Лена Хейди – Никогда не сдавайся, дракон! (страница 7)
– Если честно, я рад, что мне не нужно будет убивать этого дракона. Он, как увидел меня, – застыл в шоке. Стоял, глазами на меня растерянно хлопал. Рот приоткрыл. Сиротинка такая. Мне его даже жалко стало. Но чего только не сделаешь ради возлюбленной… Пришлось на него нападать, – махнул он на клок длинных волос.
Я тяжело вздохнула. Совесть загрызала насмерть, а жалость к бедной ящерке сжимала сердце.
– Я там запнулся, упал в зарослях. Ногу вот сломал, – махнул он на гипс. – Так он мне лекарей вызвал. Гуманизм проявил. Так что пускай живёт. Единственное – надо ему сказать, чтобы меч мой нашёл и отдал. Я его где-то там потерял, когда с высоты летел.
– С высоты? – удивилась я.
А, наверное, он на дракона залез, чтобы мечом ему шею отрубить. Но не удержался и свалился. Ногу сломал и меч выронил. Это объясняло всё. Кроме женских волос.
– Не удержался я наверху, порывом ветра снесло, – с досадой мотнул головой Аскольд.
– Понятно… – пробормотала я.
– Поскольку я выполнил ваше поручение только наполовину –вместо головы дракона принёс лишь его волосы, позвольте компенсировать это подарком, – порывшись в кармане, он протянул мне продолговатый бархатный футляр. – Здесь браслет с циннеритами и алмазами. Он идеально подчеркнёт красоту ваших шоколадных глаз.
– Ого… – восхитилась я, распахнув футляр. – Какая прелесть!
Прозрачные алмазы перемежались голубыми драгоценными камнями, и всё это было искусно вставлено в широкую золотую основу в виде цепочки.
Знаю, что любая порядочная девушка вернула бы этот неприлично дорогой презент, чтобы не чувствовать себя обязанной. Но детство, проведённое в детском доме, а потом годы борьбы за выживание сделали меня менее щепетильной и более практичной.
Так что я приняла украшение, подарив принцу в ответ свою улыбку:
– Спасибо, ваше высочество, это очень мило с вашей стороны!
Принц просиял от счастья.
Глава 11. Беглец
Лицезрея, насколько довольным было лицо загипсованного типа, я настороженно уточнила:
– Ваше высочество, надеюсь, этот чудесный браслет – просто подарок, безо всякого скрытого смысла?
– Какого смысла? – растерялся принц.
– Ну, например, знак помолвки или того, что я соглашаюсь стать вашей парой, – бдительно уточнила я.
– А вы соглашаетесь? – заглянул он в мои глаза и напомнил котика из «Шрека».
– Я не могу так сразу, – покачала я головой.
– Так и думал, – тяжело вздохнул Аскольд. – А мой подарок имеет очень глубокий смысл. Он выражает моё восхищение такой очаровательной и неотразимой леди, как вы! Это знак моего расположения. Да и вообще, я вручил вам его, чтобы порадовать. Я достаточно богат, чтобы дарить подарки просто так.
– Щедрость – это очень похвальная черта у мужчин. Жаль, что довольно редкая, – сделала я ему комплимент. Глаза польщённого принца вспыхнули, щёки зарделись. Чувствую, он задарит меня презентами. Но я и не против. – Я принимаю ваш великолепный подарок, ваше высочество, и благодарю от всей души.
– С каждой минутой я влюбляюсь в вас всё больше, моя прекрасная леди, – проникновенно признался раненый драконоборец.
От необходимости что-то ответить меня избавил странный шум за окном.
– Ой, это за мной. Мне пора. Я должен уйти от погони, – резво заковылял он к выходу. – Но я непременно вернусь!
– От погони? – опешила я. – За вами что, гонится дракон?
В голове моментально пронеслась картинка, как разъярённый крылатый ящер сжигает весь этот особняк дотла и крушит на мелкие камушки огромными когтистыми лапами. Собственно, с его стороны это было бы логичной местью за то, что я натворила.
– Хуже! – мрачно отозвался принц. – Психбригада… Я ведь из психушки сбежал. Не понимаю, с чего они вообще усомнились в моей адекватности? Говорил же им, что мне в травматологию надо. Просто ногу залечить, и всё. А они заладили – нет, надо книжечки посмотреть с рисунками. Показывали мне на картинках уродливых бабочек и даже просто кляксы и настойчиво спрашивали, что я в них вижу. Сами больные на всю голову, а меня обвиняют!
