Лена Харт – Брак по расчету. Наследник для Айсберга (страница 39)

Слёзы застилают глаза.

С трудом поднимаюсь на ноги. Никто и никогда не был со мной так жесток, как он.

— Пообещай, что прекратишь это, Ярослав. Пообещай, или я расскажу Кириллу о твоём плане.

Он рычит, брызжа слюной.

— Пообещай мне! — кричу, срывая голос.

Он бросает взгляд на мать, и та едва заметно кивает.

— Отлично! — выплёвывает он. — Только не прибегай сюда в слезах, когда он наконец поймёт, какая ты на самом деле бесполезная и никчёмная дрянь.

Лучше умереть, чем вернуться сюда.

— Не прибегу. Даю слово.

Выйдя из дома, я едва не вскрикиваю от облегчения, увидев у ворот Эда. Он улыбается, и я быстро провожу ладонями по щекам, надеясь, что он не заметит моих слёз.

— Эдвард. Что ты здесь делаешь?

— Господин Князев просил Вас дождаться. Его отвезёт водитель отца, — спокойно отвечает он.

Когда подхожу ближе, его взгляд становится встревоженным.

— С Вами всё в порядке, госпожа Князева?

— Да, всё хорошо. Просто… семья, — выдавливаю слабую улыбку.

— Вам что-нибудь нужно?

Закусываю губу и киваю.

— Мне бы… не помешали объятия.

Он без колебаний шагает ко мне и заключает в крепкие, надёжные руки. Утыкаюсь лицом в его пиджак, вдыхая чужой, но такой успокаивающий запах.

— Спасибо, Эдвард. Отвези меня домой, пожалуйста.

— С удовольствием, госпожа Князева.

Глава 28

Кирилл

— Ну что там? — рявкаю в трубку, едва водитель успевает поздороваться.

Он тяжело вздыхает.

— Не уверен, Кирилл Георгиевич. Лина вышла от матери сама не своя. Вся в слезах.

— Что стряслось? Она сказала?

— Говорит, что всё в порядке, но потом… Попросила просто её обнять.

Шея затекла, и я с силой сжимаю кулак. Могу поспорить, тут не обошлось без её дрянного братца.

— Вези её сюда.

— Она просила домой.

— Сюда быстрее, чем я доберусь до твоего дома. Вези ко мне. Живо.

— Вас понял.

Сбрасываю вызов и поднимаю голову. Отец и братья смотрят на меня в упор.

— Лина чем-то расстроена после визита к матери. Сказал Эду везти её сюда, — коротко объясняю.

Отец ободряюще кивает.

— Сейчас найдём ещё один стул к ужину.

Руслан хмурится.

— Он сказал, что случилось? Она в порядке?

Качаю головой.

— Эд не знает. Она молчит, а давить — только хуже делать. Там какие-то свои семейные заморочки, в которых мне ещё предстоит разобраться.

Дмитрий передёргивает плечами.

— От её братца у меня мурашки по коже.

— Просто ублюдок, — добавляет Руслан.

— Что ж, здесь, в кругу новой семьи, ей будет хорошо, — говорит отец, и его серые глаза теплеют. — Может, останетесь на ночь? Оба?

Улавливаю в его голосе затаённую просьбу. Наверное, ему одиноко в этом огромном доме без мамы и без нас, детей. Только сейчас понимаю, как отчаянно он ждёт внуков, и сердце сжимается от боли за всё, что он потерял.

Отойдя в сторону, набираю Лину. Она отвечает после пары гудков.

— Привет, солнце. Мои домашние меня сейчас съедят за то, что не привёз тебя. Соскучились. Мы ещё не ужинали, так что я попросил Эда привезти тебя сюда.

— Ох, Кирилл… А я как раз собиралась домой, мечтала о горячей ванне. Что-то я совсем расклеилась.

— Ванну мы тебе и здесь организуем. Можем остаться на ночь, залезем в постель и посмотрим какой-нибудь дурацкий фильм, из тех, что ты любишь. Утром на работу доставлю вовремя, обещаю.

— Ладно, звучит слишком соблазнительно.

Почти слышу, как она улыбается. Сбросив вызов, ловлю себя на мысли, как же это здорово — ужинать с семьёй.

С женой.

— Ого! — Лина не может сдержать восхищённого вздоха, когда входит в ванную. — Да она же огромная!

— Да, в такой и в одиночестве сидеть как-то неприлично.

— А ты разве не должен помогать отцу с ужином? — лукаво спрашивает она.

— Нет, — отвечаю я. — Руслан с Дмитрием справятся. Сегодня я к Вашим услугам, миледи. — Проверяю воду. Идеально. Стряхнув пену с руки, закрываю кран. — Ваша ванна готова.

— Это просто сказка! — выдыхает Лина, и её лицо озаряет улыбка.

Она стягивает свитер, бросает его на пол, следом летит бюстгальтер. Джинсы и трусики она аккуратно складывает рядом.

— Да, сказочно, — соглашаюсь, не в силах оторвать взгляд от её идеального тела.

Её щёки вспыхивают, и она, поджав губы, качает головой.

— Ну нельзя же так, — шепчу я. — Ты устроила мне такой соблазнительный стриптиз и теперь ругаешь за то, что я любуюсь результатом.

Она смеётся.

— Это был не стриптиз.

— А мне показалось, что он. А теперь неси своё сексуальное тело в эту горячую воду.