Лемор – Ошибка Выжившего 2 (страница 28)
— Правильный вопрос, приятель. Вариантов становится намного меньше. — Я кое-как поднялся с песка, под удивлённые взгляды остальных направившись к берегу. — У тебя есть под рукой твой комикс?
Чарльз, инстинктивно направившись за мной, начал рыться в своём пальто. Лицо мужчины стало удивлённым.
— Его нигде нет.
— Есть, — не согласился я, не слишком удивившись провалу. — Просто ты не можешь до него дотянуться. Я тебя понял. Значит, не вариант. Редди, Пит, что касается вас?
Оказалось, что тварь действительно изучила нас и оставила как можно меньше лазеек. В принципе, ожидаемо. Редди сейчас было хуже всех: он существовал во множестве измерений, существуя как в трёхмерном пространстве, так и за его пределами. Сейчас же от него оставался один лишь обрубок, у которого будто большая часть конечностей отказала. Инвалид. Пит, извращённый кошмар, рождённый среди снов, сейчас мало чем отличался от обычного человека, как и все желая просто вздремнуть. Шеди в этом плане чуть выделялся, но, в конце концов, он был частью меня. К сожалению, в текущей ситуации и он был бесполезен.
Оставались лишь мы сами и, наверное, единственное, что действительно может как-то противостоять океану и его обитателям — разум. Чистое сознание, что несёт в себе не только волю, но и всё безумие.
Я остановился у берега океана, чувствуя, как в лицо дул приятный ветерок. Такой, освежающий, безумно приятный и расслабляющий. Святая Мария, мне давно так не хотелось спать. Возможно, никогда. Это был слишком большой соблазн. На краю сознания что-то усиленно шептало, что одной минутки мне будет вполне достаточно и я тут же встану, так и не поддавшись влиянию.
Смешно.
Где-то поблизости пробежали раздражающие дети, но, в сущности, мне на них было уже насрать, как и на всех остальных жертв Кукольного Ангела. Пляж был достаточно большим, чтобы хватило места всем. Не хватало только личных красавиц на любой вкус и цвет. И, возможно, немой блондинки.
Только повзрослевшей, а то и смотреть не на что будет.
Я удивлённо моргнул, осознав, что меня держит мой дружбан, не давая упасть, впрочем, как и моя тень.
— Не спи, Фишер, — прорычал Чарльз, чьи глаза были уже красными. То ли от гнева, то ли он и сам уже едва стоял. — Ты ведь не стал бы подходить к берегу просто так, не так ли? Что у тебя на уме, демон? Быстрее!
Я влепил себе пощечину. Столь сильную, что у меня перед глазами звёздочки промелькнули. Помотал головой.
— Это место — фальшивое, как и всё в океане. «Домен» может выглядеть настоящим, но стоит выйти за определённые границы, как… — я нахмурился, пытаясь собраться с мыслями. — Как уровень «детализации» начнёт падать. Если мы отплывём на достаточное расстояние, то у меня может появиться шанс выбраться.
— То есть, нам просто нужно достаточно далеко «отплыть»? — переспросил Чарльз. — Думаешь, та тварь не подумала про это?
— Почему не подумала? — сделал я удивлённое лицо. — Я более чем уверен, что, если мы пойдём дальше, нас либо вернёт назад, либо мы окажемся у непреодолимой границы. Это лежит на поверхности, приятель.
— Тогда какой…
— Такой, что эта промежуточная область всё равно будет иметь меньше детализации, чем остальной мир, — оскалился я. — Доплыть до нужной точки — лишь первая часть моей идеи. Второй будет утопить меня.
На меня уставились удивлённые твари и Чарльз. Я проигнорировал их, не желая ничего пояснять. Просто смотрел на непроглядный океан, чувствуя…
Поднимающийся из глубин души ужас. Ужас, нежелание, злость и обиду.
Я умирал разными способами, в том числе мучительными. Спасибо Мистеру Стивенсону. Благодаря этому у меня был довольно высокий болевой порог. Я бы даже сказал, аномально высокий. Моё сознание могло выдержать то, что не могли выдержать самые волевые и сильные люди. Просто потому что я и так был уже сломан, давно перестав представлять из себя «человека», не говоря уже про понятие «нормального» человека.
Но это не значит, что у меня не было страхов. Не значит, что у меня не было слабых мест. Одним таким слабым местом был океан.
У меня не было страха самой воды или океана в чистом виде, он мне нравился, однако не передать словами, как я не хотел вновь… утонуть. Почувствовать, как в безумной агонии сдавливаются лёгкие. Как попытки закричать обрываются бесчисленными волнами, которые уносят тебя от берега всё дальше и дальше.
Я не мог кричать. Из моего горла раздавался один лишь хрип.
