Лена Александровна Обухова – Академия Легиона (страница 66)
- Пытаюсь, - согласился Сорроу, продолжая стоять у двери, словно преграждая ему путь. - Но это сложная процедура, займет много времени. Ты имеешь что-то против?
Мор пожал плечами, наконец справляясь с последней пуговицей и одергивая китель, хотя тот и так сидел идеально.
- Я родился и вырос при Республике, я присягал Республике и служил ей, - спокойно ответил он. - Но я ведь не слепой. То, во что Кролл превратил наш мир, какое-то время уже лишь называлось республикой, но все больше становилось чем-то другим. Какой-то пародией на монархию, пожалуй. Если выбирать между ним и вами, то пусть уж лучше вы будете королем.
Сорроу приподнял брови, на мгновение задумчиво склонив голову набок.
- Весьма польщен, - вежливо ответил он. Его лицо при этом осталось сосредоточенным и отстраненным. - Но я нахожу странным, что люди всегда считают, будто тот, кто стоит во главе государства, играет решающую роль в бардаке, который в нем творится.
- А разве это не так? - искренне удивился Мор.
- Каждый из нас ежедневно принимает решения и совершает поступки, влияющие на общую картину. Чьи-то действия влияют в большей степени, чьи-то в меньшей. Когда полтора года назад тебя послали в Лекс, чтобы прижать Найта Фарлага за связь со студенткой, у тебя был выбор: не вникая в подробности сделать так, как велели, и продвинуться по службе или выполнить свой долг независимо от того, насколько твоему начальству понравится результат. Ты его сделал. Возможно, в масштабах целого государства он не играл такой уж большой роли, но если бы каждый легионер поступал как ты, Легион в целом был бы другим. И Республика была бы другой. Даже если бы канцлером оставался Кролл.
Мор на несколько секунд задумался, а потом согласно кивнул.
- Да, пожалуй, вы правы. Но я все же рад, что вы вывели Кролла на чистую воду. Хотя бы ради мальчика Вилар. Расти без родителей и так нелегко, но уж лучше быть сыном женщины, которую обманули и использовали для совершения преступления, чем сыном фанатичной террористки. Во втором случае, пожалуй, не знать своих родителей - это скорее благо. Что с ним будет теперь? Его отправят в приют или кто-то из родственников возьмет его к себе?
- Достаточно близких родственников у него не осталось, - вздохнул Сорроу, почему-то глядя не на Мора, а в сторону единственного в боксе окна, хотя за ним едва ли могло быть что-то примечательное. - Но в приют он не отправится.
- Его кто-то усыновит?
- Да. Мы с Таней.
Сорроу все-таки повернулся к Мору и успел заметить на его лице странное выражение: смесь удивления, растерянности, недоверия и затаенной радости. Последнее показалось ему особенно странным, поскольку семейных обстоятельств Мора он не знал.
- Вы возьмете в дом сына вашего врага? Его отец пытался вас оговорить и убить. Его мать пыталась сделать то же самое, пусть и по другим причинам. Не боитесь, что однажды он пойдет по их стопам? Кровь - не вода.
- А что ты мне предлагаешь? Убить его? Двухлетнего ребенка? - Сорроу криво усмехнулся. - Что бы обо мне ни говорили, я никогда не был настолько кровожаден, чтобы убивать детей, женщин или немощных стариков. По крайней мере, в тех случаях, когда у меня была возможность поступить иначе. Сейчас она есть. Я убил его отца и способствовал убийству матери. Если я не хочу, чтобы однажды он пришел за мной, то должен или убить его сейчас, или стать для него тем, на кого он никогда не сможет поднять руку. Я выбираю второе.
Мор улыбнулся, в его глазах осталась только благодарность, но Сорроу по-прежнему не понимал ее причин.
- Как Таня к этому относится?
Черты лица древнего короля неожиданно смягчились, взгляд заметно потеплел и на губах появилась абсолютно искренняя улыбка. Такое внезапное резкое преображение Мора слегка шокировало.
- Естественно, это решение мы приняли вместе. Может быть, я и возвращаюсь к роли короля, но быть авторитарным мужем, все и всегда решающим за двоих, я точно не хочу.
Мор кивнул, и на несколько секунд между ними повисла тишина: каждый думал о чем-то своем. О чем думал Сорроу, Мор не знал, но его собственные мысли успели достичь Академии и обратиться к одной особенной для него курсантке. И его это совсем не удивило.
Они оба очнулись почти одновременно, но Мор едва успел набрать в легкие воздух, когда Сорроу вдруг поинтересовался:
- Как твоя нога? Доктор упомянул, что кроме последствий стазиса, ему пришлось еще заниматься и ею. Якобы темная энергия проклятия, которую они изначально локализовали ниже колена, ползла вверх.
- Это постоянно происходит, - сдержанно пояснил Мор, пытаясь подавить смущение. Ему не нравилось говорить об этом с Сорроу.
