Лена Бонд – Ты под запретом (страница 11)
— Аська, связь правда ловит! — кричу я вниз, где сестра с задранной головой наблюдает за мной.
— Я же говорила! — гордо отвечает она. — Ты надолго здесь?
Я уже открываю инстаграм, предвкушая, сколько всего пропустила за последние часы. Уведомления сыплются одно за другим, и я чувствую, как возвращаюсь в свой привычный мир.
— Можешь ехать домой, я немного побуду и приду, — отвечаю я, не отрывая глаз от экрана, где мелькают фотографии друзей, истории, комментарии. — Дорогу найду, не волнуйся.
Ася кивает, запрыгивает на велосипед и уезжает в сторону посёлка, помахав мне на прощание.
Я стелю джинсовку на выступ и усаживаюсь поудобнее, приготовившись к приятному времяпрепровождению. Сама делаю селфи на фоне заката, чтобы порадовать друзей новым постом. Подпись: «
Лайки начинают сыпаться почти мгновенно. Даже Дэн оставляет комментарий:
«
Я чувствую укол обиды, но заставляю себя посмеяться в ответ. Да уж, Полина, твоё место точно не в деревне.
Я настолько увлечена просмотром историй друзей, комментированием их постов и перепиской, что не сразу замечаю, как меняется погода. Только когда далёкий раскат грома заставляет меня вздрогнуть, я поднимаю глаза от экрана.
Небо затянуто тяжёлыми серыми тучами, которые быстро темнеют. Вдалеке вспыхивает молния, прорезая небо ослепительно-белой зигзагообразной линией, и через несколько секунд снова гремит гром, уже ближе. Неприятный холодок прокатывается по моему телу.
— Только этого не хватало, — бормочу я, бросая взгляд на время и с ужасом понимая, что просидела здесь почти час, полностью потеряв счёт времени.
Первые капли дождя падают на экран телефона, оставляя мокрые следы. Я торопливо убираю его в карман джинсовки, надеваю её и собираюсь спускаться. Здесь нет никакого укрытия, и, если начнётся ливень, я промокну до нитки, и, что ещё хуже, могу стать мишенью для молнии.
Я встаю, подхожу к краю площадки и замираю в ужасе, ощущая, как кровь отливает от лица. Лестницы нет.
Моё сердце пропускает парочку ударов. Я наклоняюсь, насколько осмеливаюсь, и вижу, что она лежит на земле. Кто-то убрал её! Или упала сама… Аааааааа!
Паника накрывает меня с головой. Я нахожусь на высоте двухэтажного дома, без возможности спуститься, а надвигается страшная гроза. Я оглядываюсь по сторонам в отчаянии, ища любой способ спуститься, и вдруг замечаю фигуру внизу. Моё сердце делает кульбит, когда я узнаю этот силуэт.
Это же Илья.
Он стоит, прислонившись к башне, и смотрит на меня с той самой невыносимой ухмылкой.
— Это ты лестницу убрал?! — кричу я, чувствуя, как ярость вытесняет страх. — Быстро верни на место! Сейчас же!
Кажется, он наслаждается ситуацией, наслаждается моей беспомощностью, и это приводит меня в бешенство.
— А если не верну? — его голос звучит насмешливо, с нотками вызова. — Что ты мне сделаешь?
Я готова взорваться от злости. Этот... этот... у меня даже нет слов, чтобы описать, какой он!
— Помогите! — кричу я что есть силы, надеясь, что хоть кто-нибудь услышит, но мой голос тонет в раскате грома.
Дождь усиливается, капли становятся крупнее и чаще. Моя тонкая одежда уже начинает промокать.
— Ну и чего ты добиваешься?! — я перехожу на визг, чувствуя, как паника снова поднимается внутри.
Илья снова ухмыляется, и даже с такого расстояния я вижу эту проклятую ямочку на его щеке.
— Ты знаешь, чего я хочу.
Я непонимающе хмурюсь, а потом меня осеняет. Я тут же вспоминаю его слова о том, что я сама приглашу его на свидание.
— Ты больной?! — кричу я, уже не заботясь о приличиях. — Ни за что и никогда никуда я тебя не позову! Ты понял меня?! Никогда!
Дождь постепенно усиливается, и мой сарафан мгновенно промокает и прилипает к телу. Я дрожу от холода и ярости, а Илья пожимает плечами с таким видом, будто ему всё равно.
— Ладно, ну я тогда пошёл, — говорит он, отталкиваясь от кирпичной стены. — Мой тебе совет: сильно не кричи, когда будешь звать помощь. Сейчас ливень усилится, никто всё равно не услышит, только голос зря сорвёшь.
Парень действительно поворачивается и начинает уходить, пока я не могу поверить своим глазам.
— Ну нет, ты не оставишь меня здесь одну! — кричу я ему вслед, чувствуя, как к горлу подступают слёзы. — Ты не посмеешь!
Илья останавливается и оборачивается, не скрывая улыбки.
— Пригласи меня на свидание, и я готов сам тебя спустить на руках оттуда, — произносит он достаточно громко, чтобы я услышала.
Я задыхаюсь от возмущения. Это же шантаж! Самый настоящий, грязный шантаж! Опять! Как он смеет ставить меня в такое положение?! Аааааааа!
