Лена Хейди – Госпожа для отверженных - 2 (страница 11)
– Ничего страшного, – заверила я торговца. – Но Ирнел прав: пусть этот человек останется у вас, я не хочу брать его в своё поместье.
– Конечно-конечно, – затряс головой торговец и осторожно уточнил: – А со вторым что не так?
– Как часовщик он очень даже неплох. А как человек… слишком злопамятен. Госпоже не нужны часовщики. Тем более такие мстительные и коварные, – заявил Ирнел.
На скулах остроносого брюнета заходили желваки, а серые глаза испепелили Ирнела и заодно меня лютой ненавистью.
– Даже спорить не буду, – вздохнул Азамат и убрал в сторону из пачки документов два листа.
Глава 16. Шок – это по-нашему
*
Пока Азамат заполнял документы на двадцать восемь невольников, меня усадили на удобную скамеечку у дальней стены. А мужчины, попросив моего разрешения, уселись прямо на пол – на мягкий ковёр.
Новые рабы поглядывали на меня с большим интересом – гадая, насколько хорошо они смогут устроиться в моём поместье. Наверняка некоторые из них будут в шоке, увидев полнейшую разруху в Ривасе.
Часовщик и мельник тоже сели на пол, но как можно дальше ото всех. Они даже не смотрели в нашу сторону.
А мои друзья разместились вплотную ко мне.
Микаэль стал ласково поглаживать по лодыжке, а Брендон скинул с меня туфли, поставил ступни к себе на колени и принялся безумно приятно массировать, снимая усталость.
Мне было немного неловко от таких публичных ласк, но все окружающие реагировали на это как на нечто обыденное и совершенно нормальное.
А когда Патрик принёс мне серого голубоглазого котёнка – такого хорошенького и пушистого, – я и вовсе расплылась счастливым блинчиком.
Зверёк доверчиво тыкался носиком мне в ладошку и даже мило затарахтел.
– Я так долго его нёс, потому что сначала покормил, – объяснил Патрик. – Иначе он бы начал орать не переставая.
– Как настоящий большой кот, – хохотнул Азамат, не отрываясь от заполнения бумаг.
Когда он закончил с документами на каждого невольника, то заполнил ещё три листа: один на котёнка, второй – на мебель – двадцать восемь столов, и третий – с перечнем всех предметов, которые переходят в мою собственность – начиная с торта и заканчивая музыкальным артефактом.
– А теперь прошу Нормана составить документ, что госпожа Игнатова принимает от меня щедрые дары, совершенно на меня не сердится и не имеет ко мне никаких претензий, – посмотрел торговец сначала на меня, потом на юриста.
Дождавшись моего согласного кивка, худощавый брюнет с энтузиазмом включился в работу.
Через пять минут документ был готов и даже подписан обеими сторонами – мной и торговцем.
– Можно вопрос, господин Лауден? – внезапно спросил задумчивый Майкл. Я заметила, что этот бывший маркиз то и дело кидал озадаченные взгляды то на меня, то на Ренни, который смотрел на меня с обожанием.
– Спрашивай, Ридуан, – позволил Азамат.
– Почему вы попросили у госпожи Натали поцелуй именно за Ренни? Чем я хуже? – насупленно поинтересовался мой новый телохранитель.
– Выключи гордыньку, иначе присоединишься к той парочке, – кивнул Дениз на часовщика и мельника.
А Азамат аж замахал на него руками:
– Это была лишь шутка, Ридуан! Неудачная шутка, понял?
– Понял, – хмуро отозвался Майкл, хотя так и не получил ответа.
Шумно выдохнув, торговец пояснил:
– Ситуация с Ренни глубоко тронула госпожу Натали. Он даже на колени перед ней падал. А ты – гордый, заносчивый, влюблённый в свою королеву. Разницу чувствуешь? Я видел в её глазах острое сочувствие и желание помочь Ренни. И решил сыграть на этом, чтобы сорвать с её губ сладкий поцелуй. Озвучил свою прихоть, и тут же пожалел о такой глупости. Надеюсь, что на этом мы закроем такую щекотливую тему.
– Ясно, – уже уверенно кивнул Майкл.
