18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Лена Хейди – Поцелуй ирлинга (страница 54)

18

– Это исключено, – на скулах Кайла ходили желваки.

– Жизнь Оникса в твоих руках, Лира. А ты, пернатый, можешь присоединиться к ней на нашем корабле, если так за неё волнуешься, – добавил главарь. – Если откажетесь – мы убьём адмирала на ваших глазах. Как будете с этим жить? Так что соглашайтесь. Вот портал. Пройдите по нему к нам, и мы тут же отпустим Джона. Живым, – заявил он, и возле экрана возникло серебристое свечение в виде арки.

– Это односторонний портал. Но он постепенно крепнет и скоро станет двусторонним. Они смогут перейти сюда к нам, – обеспокоенно пояснил Рон.

– Я хочу поговорить с отцом, – глухо сказала я.

Мур усилил своё рычание. С вздыбленной шерстью и выгнутой спиной он напоминал воинственный одуванчик. И до меня вдруг дошло, что всё это время он рычал не на каританцев. На Джона.

– Лира… Не рискуй из-за меня, девочка моя, не надо! – просипел отец. – Помни, что я очень сильно люблю тебя!

– Знаю, что любишь, – кивнула я, сглатывая застрявший в горле комок. – И у тебя всё будет хорошо, слышишь? Держись! Ты обязательно придёшь в норму, возродишься из пепла, как огненный цветок.

– Да, как цветок, – согласился «отец».

И для меня всё стало ясно. Он не сказал «феникс». Значит, избитый связанный тип на стуле – всего лишь подделка. Мур это сразу понял.

– Это не Джон, – сказала я.

– Слава Всевышнему, – выдохнул Рон и взмахом крыла попытался развеять вражескую туманную арку.

Но у него ничего не получилось. Более того, вылетевший оттуда энергетический сгусток поразил его в плечо. Кто-то выстелил из бластера с той стороны.

Гринли попытался взять этот удар на себя, но опоздал всего на секунду. Отец Кайла рухнул на пол как подкошенный.

– Рон! – мы с Аурикой кинулись к нему одновременно.

– Тихо, девочки, я жив, – заверил нас предводитель ирлингов, стараясь не стонать от боли.

– Жив, но стар и бесполезен, – поняв, что их спектакль раскусили, начал глумиться лысый вожак.

– Я – да. А мой сын – нет, – заявил на это Рон. Приподнявшись, он твёрдым голосом произнёс: – Я, предводитель ирлингов Рон Антей, передаю свой титул моему наследнику, старшему сыну – Кайлу Антею. И да помогут ему Небеса быть достойным и мудрым правителем. Да будет так.

Я тихо охнула: Кайла вдруг охватило яркое свечение, а когда оно спало, его чёрные крылья превратились в золотые! А оперение Рона стало серебряным, как и окантовка крыльев Аурики.

Теперь уже Кайл попытался взмахом крыла уничтожить портал, и у него всё получилось. Дымка межмирового перехода начала развеиваться.

– Получай, гадёныш! – разозлённый Гринли метнул в исчезающий тоннель крупную шаровую молнию, и этот меткий удар достиг своей цели: мы увидели, как взрывом разнесло половину вражеской комнаты. Двойник Джона и главарь погибли на наших глазах.

А в образовавшуюся дыру в стене стали запрыгивать бойцы в униформе звёздного флота Космосоюза. И первым из них был адмирал.

При виде его Мур радостно подпрыгнул.

Схватка оказалась короткой, оставшиеся в живых каританцы были арестованы.

– Ира! – Джон подскочил к устройству связи. – Как ты, девочка?

Я отметила, что он выглядел очень уставшим, но в целом был в полном порядке. Ранений или бинтов я на нём не заметила.

– Всё хорошо, – кивнула я. – Вампирская привязка разорвана, а моя метка истинной пары стала видимой. Сейчас бы ещё только Рона исцелить, и всё будет вообще замечательно. Почувствую себя возрождённой из пепла, – произнесла я на всякий случай, желая услышать, что на это скажет адмирал.

Его лицо расплылось в улыбке:

– Я тоже чувствую себя фениксом. Война окончена, мы захватили последний вражеский корабль. Теперь можно возрождаться для спокойной жизни.

Фух. Он настоящий. И войне конец. Супер!

На сердце окончательно отлегло.

– Почему такая интересная заварушка прошла без меня? – к нам в гостиную ворвался Аден. – Ты слишком поздно позвал меня, отец!

А вслед за ним вбежала симпатичная женщина дет тридцати пяти, голубоглазая блондинка с кожаным саквояжем в руках. Я поначалу приняла её за ангела: её крылья были почему-то белыми.

Она кинулась к Рону и принялась оказывать ему медицинскую помощь.

