Лена Хейди – Госпожа для отверженных - 1 (страница 8)

 

Натали

 

— Не сочтите меня фамильярной, леди Наталья, но вы не против перейти на «ты»? — спросила меня хозяйка таверны, когда мы дошли до моей двери.

— Да, конечно, — отозвалась я.

Я первая вошла в комнату, она следом. Наверное, Ирнел уже закончил помывку и в это время облачался в халат. По крайней мере, звуков воды из ванной не доносилось. Расположившись в кресле, Роза доброжелательно улыбнулась:

— Внимательно слушаю.

— Так получилось, что у меня теперь есть раб, — заявила я, и женщина опешила:

— Так быстро? Однако...

Именно в этот момент Ирнел вышел из ванной, и глаза госпожи Амахи округлились, как два маленьких блюдечка.

— Ого... Не ожидала, что тебе нравятся возрастные, — ошарашенно пробормотала она. — Правда, они очень опытные в постели, так что могу тебя понять.

Надо признать, Ирнел выглядел просто отлично: за такой короткий срок он успел не только вымыться под душем, но и постричься. И даже побриться. Теперь он был похож на подтянутого полковника с сединой на висках, облачённого в длинный махровый халат. В молодости он был несомненно красивым мужчиной. А сейчас черты его лица можно было назвать приятными: аккуратные губы, небольшой ровный нос, внимательные серые глаза, высокий лоб. В руках Ирнел держал свою одежду, аккуратно сложенную стопочкой.

— Леди, — вежливо кивнул он Розе и склонился передо мной: — Госпожа, куда прикажете это положить?

— Это его тряпки? — догадалась Роза и предложила: — Пусть даст их мне, я почищу и восстановлю, если есть прорехи.

— Если тебя это не затруднит, буду очень признательна, — с благодарностью посмотрела я на неё.

— Ну что ты, это же такая ерунда для бытовика, — рассмеялась она. — Кто будет открывать таверну, не владея бытовой магией?

Она взяла одежду из рук мужчины, и с её ладоней сорвались золотые искорки, окутавшие эту вещи плотным туманом. А когда она положила стопку на соседний стул, было видно, что одежда преобразилась: она стала чистой, ткань обрела утраченную яркость и даже аромат свежести с нотками хвои.

— Готово, — улыбнулась Роза. — Ещё что-нибудь почистить или залатать?

— Нет, спасибо тебе огромное, это всё, — отозвалась я. — Как видишь, теперь в этой комнате двое квартирантов. Я хочу у тебя уточнить, как быть в таком случае. Проживание и пропитание моего раба входит в госпрограмму или оплачивается отдельно?

— Чётких указаний на это в госпрограмме нет, — ответила Роза. — Но давай рассуждать логически. Раб не имеет своих денег и не может оплачивать ни жильё, ни еду. Он юридически считается живым имуществом, и его должна обеспечивать госпожа. То есть в нашей ситуации на ближайшие три месяца получается так: ты содержишь его, а я тебя. В итоге я содержу вас обоих. Но я не несу никаких убытков: всё оплачивает государственная казна. Раз в месяц я подписываю счёт на специальной магической бумаге, что суммы на обеспечение нужд переселенки не завышены, что всё честно, и отправляю его в казначейство. Через день мне присылают кошель с золотом. Вдобавок благодаря тому, что моя таверна участвует в госпрограмме, мне наполовину снижают налоги. Так что за меня можешь не переживать, в накладе не останусь. Можешь спокойно проживать со своими рабами в этой комнате и питаться с ними в обеденном зале. По крайней мере, ближайший квартал.

— Ты уже говоришь про рабов во множественном числе, — вяло улыбнулась я.

— Где один — там и несколько. И не забывай: я надеюсь, что твоя картина мне понравится, и я смогу в качестве подарка вручить тебе Джереми. Конечно, он довольно молод и не сравнится с мужчинами в возрасте, которых ты предпочитаешь, но он очень милый и красивый. Уверена, он придётся тебе по душе.

— Если честно, то Ирнел — не гаремник. Я хочу, чтобы он спал отдельно. Можно ли задействовать в качестве его кровати это раздвижное кресло? — уточнила я.

— Не гаремник? — сильно удивилась Роза. — Ну, может, ты ещё передумаешь? В общем и целом, он симпатичный, стройный, крепкий. А насчёт спального места — не проблема: если хочешь, я распоряжусь поставить для него кровать.

— Было бы здорово! — обрадовалась я. — Спасибо, Роза!

— Единственное — одежду для него тебе придётся покупать на свои деньги. В список вещей по госпрограмме не входит одеяние для рабов. Но проживать здесь и питаться он может бесплатно, как я и сказала.

— Поняла, — кивнула я. — Благодарю за пояснения!

— Каждый вечер перед сном в номера стучатся уборщики: с помощью магических артефактов они наводят чистоту в апартаментах, приводят в порядок одежду жильцов и чистят постельное бельё. В некоторых тавернах эта услуга платная, а у меня нет. Зато в «Рассвете» постояльцев больше, — улыбнулась женщина. — В общем, не стесняйся пользоваться теми благами, которые тебе сейчас доступны. Хорошо питайся сама и корми своего раба. И позволяй вечерами уборщикам выполнять свою работу — благодаря им одежда всегда будет как новая.

