Лена Доронина – Волк и Алёнка [+Бонусная глава] (страница 16)
— Нет, — сказала я. — Я хочу знать.
Родим вздохнул и сказал почти мягко:
— Потому что ты…
Егор рванул вперёд. Но я встала между ними.
— Нет, — сказала я твёрдо. — Больше никаких секретов!
— А ты уверен, что она твоя? — усмехнулся Родим, подходя ближе к Егору. — Ты ведь не рассказал ей, что ты — убийца.
— Что ты несёшь? — ахнула я.
— Правду, — сказал Родим, не сводя с меня глаз. — Ты хочешь знать, почему тебя так тянет к нему? Почему ты чувствуешь его? Почему он спас тебя? Потому что ты — самка. А он — волк, оборотень. Только он не хочет тебе говорить, что уже пробовал.
Я посмотрела на Егора. Он молчал, плотно сжав губы.
— О чём ты говоришь? — спросила я.
— О его первой. О той, кого он укусил. О той, кого он любил. О той, кого он убил!
— Хватит, — прошипел Егор.
— Нет, — сказала я. — Говори.
Родим улыбнулся, не злобно, с жалостью.
— Её звали Яна. Она была как ты — сильная. Гордая. И хотела стать такой, как он. Просила, чтобы он укусил её. Чтобы они были вместе. Навсегда. И он сделал это, да, Егор?
Я почувствовала, как кровь отхлынула от лица.
— Он укусил её в полнолуние, — продолжал Родим. — Но она не выдержала перехода. Её тело не приняло зверя и она умерла через три дня. В муках.
— Это ложь, — выдохнула я.
— Это правда, — сказал Егор, не поднимая глаз. — Всё так.
Тишина.
— И теперь, — сказал Родим, — он хочет повторить это с тобой. Он — убийца. А я — тот, кто может защитить тебя. Перейди под мою защиту.
Я посмотрела прямо в его жёлтые глаза.
— Ты пришёл сюда не ради меня, а чтобы сломать его. Потому что ты один, а он — нет. И он никогда меня не убьёт, потому что любит. А ты — нет.
Родим усмехнулся.
— Какая трогательная вера. Посмотрим, сколько она продержится.
Он исчез в темноте вечера бесшумно, как будто и не приходил вовсе. Его последние слова отдавались в ушах тревогой.
Я села, сердце билось, а губы дрожали.
— Это правда? — спросила я. — Про Яну?
Егор поднял глаза. В них я видела глубокую, неизлечимую боль.
— Да, — сказал он. — Это правда. Я укусил её. По её просьбе. Она умерла на моих руках.
Я закрыла глаза.
— Почему ты не сказал мне?
— Потому что боялся, что ты уйдёшь. А я не хочу тебя превращать. Я хочу, чтобы ты была живой, а не мёртвой.
Я открыла глаза и снова посмотрела на него:
— Ты не убийца, — сказала я. — Ты — человек, который потерял любимого. Ты любил. А это — не преступление.
Он сжал мою руку, крепко, словно боялся, что я исчезну.
— Я не хочу твоей смерти, — прошептал он, прижимаясь лбом к моему лбу. — Я хочу твоей жизни.
Глава 18
Иногда самое страшное — не то, что он станет зверем. А то, что я хочу быть с ним, когда это произойдёт.
Вечером, когда мы сидели на берегу реки, а небо уже начало темнеть, будто готовилось к чему-то важному, Егор сказал:
— Завтра полнолуние, — произнёс Егор, глядя на горизонт, где луна медленно поднималась над лесом.
Я почувствовала, как внутри всё сжалось.
— Я знаю, — сказала я. — Ты превращаешься.
— Не просто превращаюсь, — поправил он. — Выходит наружу волк, я не контролирую его.
— Что?
— Луна, — ответил он. — В этот день она не просто вызывает превращение. Она ведёт зверя внутри меня.
Я замерла.
— Как?
— Это как… дышать, — сказал он, подбирая слова. — Я не могу остановить превращение. Я становлюсь сильнее, слышу дальше, чувствую запахи, которые люди не могут уловить. Мой нюх, слух, инстинкты — всё усиливается. Это как если бы я стал частью самого леса.
Я напрягалась:
— Егор, это хорошо или плохо?
— Не знаю, — покачал головой он. — Пока луна в своей силе, я остаюсь волком. Даже если захочу перекинуться в человека, не могу.
— Это… опасно? — спросила я.
Он хмыкнул:
— Для меня — нет. Для других — да.
Я посмотрела на него. Его глаза в свете луны стали почти прозрачными.
— Испугалась? — спросил он.
— Нет, — ответила я. — Я боюсь только одного — что ты будешь один.
Он снова усмехнулся.
— Ты хочешь быть рядом?
— Да, — сказала я. — Я хочу увидеть это. Твоё таинство. Твою силу. Я хочу знать, кто ты есть.
Егор помедлил.
— Это не шутки, — сказал он. — В этот момент я неконтролируемый.
— Знаю, — кивнула я. — И всё равно хочу быть рядом.
Он посмотрел на меня долгим взглядом. Потом вдруг сказал: