Лена Александровна Обухова – Академия Легиона (страница 5)

- Что у нас сегодня? - поинтересовалась доктор Вилар, собирая пшеничного цвета волосы в аккуратный хвост, чтобы они не мешали осмотру.

Хильда с трудом взобралась на высокую кушетку и продемонстрировала ей плечо. Доктор Вилар ненадолго нахмурилась, сначала изучая рану взглядом, а потом дополнительно исследуя с помощью магии. Закончив, она вздохнула.

- Мне надо серьезно поговорить с профессором Соло. Боевые мечи на занятиях у курсантов второго года - это недопустимо!

Хильда пожала плечами. Она считала, что в мире, где подобное ранение можно полностью излечить за несколько часов, тренировки с боевыми мечами вполне допустимы даже в первый год обучения.

- Хоть бы кровотечение нормально научился останавливать, - проворчала доктор Вилар, а потом предупредила: - Сейчас будет больно. Мне придется снова открыть рану.

Хильда снова стиснула зубы и малодушно прикрыла глаза, но ей удалось не застонать в голос.

Со сращиванием тканей доктор Вилар управилась довольно быстро, минут за двадцать. Это были не очень приятные двадцать минут, но не смертельные: за время учебы болевой порог у Хильды заметно повысился. Она считала это плюсом, поскольку едва ли в боевом отряде травмы были редкостью.

- Все-таки девушкам вроде тебя не стоит стремиться в боевики, - мягко заметила доктор Вилар, когда закончила.

Ее серо-голубые глаза светились сочувствием и материнской заботой, но Хильда так часто слышала эту фразу за последние полтора года, что она неизменно вызывала у нее раздражение. Каким бы тоном и с какими бы чувствами ни была произнесена.

- Я как-нибудь сама разберусь, куда мне стремиться, спасибо, - ее голос прозвучал довольно резко, но доктор Вилар только улыбнулась в ответ.

- Ты знаешь, есть ведь разные снадобья, - она выразительно посмотрела на Хильду. - Они не очень-то одобряются, я бы и  сама не стала их рекомендовать, но... - она вздохнула. - Но в твоем случае они могут уравнять шансы с противником вроде Виктора Ланга.

Хильда хмуро посмотрела на нее исподлобья. Она слышала про такие снадобья. Стоило кому-то продемонстрировать на тренировке или зачете результат выше обычного, за спиной его тут же начинали шептаться об усилителях - снадобьях, которые могли придать сил, ловкости, выносливости, скорости реакции. Поговаривали даже, что в боевом отряде их принимают перед некоторыми рейдами вполне официально.

Но Хильда не верила в них. Во-первых, отец никогда не говорил ни о чем таком. Он прослужил в боевом отряде неполных два года, но если бы что-то такое было там в ходу, он бы знал. Во-вторых, к любым допингам она относилась настороженно. Особенно к «не очень-то одобряемым». Она подозревала, что будь они безвредны, их бы точно одобряли и принимали, кому был важен результат.

Она хотела попасть в боевики и была готова приложить к этому максимум усилий, но терять голову и травить себя сомнительными снадобьями не собиралась. Либо она сделает это честным путем, либо примет поражение.

Ей ничего не пришлось говорить вслух, доктор Вилар и так все поняла и одобрительно кивнула, но тут же заявила:

- Кроветворное, обезболивающее и общеукрепляющее выпить придется, ты знаешь правила.

Правила она знала, поэтому послушно проглотила все три упомянутых снадобья под пристальным взглядом доктора. Обезболивающее подействовало сразу, да и после сращивания тканей рука уже не болела, а скорее немного ныла, поэтому Хильда без труда натянула китель и застегнула его.

- Спасибо, доктор Вилар, - поблагодарила она с чувством, давая понять, что сожалеет о своей грубости.

- Да не за что, - отмахнулась доктор Вилар, убирая бутыли со снадобьями обратно в шкаф. - Ты береги себя.

- Обязательно!

С кушетки Хильда спрыгнула уже более ловко, чем взбиралась на нее. О физических упражнениях на сегодня можно было забыть, но пропускать лекцию по теории темной маги не следовало, поэтому она поторопилась к выходу из лазарета.

Не успела она переступить порог, как перед ней взмахнула крыльями крошечная фея. Одна из тех, что разносила корреспонденцию по территории Академии. Бросив Хильде записку, фея тут же удалилась, что означало: ответ не требуется. Из содержания записки сразу стало ясно почему.

«Вам надлежит немедленно явиться к ректору Шадэ».

Хильда почувствовала неприятный холодок внутри. Только этого не хватало. Неужели Мор пожаловался на нее ректору?

Глава 3

Идя к кабинету ректора, Хильда заметно нервничала. Грей Шадэ был новым ректором Академии, назначенным в начале этого года. Она видела его всего один раз: во время построения, на котором прежний ректор объявил о своей отставке и представил курсантам нового.