Молния вспыхивает совсем близко, освещая всё вокруг ослепительно-белым светом, и почти сразу же раздаётся оглушительный раскат грома, от которого, кажется, дрожит сама башня. Я вскрикиваю и инстинктивно пригибаюсь, обхватывая себя руками в попытке защититься. В это время ветер усиливается, швыряя мне в лицо крупные капли дождя.
— Решайся, принцесса, — кричит Илья. — Нас сейчас зальёт!
Я закрываю глаза, понимая, что у меня нет выбора. Чёрт с ним. Придумаю, как слиться в очередной раз. Я не хочу оставаться здесь в такую непогоду, рискуя собой ради гордости.
— Верни лестницу! — кричу я, стараясь, чтобы мой голос звучал требовательно, а не умоляюще.
Илья прикладывает ладонь к уху, изображая, что не слышит.
— Я не слышу волшебное слово, принцесса! — его голос звучит почти игриво, что в данной ситуации кажется мне верхом цинизма.
Я готова его убить. Клянусь, когда я выберусь, то найду способ отомстить ему так, что он пожалеет о своём рождении.
— Пойдёшь со мной на свидание? — бубню я себе под нос, скрипя зубами от ярости.
— Повтори, пожалуйста, я не слышу! — Илья делает вид, что прислушивается.
Я набираю полные лёгкие воздуха и кричу, вкладывая в эти слова всю свою ненависть:
— ПОЙДЁШЬ СО МНОЙ НА СВИДАНИЕ?!
Самодовольная улыбка Ильи становится ещё шире, превращаясь в настоящую победную ухмылку.
— С удовольствием!
Он подходит к лестнице, поднимает её и приставляет к башне. Я вижу, как он крепко держит её, чтобы она не соскользнула под порывами ветра, и, несмотря на всю мою ярость, чувствую облегчение.
— Спускайся! — кричит он. — Я держу!
Я осторожно подхожу к краю и начинаю спуск. Мои руки дрожат, сандалии скользят по мокрым перекладинам, но я медленно продвигаюсь вниз. Когда до земли остаётся несколько ступенек, я чувствую, как сильные руки обхватывают мою талию и легко снимают меня с лестницы. От неожиданности я вскрикиваю и хватаюсь за его плечи, чувствуя под пальцами твёрдые мускулы.
Я моментально оказываюсь прижатой к твёрдой груди Ильи, и этот близкий контакт заставляет моё сердце биться ещё быстрее, но уже не от страха. Его футболка тоже промокла и облепила тело, позволяя увидеть и почувствовать, насколько крепкие у него мускулы. От него пахнет дождём, мятной жвачкой и чем-то неуловимо мужским, что заставляет меня задержать дыхание.
Я поднимаю глаза и встречаюсь с его взглядом — тёмным, изучающим. В нём читается что-то большее, чем просто самодовольство победителя. На мгновение мне даже кажется, что я вижу в его глазах искреннее беспокойство, но это, должно быть, игра моего воображения.
— Я тебя ненавижу, — шиплю я, глядя на него.
Илья улыбается, и эта улыбка достигает его глаз, делая их тёплыми, несмотря на дождь и холод. В них пляшут озорные чёртики, которые заставляют моё сердце сделать кульбит.
— Знаю, — говорит он, не отпуская меня, и даже, кажется, прижимая чуть крепче. — Но это ненадолго, принцесса…
Глава 7
Не успеваю я ответить, как небо разрывается оглушительным раскатом грома, и дождь за секунду превращается в настоящий ливень. Тяжёлые капли бьют по плечам, по голове и заливают глаза. Я чувствую, как холодные струи воды проникают под тонкую ткань сарафана, заставляя кожу покрыться мурашками.
— Бежим! — Илья хватает меня за руку, и его пальцы обжигают мою кожу даже сквозь холод дождя.
— Куда? — кричу я, пытаясь перекричать шум ливня.
Но он не отвечает, просто тянет меня за собой, и я, поскальзываясь на мокрой траве, бегу следом, ощущая, как сердце колотится где-то в горле. Мои сандалии хлюпают, волосы превратились в мокрые сосульки, прилипшие к лицу, а сарафан стал второй кожей, обрисовывая каждый изгиб моего тела. Я ненавижу это ощущение беспомощности, ненавижу то, что вынуждена следовать за ним, доверяя свою судьбу человеку, которого едва знаю. Мы бежим к другой стороне башни, и я понимаю его план, чувствуя странное облегчение.
— Внутрь! — командует он, распахивая передо мной тяжёлую дверь в основании башни.
Я влетаю в тёмное пространство, пытаясь отдышаться. Илья заходит следом, оставляя дверь приоткрытой — видимо, чтобы хоть немного света проникало в помещение. В башне пахнет чем-то затхлым, но хотя бы сухо, пока снаружи бушует настоящая буря — ветер воет, дождь барабанит по стенам и крыше, а вспышки молний время от времени на мгновение освещают наше убежище, создавая причудливые тени на стенах.
Я обхватываю себя руками, пытаясь согреться. Мелкая дрожь пробегает по телу — то ли от холода, то ли от осознания, что я заперта в тесном пространстве с парнем, который выводит меня из себя одним своим существованием. Его присутствие заполняет всё пространство башни, делая воздух густым и тяжёлым для дыхания.