Лена Коваленко – Любовь для Горя (страница 3)

Ночь за мыслями пролетает незаметно. Уснуть я так и не смог. Думы тяжёлые, словно падальщики над полем боя, кружили в моей голове, норовя откусить кусок побольше. Бросив бесполезные попытки уснуть, пошёл обратно в баню. Под светом магического светляка привёл себя в порядок: постригся, побрился. Сам себе перестал медведя‑шатуна напоминать. Дома достал кафтан парадный, со столицы привезённый зачем‑то. Сам не понимал, зачем тащил. Здесь же приёмов заграничных давать не перед кем. А вот поди ж ты! Пригодился!

Сердце гулко бьётся в груди, когда незадолго до рассвета я стучу в дверь Любавиного дома. Ворота открыты, а вот дверь — нет. Таковы традиции. Невеста должна выйти сама, по доброй воле.

Любава широко открывает дверь, а я теряю дар речи. Какая же она красивая! Вдовы замуж выходят в белом, не в красном, как девицы. Белый для них из траурного становится символом новой жизни. Вот и на Любаве — белоснежная рубаха и сарафан. Он хоть и широкий, но так волнующе обрисовывает фигуру, что хочется уже побыстрее провести обряд и завершить этот брак совместной ночью.

Любава такая невероятная, с распущенными волосами, лишь перехваченными красной лентой на голове. Это тоже символ. Она выходит замуж второй раз, и больше ей боги не дозволят. Глаза её сверкают, будто камешки драгоценные переливаются, губки пухлые искусаны и теперь алеют ярким пятном на хорошеньком лице.

Пальчики подрагивают, когда она робко подаёт мне ладошку. Она вверяет себя в мои руки, и её робкий взгляд говорит, что для неё это не напоказ всё. Не просто «время пришло» и даже не попытка спасти доброе имя. Это что‑то большее.

Беру её за ледяную руку, и мы идём пешком по улицам города. Все встреченные нами на пути выстраиваются в след и провожают к храму Единых. Это древняя традиция. Все эти люди — свидетели нашего брака. Они идут по улицам неспешно, добираясь к храму, когда солнце только‑только встаёт. Мы с Любавой никому не говорили о свадьбе, спешили больно, но народу набралось много. Вести об их свадьбе, будто пожар, разлетаются по городу в сей миг, и людей становится всё больше и больше.

Внутри храма их уже ждёт Жрец. Жрецы всегда ждут. Они всегда знают, когда судьбы должны объединиться на дороге жизни.

Древний обряд сплетает их руки, связывая алой лентой. Быстрая речь жреца заполняет всё пространство большого храма. Высокие статуи мужа и жены — Единых, что покровительствуют всем на этой земле, — возвышаются над нами. Они — молчаливые свидетели каждого брака. Чем громче речь жреца, тем ярче блики свечей, тем живее становятся статуи. На миг мне кажется, что лицо божественной жены освещает улыбка, а муж её подмигивает нам, но блики свечей вздрагивают, и видение исчезает.

Мы с Любавой спокойно выполняем древний обряд: отламываем по кусочку хлеба, кормим друг друга, пьём воду из священной чаши. Всё происходящее воспринимаю через туман. Не знаю, божья это воля или банальный недосып, но таинство брака обретает воистину сакральный смысл.

Наконец мы подтверждаем ясность и честность нашей воли и скрепляем брак поцелуем. Я хотел лишь коснуться манящих губ Любавы, но стоило только почувствовать их мягкость и податливость, как мне сносит голову. Притянув жену к себе за связанные руки, впечатываю в своё тело и целую глубоко, страстно, остервенело — теперь имею на это полное право. В этот миг храм озаряет яркая белая вспышка, заставляя меня прервать поцелуй.

С удивлением вижу, что на наших руках вместо алой ленты возникает тонкий белый узор — прерывистая вязь из божественных символов. Отец рассказывал, что так боги отмечают самые крепкие семьи — те, чья судьба шагать нога в ногу по дороге жизни.

— Боги благословили ваш союз! — громко и торжественно провозглашает Жрец, протягивая мои родовые браслеты. Они полностью перекрывают божественные символы, скрывая их от любопытных взглядов.

Застёгивая браслет на руке Любавы, ловлю её взгляд. Искрящийся, радостный, она будто хмеля хлебнула — такая же счастливая и беззаботная сейчас. Не выдерживаю, чмокаю её в висок и заплетаю косу. Она получается кривой и лохматой, но Любаву не портит. Её ничто не может испортить — настолько хороша моя жена.

Под громкие пожелания детей, крепкого брака и благословения покидаем храм. Ну вот. Теперь у меня есть жена!

Глава 3. Сын

Минуло пять сороковников, и вот я сижу на крыльце собственного дома. Где‑то там внутри моя жена рожает. А я грызу себя поедом, ощущая, как гуляет родственная мне сила. Конечно же, малыш оказался моим. И да, Любава носила под сердцем мальчика.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.