Врать себе – последнее дело: меньше всего на свете я хотела бы сейчас быть с мужем. Я с радостью осталась переделывать документы под видом срочности.
В первых числах января к нам едет директор из московского офиса, и все отчёты должны быть идеальны. Именно этим я и занимаюсь.
Хорошо, что у мужа «важный ужин», где светить моим «страшненьким» лицом ему не по статусу. Прекрасно, что документов море, а в офисе есть камеры. Муж проверит и увидит, что я трудилась как пчёлка. Восхитительно, что меня не будет дома, когда он вернётся пьяный.
Себе‑то я могу признаться, что мечтаю перенестись на тринадцать лет назад и никогда не выходить замуж! Стереть набело эти годы. Я бы лучше в эскорт пошла по молодости, чем замуж. Только лицом не вышла для эскорта. Не формат.
Машины времени нет, назад не вернуться. Не получится у меня ни отказаться от брака, ни спасти жизни родителей, ни сбежать от мужа.
Да, мама умерла полгода назад, и рычагов давления на меня не осталось. Только кто ж выпустит меня из этого города? Когда на стороне мужа все – от бандитов до прокуроров?
Что же тогда загадать?
Лицо посимпатичнее, да фигуру повыразительнее?
Зачем? Я бы с радостью стала невидимкой для мужчин. Не хочу внимания.
Что же я тогда желаю?
Не врать себе!
К чёрту рациональность.
Мечтаю я, чтобы пришёл чёртов рыцарь и спас меня. Не нужен мне белый конь – пусть будет чёрный внедорожник. А ещё лучше – личный самолёт, который унесёт меня туда, где нет вечной мерзлоты.
Глядишь, и моя внутренняя мерзлота растает.
Грустно смеюсь. Выглядит это безумно. В огромном офисном здании только я да охрана. Мой смех отражается от пустых стен офиса и разносится эхом по этажу. Попахивает хорошим таким хоррором.
Да, сказка – не мой жанр. Вот ужастик – это моё. Ведь не бывает в этом мире крёстных фей, и мечты наши просто так не сбываются. А вот монстры бывают. Да ещё какие!
За всё надо платить. Даже за возможность мечтать. Хотя, может, я уже расплатилась на пару жизней вперёд?
1. Две Наташи
Глава 1. Две Наташи.
Поднимаю глаза от бумаг и чувствую, что сейчас взорвусь. Сегодня всё испытывает меня на прочность: долгий перелёт, этот лютый якутский мороз, нерадивые подрядчики – и, как вишенка на торте, кривые документы, которые подготовила секретарша. Половина нормальная, половина – будто их делал душевнобольной или первоклашка.
И что с ней произошло? Вот уже лет пять, как именно в этой нашей конторе все бумажки были просто идеальны. Замечаю очередную ошибку и не выдерживаю.
– Наталья, зайдите! – рявкаю в селектор.
Дверь тут же распахивается, и в кабинет, громко цокая каблуками, вплывает моделька: длинные тёмные волосы, кукольное личико с неестественной улыбкой, строгая юбка с неприличным разрезом сзади и классическая блузка с декольте до пупа. Будь я в нормальном настроении, как мужик, наверняка бы оценил вид, но цокот её копыт будто вбивает гвозди мне в виски, и я злюсь ещё больше.
– Что это вы мне подсунули, Наталья? – рычу, не сдерживая голос.
– Это аналитическая справка по договорам за последний квартал, – растягивая «эротично» слова, эта курица крадётся к моему столу.
Все её повадки напрямую кричат о том, что она требует, чтобы её отхарассментили. Наталья изображает этот спектакль в каждый мой приезд. Я с тем же упорством игнорирую все поползновения на мою честь. Найти «секретутку» не проблема, а вот толкового референта – ещё какая. Похоже, желание соблазнить босса в ней пересилило профессионала.