А ведь мне всё равно придётся как-то держать себя в руках и не давать безумию окончательно поглотить меня, не так ли? Как и всегда, да?
Сука,
— Не будем откладывать, — пробормотал я. — Редди, ты будешь плотом. Шеди, ты будешь помогать толкать плот. Пит, Чарльз, будете на подстраховке. Когда начнёте топить меня, скорее всего, я буду сопротивляться.
Чарльз хотел что-то сказать, но потом неожиданно остановился и над чем-то задумался.
— Возможно ли убить тебя прямо здесь и сейчас?
Я слабо засмеялся. Самым обычным смехом, будто просто услышал что-то забавное. Лёгкий анекдот на все времена. Вместо тысячи слов открыл рот и высунул язык. Чарльз, до которого дошло то, что я хочу сделать, уже было собирался открыть рот, как я что есть сил сдавил челюсть, прикусывая язык. Главное было не медлить и сжимать челюсть что есть сил.
Из глаз пошли слёзы, изо рта — кровь. Я начал захлёбываться собственной кровью. Правда, продлилось это совсем недолго:
— Видишь? — спросил полностью невредимый я. — Нам не дадут умереть, даже не надейся.
Особенность гостеприимства тварей океана.
Чарльз выругался.
Понимаю, дружище.
Кое-как Редди смог выполнить свою задачу и принять форму, отдалённо напоминающую плот. В принципе, нам главное, что он мог плавать и не тонул. Шеди заменил собой, наверное, сразу и вёсла, и мотор, принявшись, покрыв всего Редди под водой, толкать нас вперёд. Уже совсем скоро берег начал отдаляться от нас.
Весёлые голоса людей с берега стали потихоньку удаляться. Как-то незаметно мы перестали видеть берег, отплывая всё дальше и дальше. Им оставалось лишь терпеливо ждать моей команды, что, наверное, было самым здесь мучительным: каждого из нас безумно клонило в сон и каждая минута нахождения здесь буквально сводила с ума. Особенно меня, того, в чьей навязанной мечте мы оказались и того, кто дольше всех пробыл в сознании. Противостоять этому было невероятно тяжело. Дошло до того, что сам стиляга просил меня ему вмазать и я не стал ему отказывать, с удовольствием вернув должок за собственные выбитые зубы.
Правда, в конечном итоге мы, как настоящие друзья, скооперировались и дополнительно помогли не уснуть Питу, чья сила воли, пожалуй, была самой слабой среди нас.
К счастью, конкретно этот кошмар вечным не был.
— Волны… Да, я вижу. Мы здесь. Редди, Шеди, останавливаемся.
И вновь на меня все удивлённо вытаращились. Пит непонимающе огляделся, видимо, видя перед собой лишь спокойную водную гладь.
— Про какие волны вы говорите, Мистер Фишер?
Я безумно засмеялся, не став ничего пояснять. По пространству перед глазами расходились волны. Дальше плыть уже было просто бесполезно. Нас либо вернёт назад, либо мы упрёмся в ничто.
— Лучше места мы уже не найдём, — констатировал я, став на краю живого плота.
Против воли я опустил взгляд на воду, будто бы пытаясь увидеть самое дно этого фальшивого океана. Я чувствовал, как быстро билось сердце в груди, но не показывал этого, сохраняя спокойное выражение лица.
— Ты побледнел, демон.
Замечание Чарльза заставило меня недовольно прикусить восстановившийся язык.
Позорище. Я согласен был вновь оказаться в открытом космосе или быть раздавленным бульдозером, но сознательно просить себя утопить было…
Святая Мария.
Эта ночная поездка в Лос-Анджелес оказалась для меня слишком стрессовой.
Я уже хотел было ещё немного оттянуть момент своего падения на дно, как меня неожиданно толкнули. Признаться, это было настолько неожиданно, что я как-то пропустил момент падения, запомнив лишь свой последний вдох.
А дальше был звук плеска и погружение. Холод. Чувство того, как меня держат чьи-то руки. Мой дружбан решил уйти на дно со мной, сцепив что есть сил руки. За ним же уже последовали Пит, Редди и, конечно же, Шеди. Судорожные попытки вырваться, которые у меня никак не получилось подавить. Попытки завизжать как маленькая боязливая девочка.
К несчастью, океан любил тишину. Сон Тёмного Бога должен был оставаться как можно более крепким.
Чем глубже мы погружались и чем мрачнее, нереальнее становилась обстановка — тем больше мне казалось, что на дно меня тащат далеко не только мои подопечные с вынужденным напарником. Нет. До меня дошли фантомные ощущения того, как моё тело что-то обвивает. Что-то, что таится на самых глубинах океана. Моего собственного разума.
Бесчисленные щупальца, какие-то наросты, руки, что-то, что я даже описать не могу. Их бесчисленные голоса успокаивали меня, при этом продолжая тянуть вниз.