Лен Дейтон – Современный зарубежный детектив-21. Компиляция. Книги 1-18 (страница 317)
91.
По дороге домой Хайди изо всех сил пытается уловить хоть какие-то идеи, хоть какие-то мысли, но это всё равно что пытаться удержать воду между пальцами. Она ускользает, течёт, ускользает. Невозможно проанализировать ни малейшего факта, вникнуть в малейшую мысль.
Но как именно они вернулись? На какой машине? Хайди ослушалась. Она не осталась у обезглавленного тела Гальвани. Она пошла по тому же пути, что и Сегюр, к окну, как раз в тот момент, когда вооружённые охранники ворвались в кабинет, чтобы оценить ущерб, крича «О!», «А!» и произнося несколько непонятных ей креольских слов, поскольку уже бежала к горящим полям.
Именно тогда она наткнулась на почерневшее, скрюченное тело Сегюра, охваченное приступом смеха в дымной пелене. Она тоже упала, покатилась по горящей траве, а затем вскочила на ноги, словно кегель. Ночная температура в тот момент была небывалой. В конце концов, это был первый раз, когда её так зажарили на открытом воздухе. Она помогла своему врачу подняться, встряхнула его и крикнула, чтобы он перестал смеяться.
В Сен-Солей царил переполох: «Патвон ан мури! Патвон ан мури!» Что, должно быть, означало: «Босс мёртв». Хайди не обратила на это внимания. Помогая Сегюру до парковки, она рассчитывала найти машину с ключом зажигания, засунутым в солнцезащитный козырёк, как в кино. Так и случилось, ну или почти: кто первый придёт, тот первый и обслужен. Ключ был там, в бардачке рядом с рычагом переключения передач. Она засунула Сегюра на заднее сиденье и завела двигатель.
У Хайди нет водительских прав, но она часто ездила на внедорожниках клиники вдоль реки Убанги. Она без труда осваивала дороги, даже в таких диких краях: Африка, Гаити — всё одно и то же…
Когда фары прорезают ночь, она замечает в зеркале заднего вида засыпающего Сегюра. Она испытывает облегчение, граничащее с трансом. Когда опухоль удаляют хирургическими щипцами, это победа, но также и рана, болезнь, которую необходимо лечить и контролировать. Она в том же состоянии. Санс-Солейль выгорел. Гальвани сошёл с ума. Теперь, как говорится, ей придётся исцелиться…
Километры. Она всё ещё ведёт машину, не отрывая взгляда от красной трассы, которая дрожит перед глазами. Она боялась, что за ними следят, но нет. Всё, что она видит в зеркале заднего вида, — это красное небо и пылающая зелёная земля. Сегюр сполз на сиденье.
Около двух часов ночи Сегюр просыпается. И это к лучшему, потому что, несмотря на кочки и выбоины, несмотря на эту судорожную езду, не дающую ей ни минуты покоя, Хайди начала серьёзно клевать носом…
Ошеломлённый Сегюр садится за руль. Хайди устраивается на пассажирском сиденье. Чтобы уснуть. Сдаться. Упиваться абсолютным доверием, которое она оказывает Сегюру.
Сквозь тонкую щель тяжёлых век она всё ещё видит, как трасса размывается, растворяется в ярком свете фар. Сон окружает её, мягко уничтожая. Она жаждет найти идею, найти последнее слово, но именно финал находит её, обволакивает и прикладывает указательный палец к её губам: тишина, катится.
Что? Страница, конечно же…
92.
Когда наступает рассвет, первым удивляется Сегюр. Как всегда, свет может сменять ночь, даже если она выглядит точь-в-точь как та, что они только что пережили. Он ничего не понимает, ни о чём не думает, но понимает, что говорит. Совсем один и во весь голос — Хайди крепко спит. Значит, он ведёт монолог, и, вероятно, это продолжается уже давно. Он часами кричал в машине, прокручивая в голове всю историю, всё ещё выискивая связи, точки соприкосновения, связи в этом хаосе, который только что закончился пожаром.
Хорошие новости: Свифт очнулся. Кажется, ему становится лучше. Сегюр, совершенно воодушевлённый, с почерневшим лицом, хочет рассказать ему то, что они подслушали, узнали и поняли. Он выступает в роли летописца несчастий, рассказчика ужасов… Вся палата уже залита безмятежным, ослепительным светом. Остальные пациенты ещё спят, но полицейский сидит на кровати. Словно он их ждал.
Сегюр берёт стул и усаживает шатающуюся Хайди. Сам же он берёт другой и садится прямо напротив собеседника. При дневном свете белые повязки кажутся светящимися.
«Слушайте меня внимательно, — начал доктор, взяв её за руки. — Всё кончено. Да, клянусь, всё кончилось прошлой ночью. Жорж Гальвани мёртв. Сан-Солей мёртв. Но правда выжила!»
Свифт, кажется, рад этой новости, но в то же время кажется рассеянным. Возможно, доктор и полицейский в этот момент находятся в разных временных рамках. Свифт — в тихом мире выздоровления, где каждая секунда отодвигает следующую; Сегюр — в жестоком мире расследования, где ночь выплеснула на свободу свою долю душераздирающих откровений.