– Могу ли я надеяться, что вы посетите меня когда-нибудь снова? – подошёл ко мне Азамат и вручил все документы, кроме того листка, что оставался у него.
– Почему для вас это так важно? – удивилась я.
Микаэль быстро надел на меня туфли, и я поднялась с лавки. Все невольники тоже моментально вскочили, кроме парочки вдалеке ото всех.
– Я торгую людьми, но я не садист и не зверь, – покачал головой «араб». – Глядя на вас, я понимаю, что вы позаботитесь обо всех этих мужчинах, будете хорошо их кормить, не станете пытать или издеваться. Им повезло, что они попали именно в ваши нежные руки. Так что я могу быть за них спокоен. И буду рад, если вы купите у меня кого-нибудь ещё. О цене договоримся. Партии обновляются раз в две недели. Можете даже озвучить заказ заранее: я смогу подыскать для вас на аукционах любого специалиста, который вам нужен.
– Спасибо, Азамат, я непременно воспользуюсь вашим предложением! – ответила я и загадочно улыбнулась: – Но у меня к вам будет встречная просьба.
– Какая? – торговец был заинтригован.
– Вы найдёте время – примерно несколько часов, – чтобы я нарисовала ваш портрет, – заявила я.
– Вы? Мой портрет? – остолбенел «араб». Его глаза округлились, а лицо вытянулось от изумления.
– Госпожа Натали – переселенка, она попала на Аншайн всего месяц назад. И она очень талантливая художница. Ей дали титул гранд-дамы в том числе за её вклад в искусство и культуру нашего мира, – с гордостью просветил его Ирнел.
Челюсть Азамата отвисла ещё больше. Как и у всех моих новых невольников, особенно у художника Патрика. Тот посмотрел на меня так, словно осознал, что находится рядом с признанным гением.
Мельник часто заморгал – видимо, именно в этот момент он пришёл в себя и попытался понять, что вообще происходит. А часовщик глянул исподлобья с неприкрытой злобой. Но на этих двоих никто не обращал внимания.
– Так вы согласны? – мягко уточнила я, поскольку шокированная тишина уже затянулась.
– Очень да! – рвано выдохнул «араб». – Сочту за величайшую честь, прекрасная леди Натали! Только скажите – где и когда!
– Хорошо, договорились, – улыбнулась я.
Передав котёнка Микаэлю, а документы Ирнелу, я подошла к взволнованному мужчине. Встав на цыпочки, обхватила его рукой за шею, вынуждая немного наклониться вперёд, и накрыла его мягкие губы своими.
Я не собиралась углублять поцелуй: хотела, чтобы он был чисто символическим, но всё пошло не по плану…
Глава 17. Друг
*
Сильные руки Азамата скользнули по моей спине, мягко заключая в плен, а его губы и язык моментально перехватили инициативу, обрушивая на меня упоительно-чувственную, огненно-карамельную ласку, которая отпечатывалась в моём дыхании нотками цитруса и восточных пряностей.
Правда, продлилось это недолго.
– Руки убрал! – рявкнул на «араба» Микаэль так, что стоявшие рядом невольники аж присели.
Он ринулся на Азамата с намерением свернуть наглецу шею, но его вовремя перехватил Дениз.
А Брендон тем временем проявил чудеса ловкости, аккуратно и молниеносно вырывая меня из объятий торговца.
Тем не менее Микаэль всё же добрался до соперника, сбил его с ног и с большим удовольствием впечатал лицом в сундук.
– Мик! – в шоке воскликнула я.
– Всё, всё, отпусти! – беззлобно отмахивался от него «араб», причём ушибленное об крышку сундука лицо у него было чрезвычайно довольным. – Впрочем, добивай: я умру счастливым!
– Сейчас устрою! – прорычал полуэльф, но Дениз снова его скрутил, благодаря чему Азамат смог подняться на ноги.
Он смотрел на меня с таким восторгом и обожанием, что я была в смятении.
Но главное – он совершенно не злился на причинённый ему физический ущерб от моего невольника. И вообще пребывал в эйфории.
А вот часовщик явно перевозбудился, наблюдая всю эту сцену.
– Раб ударил свободного! – взвизгнул это противный тип, вскакивая и задирая острый нос. – За такое только одно наказание: гильотина!
У меня в душе всё похолодело.