Лена Хейди – Я буду нежен (страница 2)
– Вот видите – он дал согласие. Я забираю его с собой. Вместе с этими, – покосилась я на живых кукол. – Они же защитят меня в случае чего, вы сами сказали.
– Но… – растерялся доктор.
– Никаких но! – отрезала я. – Сегодня мой день рождения. Мой день – мои правила. Я подпишу любые бумаги, что беру всю ответственность на себя.
– Ну ты даёшь, Натали… – потрясённо выдохнула Алисия.
– Как скажете, леди Ланир, – сдался доктор. – Но я буду вынужден позвонить вашему отцу – министру здравоохранения – и объяснить ситуацию.
– Звоните, – кивнула я. – После того, как мы отсюда уйдём.
Глава 3. Документы
*
– Вы уверены в своём решении, госпожа Ланир? – в смятении спросил доктор.
– Абсолютно! – отрезала я.
– И вы в полной мере осознаёте, что ваш девальрон ещё не прошёл нужную коррекцию? Вы понимаете, что он неуправляем и попал сюда из тюрьмы? – продолжил давить на меня Кондор.
Впервые за всё время в душе шевельнулся червячок сомнений.
– За что он оказался в тюрьме? – уточнила я на всякий случай.
Мне хотелось заглянуть в глаза парню, но он опустил лицо, уставившись в пол и избегая пересекаться со мной взглядом.
– За убийство, – просветил врач.
Брюнет вдруг поднял голову и посмотрел на меня – спокойно, твёрдо и уверенно, а на его скулах заходили желваки. От всей его фигуры исходил протест: «Я невиновен».
И я ему поверила. Даже без слов.
– Ясно, – нейтрально отозвалась я.
Парень снова отвернулся.
– Он слишком опасен, леди Ланир, – покачал головой Кондор. – И может навредить не только вам, но и мне. Если он причинит вам хотя бы малейший вред – ваш отец сотрёт меня в порошок и отберёт лицензию. Весь мой Центр придётся закрыть. Вы осознаёте эти последствия?
– Да, – ответила я без колебаний. – Доктор Кондор, я уверена, что вы специалист высочайшего уровня, и полностью вам доверяю. Вы сами создали для меня двух симбионтов и заверили, что они защитят от любой угрозы. Или вы солгали?
– Нет, но… – растерялся он, только я не дала ему договорить.
– Я тоже думаю, что эти мальчики, – махнула я на обнажённых кукол, – не дадут меня никому в обиду. А насчёт девальрона – я ведь могу в любой момент передумать, верно? Если мне не понравится его поведение – я привезу его к вам на коррекцию, – заявила я.
– Да, конечно, – затряс головой Кондор.
Брюнет испепелил меня взглядом.
– Ну ты отчаянная, Натали… – подала голос Алисия.
– Прошу пройти в фойе, дамы, – окончательно сдался док. – Госпожа Ланир, вам нужно будет подписать бумаги, что вы предупреждены о возможных последствиях своего решения и снимаете с нашего Центра и с меня лично всю ответственность.
– Хорошо, – спокойно кивнула я.
– Пройдёмте со мной, – врач направился к двери, мы с Алисией следом. – Пока вы подписываете документы, мы приведём симбионтов и девальрона в надлежащий вид.
– А как его зовут? – спросила я про брюнета, когда мы уже вышли в длинный светлый коридор.
– Никак, – отозвался врач. – Для нас он объект триста семнадцать. Он потерял свою личность, едва попал в наш Центр и приобрёл статус девальрона. Вы сами дадите ему имя. Симбионтам тоже. У нас все живые объекты числятся под номерами.
– Понятно… – пробормотала я.
– Всё случилось очень быстро и внезапно, так что времени у нас мало, но мы дадим вашему девальрону инструкции, как он должен с вами себя вести. Если вам хоть что-нибудь не понравится в его поведении – не затягивайте, а сразу привозите к нам, договорились? Можете даже просто позвонить мне – я приеду и увезу его лично, чтобы вас не затруднять, – заявил Кондор.