— Это здорово, — оценила я.

Раздался стук в дверь, и я растерянно посмотрела на Розу:

— Это уборщик? Вроде бы ещё не вечер?

— Да, ещё не вечер, — согласилась она и громко крикнула: — Кто изволил побеспокоить?

— Полиция, — раздался строгий ответ из-за двери.

Сердце испуганно рухнуло в пятки. Но, как оказалось, волнение было напрасным: бравый полицейский принёс мне документ на Ирнела — что я теперь являюсь хозяйкой этого раба.

— Постойте, тут написано, что раб Ирнел Вайс принадлежит госпоже Натали Игнатовой. Гут ошибка в имени. Меня зовут Наталья, а не Натали, — заметила я перед тем, как расписаться на этой бумаге.

— Все вопросы — к начальству, — равнодушно повёл плечом рослый брюнет. — Мне поставили задачу доставить это вам и проследить, чтобы вы расписались на документе в моём присутствии. Все остальные проблемы обсуждайте в полицейском Управлении. Завтра приём граждан с восьми утра до полудня.

— Советую поставить подпись прямо сейчас, — подсказала Роза. — Имя заменишь потом в Управлении, если захочешь. Для нашего мира «Натали» звучит привычнее, чем «Наталья».

— Бюрократия, как и везде... — тяжело вздохнула я и на всякий случай расписалась.

 

Глава 13. Кровать

 

Натали

 

Когда Роза ушла вслед за полицейским, я развернулась к Ирнелу:

— И что мы теперь будем делать?

— Всё, что пожелает моя госпожа, — отозвался мужчина, почтительно склонив голову.

— Как давно ты ел? — уточнила я.

Он задумался, потом ответил:

— Вчера вечером.

— Почти сутки назад, — с сочувствием посмотрела я на него. — Предлагаю спуститься на первый этаж, чтобы ты мог нормально пообедать.

— Вы очень добры, моя госпожа, — посмотрел он на меня с благодарностью. — Изволите, чтобы я шёл прямо в халате или прикажете облачиться в то, что почистила леди Роза?

— Нет, в халате не нужно. Лучше оденься в свои вещи, — отозвалась я.

— Прямо здесь или в ванной? — уточнил он.

— В ванной, — махнула я рукой.

Взяв аккуратную стопочку, Ирнел послушно отправился одеваться, а я ещё раз пробежалась глазами по документу. Может, не менять имя «Натали», оставить так? С другой стороны, завтра должен прийти Томас, который принесёт мне документ о гражданстве. Там-то будет написано «Наталья». Чтобы в будущем не возникло никаких проблем с бюрократией, лучше исправлять все ошибки в документах как можно быстрее. Так что надо дождаться прихода Томаса. Он говорил, что явится в полдень. Но полицейский упомянул, что приём граждан в Управлении завтра с восьми утра до полудня. А мне нужно идти в Управлении уже с документом о гражданстве. Так что в полицию придётся идти послезавтра, имея оба документа на руках: и о гражданстве, и свидетельство о владении рабом. Завтра вообще день будет насыщенным. Утром — Томас, а в семь вечера я отправляюсь рисовать гаремников Розы. Наверное, Ирнел будет меня сопровождать. Чтобы закончить картину, мне понадобится дней пять напряжённой работы. И есть вероятность, что у меня прибавится ещё один раб. Джереми будет подарен мне хозяйкой таверны, так что есть надежда, что она позаботится о нём: выделит кровать и для него тоже. Но как мы будем жить тут все втроём, и как мне прокормить своих невольников — я не представляла. Три месяца я, конечно, продержусь. Но что будет потом — меня тревожило. Денежного подарка от императрицы хватило бы на моё скромное существование ещё на три месяца. Но я теперь не одна. Идти к кому-то в услужение совершенно не хотелось. Как и отправлять своих рабов в шоу-румы, к шесту. Оставалась одна надежда — что я быстро обрету известность как художница и на меня посыпятся заказы.

Пока я пребывала в раздумьях, в дверь постучали. Как оказалось, двое мужчин принесли для Ирнела кровать. Поставив её у окна, они сходили за довольно толстым матрасом, подушкой и одеялом. И при мне заправили эту кровать чистым бельём.

— Госпожа Роза велела передать вам привет и пожелать хорошего дня, — заявил один из мужчин перед уходом.

— Взаимно, — улыбнулась я.

Хотя бы одна из проблем была решена: Ирнелу не придётся спать на кресле.

— Да это королевская перина, — изумлённо пробормотал он, выйдя из ванной и увидев своё новое спальное место.

— Надеюсь, тебе тут будет удобно, — отозвалась я.

Мужчина посмотрел на меня с благодарностью:

— Спасибо вам за заботу, моя прекрасная госпожа!

— Ладно, пойдём. Тебе нужно поесть, — сказала я и пошла к выходу. Ирнел — за мной.