И тут я заметила, как расправил плечи отец, не отрывающий взгляд от этой целительницы. Кайл это тоже увидел и улыбнулся:

– Адмирал Джон Оникс, позвольте представить вам мою кузину Натали. У неё редкий дар врачевателя и очень доброе сердце.

– Ты вечно меня перехваливаешь, – мелодично рассмеялась она. За пару минут Натали успела наложить повязку с целебной мазью на повреждённое плечо Рона и дала знак Адену, чтобы он помог отцу подняться.

А когда она посмотрела на экран, то неожиданно замерла под пристальным взглядом синих глаз Джона. По кончикам её белых крыльев пробежали искорки.

– Всё ясно с этими двумя, – хохотнул Аден. – Скоро будем отмечать ещё одну свадьбу!

– Мур! – довольный минг был с ним совершенно согласен.

Эпилог

Почти пять лет спустя

*

– Спокойно, Кира, не вертись! – увещевал нашу дочку Кайл, стоически пытающийся завязать ей бант сзади на платье. – Ты будешь самой красивой принцессой на всём Лиртане!

– Правда? Красивее Оливии? – воскликнула малышка.

– Конечно, – заверил её Кайл.

Мы собирались на семейное торжество к друзьям: Оливии – дочке Айситара и моей соотечественницы Леры – исполнился годик. Айс обрёл-таки свою награду в этой жизни в виде истинной пары, и теперь сиял от счастья.

– Давай помогу, – пришла я на выручку мужу.

Осторожно сдвинула хрупкие чёрные перья в сторону и завязала атласную ленту как надо.

Чтобы привыкнуть к тому, что у меня родился ребёнок с крыльями, мне понадобилось около года. Бирюзовые глаза, густые вьющиеся чёрные волосы – она была больше похожа на Кайла, нежели на меня. Папина дочка. Наша красавица.

Роды прошли здесь, в Ирлии. Мы с мужем решили обосноваться именно тут. А Рон с Аурикой перебрались на Новую Ирлию. Там тоже было очень красиво, но Лиртан мне был больше по душе: не такой жаркий.

– Через месяц день рождения Гринли, ты помнишь? Мы приглашены. Слетаем сначала на Линавию, навестим твоего отца, Натали и твоего братика, потом на Тарекс, – улыбнулся Кайл.

– А Кевин там будет? – встрепенулась Кира.

– Обязательно. Твой друг очень тебя ждёт, – ответил Кайл.

Кевину, как и Кире, было четыре года. От матери – Авелины – ему достался пытливый ум и любовь к животным, а от отца – фиолетовые глаза, внешность и дар управлять энергетическими потоками. У них с Кирой возникло взаимопонимание с первого взгляда, так что не удивлюсь, если со временем мы породнимся с Грином и Линой через наших детей.

Джон и Натали обрели метку истинной пары и сыграли свадьбу через неделю после нашей с Кайлом. Я была безумно рада за отца: через девять месяцев после бракосочетания у него родился сын, мой младший братик – Джаред. Крепыш с синими глазами и белыми крыльями.

Адмирал ушёл в отставку с великими почестями. Награды за победу в каританской войне сыпались на него от каждой планеты Космосоюза. Король Линавии умолял его ещё хотя бы пару лет оставаться на посту, охраняя покой галактики, но Джон выбрал тихое семейное счастье и ни разу об этом не пожалел.

У Мура отросло полноценное второе крыло, и теперь он снова может летать. Этот минг живёт в Трайтоне и обожает своих хозяев – Джона и Натали. А к малышу Джареду относится с повышенной заботой, отгоняя от него даже робота Вика.

Родителей Гринли так и не нашли. Наш друг надеется, что они осознали все свои ошибки и сильно в них раскаиваются. Кайл в этом плане настроен более скептически, но не пытается его переубедить.

Макс по-прежнему парализован. Врачи говорят, что прогноз благоприятный, со временем он обретёт подвижность, но пока что этого не произошло.

Судьба Лиры нам неизвестна: повторные попытки установить с ней связь не увенчались успехом. Надеюсь, она прожила долгую и замечательную жизнь. Не знаю, как она, а я ни о чём не жалею. Наоборот, благодарна судьбе, что всё вышло именно так, и я оказалась здесь, в этом мире.

– О чём задумалась, красавица? – приобнял меня Кайл.

– О том, как я счастлива, – честно ответила я.

– Я тоже, – загадочно улыбнувшись, Кайл положил ладонь на мой живот и выразительно на меня посмотрел.

Мои глаза округлились: я поняла его намёк.

– У нас будет сын. Люблю тебя! – прошептал он, обрушивая на меня цунами восторженных, благодарных и обожающих поцелуев.