В качестве первой рекомендации он упомянул, что Шадэ десять лет прослужил в боевом отряде. После чего авторитет нового ректора в одно мгновение стал непоколебим: людей, продержавшихся в боевом отряде так долго за последние сто лет существования Легиона можно было пересчитать по пальцам. Шадэ после этого еще почти двадцать лет работал следователем, что подняло его в глазах курсантов на неведомые высоты.

Он был назначен ректором академии сразу после увольнения из Легиона, а потому полностью сохранил физическую форму, которая требовалась во время службы. И хотя его темные волосы давно заметно поседели, а на лице хватало морщин, он все равно оставался довольно привлекательным для своего возраста мужчиной. Разумеется, в глазах взрослых женщин, а не курсанток, но это было только к лучшему. Магическому миру хватило двух браков между ректором и студенткой, произошедших за последние два года. Третий подобный скандал стал бы заметным перебором.

Хильду до этого никогда не вызывали к ректору, и она не представляла, чем могла так провиниться сейчас. В голову настойчиво лезло предположение, что Шадэ тоже решил отговорить ее от подготовки, направленной на вступление в ряды боевого отряда. Просто за компанию со всеми остальными.

Ее подозрения усилились, когда перед кабинетом ректора Хильда столкнулась с Диланом Мором. В этот момент она окончательно решила, что вызов к ректору связан с испытанием в зале иллюзий и ее «выступлением» после него. Видимо, она наконец достала Мора своими препирательствами.

- Добрый день, куратор Мор, - поприветствовала она, вытягиваясь по струнке даже чуть старательнее, чем было положено, но тут же услышала ожидаемое разрешение:

- Вольно, курсантка.

В повседневном общении куратор не любил официоза, предпочитая оставлять его для специальных мероприятий и построений. Это была еще одна причина, по которой его любили подопечные.

Однако сейчас в этом его «вольно» Хильда услышала больше, чем обычно. Каким-то непостижимым образом она восприняла это еще и как: «Расслабься, это не из-за вчерашнего». Вероятно, что-то в тоне куратора или в его взгляде дало ей понять: он не сердится на нее за то, что она спорила с ним накануне. И не просто спорила, а старалась ужалить.

Хильда и расслабилась, но ненадолго.

- Уже наслышан об инциденте на фехтовании, - заявил Мор недовольно, покосившись на ее плечо. - Может быть, стоит выбирать себе соперника по уровню для учебных боев?

Его голос прозвучал строго, осуждающе, словно это она выбрала заведомо более слабого оппонента и покалечила его во время тренировки.

- Может быть, вам стоит поговорить об этом с Виктором Лангом, господин куратор? - предложила Хильда, стараясь, чтобы ее тон не звучал слишком уж дерзко. - Это он выбрал меня в свои соперники.

- Но вы приняли его вызов.

- Он сильнейший фехтовальщик на курсе, - она пожала плечами, демонстрируя недоумение. Тон ее давал понять, что она считает причину своего согласия очевидной. - Конечно, я приняла его вызов. Стать лучшей можно лишь победив лучшего.

Мор сверлил Хильду взглядом своих красивых карих глаз, которые приводили в трепет многих курсанток, но ее сейчас заставляли ежиться от пробирающего озноба. Она в очередной раз задумалась, что же такого сделала ему, почему он стал так суров с ней. Ведь в прошлом году он вел себя иначе. Может быть, она его чем-то оскорбила и даже не заметила? Это было бы очень скверно, потому что характеристика куратора играла не последнюю роль при приеме в боевой отряд.

- Очень сомневаюсь, что у вас когда-либо получится его одолеть, - изрек Мор, но тут же с едва заметной улыбкой добавил: - Хотя я бы с удовольствием на это посмотрел.

Это было одним из редких проблесков его прежнего отношения к ней, когда он больше в нее верил и чаще подбадривал.

Хильда не удержалась. Она тоже улыбнулась и, понизив голос, предположила:

- Возможно, однажды мне удастся доставить вам удовольствие.

Это прозвучало довольно двусмысленно. Порой и ее «заносило на поворотах»: удержаться от флирта с ним было сложно. Многие даже и не пытались сдерживаться. Хильда часто наблюдала, как сокурсницы приставали к нему с какими-нибудь дурацкими вопросами, глупо хихикая в процессе разговора. Ей самой подобное поведение казалось ужасно неуместным, но Мор к этому относился спокойно. Чаще всего он игнорировал попытки курсанток завести с ним неделовой разговор, но мог и ответить тем же, смущая тех, кто пытался смутить его.

Однако в моменты, подобные этому, когда они вдруг оказывались наедине, и он так смотрел на нее, Хильда и сама не могла удержаться. Как - так, она не смогла бы описать словами. Просто бывал у него порой взгляд, который отличался от других. Он заставлял Хильду чувствовать, что между ними действительно есть какая-то незримая связь. Это отдаленно напоминало ее ощущения во время того самого первого построения, когда он узнал ее в шеренге других курсантов и обратился с вопросом. Ей оставалось только порадоваться, что в такие моменты она не несла чушь, глупо хихикая, хотя сердце ее предательски начинало биться быстрее.