– Какой кошмар… – растерянно сказала я, не зная, что об этом думать.
– Я люблю вас, Виктория! И непременно вернусь! – Аскольд выскочил за дверь и, судя по грохоту, рухнул с крыльца.
– Госпожа, мне помочь вашему гостю? – спросил пребывающий в недоумении Томас.
Всё это время он тихо стоял в сторонке с непроницаемой маской на лице. Только глаза его то и дело округлялись от услышанного.
– Да, помоги, пожалуйста, – вздохнула я. – Всё же он мне такую дорогую вещь подарил.
Томас метнулся к выходу, но вернулся уже через несколько секунд:
– Госпожа, не знаю как и куда, но он ушёл.
– Какой прыткий, – изумилась я.
В дверь забарабанили, и я вздрогнула, вновь представив снаружи злющего ящера.
– Может, дракон прочитал моё письмо, но не смог понять и простить и явился на разборки? – испуганно посмотрела я на Томаса.
– В таком случае он вошёл бы через окно, – резонно отметил дворецкий и, получив от меня разрешение, пошёл открывать.
В гостиную ввалились четверо мужчин в белых одеяниях с жёлтыми нашивками на груди. От них сильно пахло какими-то лекарствами.
– Вообще-то у нас звонок есть, – с недовольством отчитал их дворецкий.
– Просим прощения, мы торопились, – откликнулся один из врачей – широкоплечий брюнет лет тридцати. – Леди Мангус, извините за беспокойство, мы ищем сбежавшего пациента. Магические маячки подсказывают, что он направился к вам. Это принц Аскольд Шельманский. Вы его случайно не видели?
Опыт проживания в детском доме вбил в меня одну простую истину: своих не сдаём!
– Нет, – спокойно отозвалась я. – Загляните в свои маячки и убедитесь, что тут его нет. И прошу покинуть мои владения.
– Я чувствую его запах, – поводил носом брюнет, совсем как собака. Ещё один оборотень, стопудово.
– Чувствуйте его на улице. Выход там, – показала я на дверь.
– Ваша светлость, он очень опасен, – предупредил брюнет, но всё же направился к выходу со всей психбригадой. – И не смотрите, что у него нога в гипсе: он королевских кровей и обладает пониженной чувствительностью к боли и высокой регенерацией. Этот неуравновешенный субъект ни с того ни с сего набросился на дракона и всё порывался его убить.
– Да что вы говорите? – вскинула я бровь.
О том, что их пациент сделал это по моему приказу, как и ещё шестеро принцев, лучше помалкивать. А то вместо Аскольда в психушку упекут меня…
Глава 12. Предупреждение
*
Пока я разбирался с принцем-летуном, чай успел остыть.
Налил себе новую чашку, расслабленно опустился в кресло. Снова включил музыку.
Настроение было уже не таким безмятежным, как раньше, но я приказал себе не расстраиваться из-за какого-то ушибленного на всю голову принца, у которого с мозгами проблемы. Что толку злиться на шизика?
Враги на поле боя тоже моей смерти добивались, и что? И им, и принцу я могу сказать только одно.
Не дождётесь!
Постепенно мысли переключились на хозяйство. В одном месте забор прохудился, надо бы подлатать. Сарай ещё нужно покрасить. Кур докупить и пару петухов. И подкинуть удобрений под жёлтую яблоню.
Но самое первоочередное – навести порядок в зарослях шиповника, нещадно потрёпанных летуном. Сначала он поломал ветки, когда приземлился на них с крыши, а потом добил, как контрольным выстрелом, когда дважды уползал от меня.
Мне было жаль этот кустарник: это был редкий сорт Саннимей, который я с трудом нашёл в Равендейле. Он отличается от других более крупными цветками, от роз не отличишь. И даёт особо большие плоды, которые можно высушивать и заваривать с ними чай. Вкусно и полезно.
А этот гад мне всю красоту попортил.
Нет бы в крапиву упал – её хоть не жалко. Или в закуток с кактусами. Так нет же, в мой Саннимей нацелился, паразит.