– Это должна была быть справка, но, похоже, что‑то пошло не так. Что. Это. За. Цифра? – чеканю каждую фразу, обводя ручкой итоговое количество подписанных договоров.
– Эта? – тыкает километровым ноготком в лист и наивно хлопает опахалами, которые у неё вместо ресниц.
– Эта‑эта! – сдерживаюсь из последних сил. Как грамотный специалист мог превратиться в ЭТО? Мозги в трусы уплыли? Не трахают её, что ли? Девка видная, желающих, небось, хватает.
– Тире один ноль один, – всё ещё изображает из себя секс‑символ.
А меня срывает.
– Ты когда успела в дуру превратиться? – от моего голоса уже даже стены дрожат. – Как число договоров может быть отрицательным? Что за «тире» вместо «минус»? В какой момент сто один у нас стали произносить каким‑то двоичным кодом? У тебя амнезия? Сотрясение? Что это за порнушка вместо работы?
Тут до неё всё‑таки доходит глубина моего гнева, и она начинает рыдать – вслух, громко и некрасиво.
– Я не… хыыы… понимаю… хы… что… вы хотите… хыы…! – размазывает по лицу косметику.
– Почему документы в этот раз как из жопы? Где твои мозги? – перестаю орать и шиплю, на зависть всем кобрам местного серпентария.
– Так я… хнык… их… хнык… первый раз… делала! – продолжает рыдать.
– А кто их делал? Здесь есть какая‑то другая Наташа, которая работает моим референтом? – пытаюсь иронизировать. Помимо моих проверок, здесь есть же удалённая работа, и пометки «от Наташи» и «для Наташи» мне точно не приснились.
– Да! – радостно восклицает секретарша и тут же перестаёт рыдать. – Всё так и есть! Другая Наташа их и делает!
Ничего не понимаю. Какая вторая Наташа? Смотрю на местную секс‑бомбу с поплывшим макияжем и понимаю, что она реально тупа как пробка, а ценное в ней – только привлекательное тело и прокачанная фигура. Мозгам там помещаться негде. Составить грамотный отчёт эта «один‑ноль‑один» точно не сможет. Ровно как и нормально мне всё объяснить.
Нажимаю кнопку на селекторе.
– Дамир Иванович, зайдите‑ка ко мне. – Тон мой не предвещает ничего хорошего и местному директору.
В отличие от исполнительной секретарши Муслимов не спешит порадовать меня своим присутствием. Может, оно и к лучшему. Я успеваю залпом выпить целый стакан воды, скинуть душащий всё утро галстук и отдышаться. У Дамира появляется шанс выжить.
– Ещё раз доброго утра, Евгений Ефремович, – с чётко выверенной дозой подобострастия говорит местный директор: такой, чтобы и авторитет свой не уронить, и мне угодить.
Холёный: аккуратная укладка слегка седых волос, чисто выбритое лицо, ухоженные руки, ботинки, что не видели ничего, кроме офисных кабинетов. Собравший в себя черты сразу множества народов, Давид знал о своём влиянии на женщин и умело этим пользовался. Вот только я не барышня для съёма. Со мной такое не прокатит.
– Вряд ли доброе, – громко хлопаю по столу стопкой макулатуры, и Муслимов быстро считывает моё настроение, тут же становясь серьёзным. – Скажи‑ка мне, что это за история с двумя Наташами?
Напрягшийся было директор мгновенно расслабляется, и я мысленно отмечаю этот факт. Значит, Наташи – это не страшно. А что тогда страшно?
– А что с Наташами? Вот одна красавица, – указывает рукой на притихшую в углу кабинета секретаршу, только тут замечая её состояние, – а вторая у нас умница!
– Вон пошла! – сухо киваю барышне и терпеливо дожидаюсь, пока она продефилирует из кабинета. Как бы я ни был зол, отчитывать директора при секретаре – даже если она глупее компьютерной мыши – последнее дело.
– Дамир Иванович, напомните‑ка, сколько лет вы у нас тут работаете? – демонстративно хмурюсь.