«Слушай меня внимательно», — повторил он, сжимая руки Свифта. «Я расскажу тебе всю историю. Всю историю, слышишь?»
«Оставьте его в покое», — приказала Хайди.
Сегюр продолжает, не дрогнув:
«Такова судьба маленького мальчика…» — начал он дрожащим голосом.
– Оставьте его в покое, я вам говорю.
– Ребёнок, который не хотел рождаться, но был выплюнут у подножия сахарного тростника, словно в кровавую яму. Он вырос и… Эй! Ты меня слушаешь?
«Ты меня слушаешь или как?» — нетерпеливо, почти раздраженно спрашивает Сегюр.
У него пересохло горло от долгих разговоров во время поездки на внедорожнике. Язык распух и липкий. Полцарства за стакан воды!
Свифт не шевелился. Лишь его дыхание едва шевелило простыню. Хайди встала, обошла кровать и наклонилась к полицейскому. Лёгким движением руки она погладила его лоб. Не рукой, нет, бальзамом, мазью, нежным прикосновением.
Она смотрит на Сегюра и улыбается той нежной улыбкой матери, которой она когда-нибудь станет.
– Тогда замолчи… Он спит…
Кейт Андерсенн
Кофе для Мардж, а ограбление на десерт
© Андерсенн К., 2026
© ООО «Издательство АСТ», 2026
Шестое чувство
Выражаю признательность благодарным читателям и родственной душе за ее появление, пусть и ненадолго.
Отпуск Маргарет закончился незабываемо яркими впечатлениями. Теперь она – девушка Гарольда Кингстона. Должен ли этот факт повлиять на ее привычную жизнь? Тем более, что Гарольд вынужден оставаться в Глазго – там, где ее нет. Тем более, что из квартирки на Мэнтон-стрит пропала важная судмедэкспертская папка и Маргарет вновь втянулась в рискованную авантюру, чтобы помочь своей соседке…
Зачем беспокоить Гарольда подробностями своей жизни. А вдруг… вдруг шестое чувство ее подведет?
Эпизод 1
Маргарет Никсон издала короткий звук, похожий на волчий вой на Луну, и отбросила телефон на подушку.
– Софи меня убьет.
Сара Брайтон отняла кисточку от ногтя на среднем пальце. Лак цвета «нюд» застыл на ее кончике аккуратной каплей. Маргарет поняла, что ее слушают, и продолжила:
– Вот скажи, Сэл… почему есть люди, с которыми мы обязаны поддерживать связь безо всякой на то причины? Я не понимаю… Софи мне не сестра, не мать, не коллега больше… Тем более не подруга – заявляю с полной ответственностью! Так почему у нас общий чат, где все строят планы на встречу, чтобы обсудить мельчайшие подробности моего отпуска? Почему я должна ей… – да всем! – рассказывать?..
Маргарет уткнулась в собственную ладонь драматическим жестом. Сэл было известно, что ее соседка любит перегибать палку, но честно от того страдает, потому она заметила мягко:
– Софи – вовсе не плохая подруга. Она искренне хотела нас поддержать после случая с котом и пришла на помощь – помнишь?
И успокоительно похлопала Мардж по спине, перегибаясь через столик. Осторожно, чтобы не смазать лак.
Маргарет подняла голову, взор ее пылал.
– И пыталась убедить нас, что все – тлен. Что все, ради чего мы живем – ничего не стоит. И потом этот общий чат… Я не собираюсь ей ничего рассказывать просто потому, что она затесалась в нашу компанию! Да и компания… откуда она вообще взялась… Человеческие отношения – абсолютные дебри, Сэл.
Мардж обиженно сложила руки на груди. Телефон приглушенно звякнул на подушке, и она потянулась к нему. Лицо Маргарет прояснилось, на нем расцвела глуповатая улыбка, а пальцы забегали по экрану, печатая ответ.
Сэл усмехнулась: соседка второй день дома, и вот такие метаморфозы – нормальное явление. Мардж встречается с Гарри – наконец-то! Наверное, весь Пейсли этого ждал. Улыбаясь, она продолжила красить ногти.
Сэл уже закончила маникюр, а Маргарет все еще сидела с телефоном среди диванных подушек. И нетерпеливо постукивала им по ребру ладони. Вид у нее был чуть расстроенный.
– Свинтус, – наконец не выдержала она, вновь проверяя экран и отбрасывая ни в чем не повинный гаджет обратно в подушки.
Сара рассмеялась.
– Не отвечает?
Маргарет сокрушенно покрутила головой, а затем тоже нервно хохотнула.
– Конечно, он занят, – признала она сокрушенно, – это хорошо, и я не должна ему мешать и сердиться. Но я все равно сержусь и ничего не могу поделать.
– Латте? – предложила Сара, вставая с дивана и помахивая растопыренными ладонями.
Маргарет кивнула.
– Вы же встречаетесь. – Сэл насыпала зерен в кофемашину. – По-моему, общение в данном случае – это нормально.
– Но стоит мне разговориться, как он пропадает! – воскликнула Мардж, всплеснув руками. – И я пишу и болтаю в сто раз больше его, наверное, скоро ему надоест…
– Дорогая, – заверила ее Сэл, – если ты ему правда важна, то не надоест. Сама знаешь.