- Может быть, ты все-таки позволишь мне помочь тебе?
Наверное, в любой другой день Мор снова отказался бы. Но на фоне всех событий и только что произошедшего между ними разговора не смог.
- Только штаны я снимать не буду, - нервно предупредил он, садясь на кровать.
- Буду тебе за это благодарен, - фыркнул Сорроу, садясь рядом. - Я все-таки неплохо владею магией. Просто вытяни ногу перед собой.
Мор сделал, как его просили. Сорроу наклонился вперед и поднес раскрытую ладонь к его ноге, чуть ниже колена. Он не касался его, но Мор все равно чувствовал тепло заклятия, приникающего внутрь сквозь поры кожи.
Через несколько секунд Сорроу убрал руку и выпрямился, тихо смеясь.
- Ох уж мне эти светлые, - пробормотал он, качая головой.
- В чем дело? - Мор заметно насторожился.
Сорроу покосился на него, в его глазах плясали смешинки. Он протянул ему раскрытую ладонь и велел:
- Возьми меня за руку.
- Что? Зачем?
Мор даже чуть отпрянул назад, насколько позволяла кровать.
- Да не бойся ты. Больно не будет, обещаю... По крайней мере, не очень долго. Ты хочешь нормально ходить или нет?
Этот вопрос заставил Мора все же осторожно коснуться руки Сорроу. Тот тут же сжал пальцы, удерживая его ладонь в своей. Мгновение спустя темная энергия, обычно пульсирующая в ноге, резко поднялась выше и разлилась по всему телу. Его словно живьем кинули в огонь. Он дернулся, попытался вырвать руку, но Сорроу держал крепко. Боль затуманила рассудок, из подсознания полезли все самые темные мысли и желания, все обиды и глубоко запрятанная ненависть, злость, которую он чувствовал с детства. Все это принялось множиться в нем и грозило разорвать.
И вдруг все исчезло так же внезапно, как и появилось. Словно и боль, и злость вытянули из него через центр ладони, которую сжимал Сорроу. Тот сразу выпустил его руку, а Мор шумно вдохнул, только теперь осознав, что до этого задерживал дыхание.
- Вот и все, - резюмировал Сорроу. - Это можно было сделать сразу, и тебе не пришлось бы два с лишним года мучиться от болей и хромать
- Что это было? - ошарашенно спросил Мор, все еще чувствуя легкое головокружение и тошноту. Но совершенно не чувствуя тупой, ноющей пульсации.
- Это был темный поток, - пояснил Сорроу, поднимаясь. - Не компенсированный. Хильда рассказала нам о твоем последнем задании, когда объясняла свои подозрения в твой адрес. О том, что ты был окружен големами, но каким-то чудом выжил и был якобы поражен неизвестным темным проклятием, которое не смогли вывести. Когда выяснилось, что ты все-таки не голем, я заподозрил, что на самом деле там произошло. Но, извини, было много других дел, я только сейчас нашел время проверить свою догадку.
Мор поднял на него ничего не понимающий взгляд. Сорроу скрестил руки на груди и посмотрел на него примерно так же, как смотрел на самых безнадежных своих студентов.
- Големов достаточно просто победить с помощью темного заклятия. Вы, легионеры, изучаете всю необходимую теорию, но в ваши головы вкладывают веру в то, что использование темной магии недопустимо. Даже для борьбы с темным созданиями. Даже для спасения собственной жизни. Я полагаю, твоя воля к жизни оказалась сильнее этого запрета. Тебе хватило теоретических знаний на то, чтобы начертить на ладони универсальный символ демонического измерения и призвать темный поток. Вероятно, ты решился на это только тогда, когда твой товарищ погиб у тебя на глазах. В такие моменты приоритеты смещаются. Ты уничтожил големов, но тебе не хватило знаний и навыков, чтобы компенсировать темный поток. Каждый темный учится этому достаточно долго: либо брать ровно столько, сколько нужно, либо прогонять излишки туда, откуда они пришли. Ты не смог этого сделать, и темный поток принялся уничтожать тебя. Обычная плата неофита за невежество. В таком состоянии тебя и нашел твой друг. Не знаю, что именно заблокировало воспоминания об этом: ужас от осознания того, что ты прибег к темной магии вопреки всему, чему тебя учили, или губительное воздействие неконтролируемого темного потока. В любом случае, ваши доктора, шарахающиеся от темной магии так же, как и вы сами, тоже не разобрались в чем дело, и просто загнали поток в одно место. Обратись ты к темному, уже через пару дней смог бы вернуться в ряды боевиков.
Мор снова перевел взгляд на свою ногу и долго молчал, переваривая вываленную на него информацию. Все убеждения, с которыми он вырос, последние два года и так постоянно подвергались сомнениям, но сейчас под вопрос попала самая базовая аксиома его жизни. Это требовало долгого осмысления.