– Договорились, – ответила я. – Спасибо вам огромное за всё, доктор Кондор.
– Работать для вас – настоящая честь для меня, – заверил врач. – Надеюсь, вы замолвите обо мне словечко перед вашим отцом. Нашему Центру не помешают дополнительные субсидии.
– Непременно, – изобразила я дружелюбную улыбку.
– Вот, прошу, присаживайтесь, дамы, – заведя в небольшое помещение, док усадил нас с Алисией на диван.
Здесь был минимум мебели, белые стены сверкали золотыми вкраплениями, напротив окна с пластиковыми жалюзи висела большая картина с изображением ярких цветов. Пахло странно: то ли ванилью, то ли лекарством.
Пододвинув ко мне столик, доктор вышел на пару минут, а вернулся со стопкой бумаг и ручкой:
– Вот, прошу ознакомиться и всё подписать.
Он снова куда-то удалился.
По-хорошему – надо было внимательно прочитать все эти документы, но от переполнявших эмоций буквы плясали перед глазами.
С трудом прочла и осознала, что подписываю акт приёмки живых объектов: девальрона номер триста семнадцать и двух симбионтов под номерами тысяча один и тысяча два. Ещё на нескольких бумагах было заявление, что принимаю всю ответственность на себя.
– Ты такая умница, Натали, – тихо, со светлой завистью вздохнула подруга. – Всегда восхищалась твоим умением брать от жизни всё, что только захочешь. Я так не умею. Когда-нибудь у меня тоже будет свой симбионт. Мечтаю накопить на него денег. Может, кто-то из твоих игрушек тебе надоест – дашь мне поиграть?
– Посмотрим, – сдержанно отозвалась я.
Глава 4. Орлы
*
Кондор недаром назвал ту комнату, в которой мы находились, фойе: оказалось, из неё был предусмотрен выход прямо на улицу.
Доктор вернулся буквально через минуту после того, как я подписала все документы. Вроде бы в них не было ничего спорного или непонятного. Причём нигде не указывалось, что я обязана заботиться о симбионтах и девальроне либо бережно к ним относиться. Видимо, по местному законодательству я могла делать с ними что угодно, словно приобрела обычные вещи, только живые.
В договоре также было прописано, что я в любой момент могу отправить их в Центр на дополнительную корректировку поведения. Например, сделать объекты более тихими и робкими или, наоборот, активными. Такая услуга была совершенно бесплатной.
– Вот ваши орлы, – торжественно провозгласил Кондор, и в комнату ввели двух живых кукол и одного мрачного девальрона.
На этот раз они были одеты: симбионты – в белые рубашки и чёрные брюки, а брюнет – в серебристую футболку и такого же цвета штаны. На шее у всех виднелись кожаные ошейники.
– С симбионтами у вас не будет никаких проблем: правила поведения уже давно внедрены им в подкорку. А с девальроном была проведена воспитательная беседа. При малейших отклонениях от нормы дайте мне знать: я лично привезу его в Центр и сделаю коррекцию в полном объёме, как полагается, – заверил белохалатник.
– Спасибо, доктор Кондор, – отозвалась я, разглядывая девальрона.
Из всей мужской компании мой взгляд поневоле притягивался только к нему.
Сердце щемило от его сдержанной мужской красоты, а направленный на меня испепеляющий взгляд серых очей разрывал душу в клочья.
Я чувствовала, что его внутренний гнев был почему-то направлен именно на меня. Алисию и Кондора он полностью игнорировал.
Интересно, что плохого сделала ему бывшая хозяйка этого тела? Почему он так на меня реагирует?
От него не исходило даже капли благодарности за то, что я не позволила переформатировать его мозги и превратить в куклу.
Ну да ладно, разберёмся с этим позже.
– Могу предложить вам на дорогу чай, кофе, сладости, – заливался соловьём док. – Их принесут прямо сюда или, если пожелаете, можем пройти в оранжерею.
– Нет, благодарю, но нам пора, – отказалась я от столь щедрого предложения.
А в голове назревала паника: я же совершенно не знаю, куда мне теперь идти.