Лемор – Очень Страшный Властелин (страница 5)

И как те психи в фильмах легко проходят проверки все, манипулируют психологом, открывают им тайны вселенной и прочие вещества? Жулики.

— На что они похожи? — положила передо мной на стол она пару карточек с кляксами.

Тест Роршаха, как же я тебя ненавижу…

— На кляксы, — мысленно закатил я глаза.

— А ещё на что? — не дрогнула ни на миг её улыбка.

— На кляксы.

— Ты уверен?

Я помолчал, мысленно вздохнув. Глаза у неё честные-честные, но она меня уже немного раздражать начинает. Нельзя так издеваться над детьми, нельзя! Если ещё чуть-чуть — бог с тобой, мир жесток, понимаю. Уверен, с таким местом работы над ней собственный кот издевается, спрашивая, кем нужно быть, уча мелких чертей. Только это же уже все равно ни в какие ворота не лезет.

— Тётя Вера, у вас в последнее время есть чувство того, что за вами следят? — сделав умное лицо, интеллигентно поинтересовался.

Женщина от такого вопроса подвисла.

— Что ты имеешь в виду, Витенька?

Мой взгляд непроизвольно покосился на стоящий рядом с девушкой не то неупокоенный дух, не то мелкий ужас (вычитал, что далеко не одно и тоже) — в порванной деловой одежде, без половины лица, с выломанной рукой и торчащим перилом в черепе.

Он появился относительно недавно и всё время смотрит на школьного психолога, что та как минимум подсознательно чувствует. Очередной вуайерист, в общем. Уже привык. Вреда он ей не наносит, из-за чего я его не трогаю (а вдруг родственник какой-то, любовник там, не кидаться же сразу с кулаками?). Не всё же сверхъестественное сразу злобное, в конце концов.

— Недавно умер знакомый вам человек? — почти что в лоб спросил я с невинной мордой.

Лицо женщины вмиг побледнело. Всё же время пялящаяся на женщину жертва автомобильной аварии (ему бы только в нормальную руку руль дать, было бы комично) перевела на меня взгляд.

— Ы-ы-ы… — попытался он там что-то сказать, но у него не получалось. — Ы-ы-ы… — это уже почти что расстроенно.

Может, это со мной перенёсся мой типичный сокомандник из онлайн игр? Это многое бы объяснило.

— Витенька, давай сосредото…

О, кто-то хочет съехать с темы?

Как мило.

— Он умер в автомобильной катастрофе? — перебил я её, непроизвольно улыбнувшись. — У него светлые волосы и карие глаза, немного выше вас? Последний раз он был в деловом костюме? Вы видели его труп? Если вы помните, как он выглядит, я могу описать его, — с той же дружелюбной улыбкой предложил я.

Женщина закашлялась и тут сработала одна из моих новых «способностей», появившаяся буквально недавно, — а может, раньше она была слишком слаба, и я просто не мог в полной мере почувствовать её. Что же за способность?

Я ощутил её страх по отношению ко мне.

Ещё не очень сильный, но такой сладкий и манящий. Никогда не думал, что чувство страха может пахнуть как мой любимый шоколад. Кроме же страха я не просто чувствовал, но видел слабую нить к этой женщине, сотканную из страха, через которую мог сделать всё и ещё больше — убить, забрать душу, внушить что-то, даже, если поднапрягусь, перенести куда-то, усыпить, заставить забыть что-то, — и это лишь вершина айсберга.

Не пробовал весь этот набор, правда. Просто знаю, что могу. Это как уметь двигать рукой, но не двигать ей. Я предпочитаю не двигать, так как, во-первых, очень хороший мальчик, который такой хренью предпочитает даже от скуки не заниматься (садик — исключение, там не просто «скучно», да и не лазил я в чужие души), а, во-вторых, мне лень. Знаю, что могу, и мне этого достаточно.

— Н-не говори глупостей, Витя. Д-давай уже закончим на сегодня… — сконфужено улыбнулась бледная тётя Вера, резво встав со своего стула.

О, правильно сказал, она действительно немного его ниже.

Я перестал улыбаться, переведя сочувственный взгляд на жертву автомобильной катастрофы. Теперь я не сомневаюсь, что это неупокоенный дух. Как минимум, не плохой.

— Ы-ы-ы… — разочарованно махнул рукой мужик, устало вздохнув.

— Как знаешь, — пожал плечами.

Страх от женщины стал сильнее. Пространство кабинета наполнилось сладким, манящим запахом, переходящим в ещё более приятный ужас. Я от такого запаха даже кушать захотел. Подруга мамы начала смотреть на место, куда смотрел я, и её какой-то знакомый попытался помахать ей своей одной рукой.

— Ы-ы-ы, — закатил один единственный глаз возможный кавалер, после чего просто продолжил на неё втыкать, перестав подавать признаки нежизни.

Вот это у него весёлое времяпрепровождение после смерти, конечно. Так и чувствую адреналин.

— С-собирайся… — судя по задрожавшим коленкам, почувствовала что-то она, начав меня уже откровенно гнать.

— Ты ей не будешь вредить? — проигнорировав женщину, спросил чисто для проформы у духа я.

Нужно же убедиться.

— Ы-ы-ы-ы-ы! — гневно ответил вновь неоживший неживой, явно намекая мне на то, какой же я идиот, раз подумал в таком ключе.

Я довольно кивнул, вновь переведя взгляд на тётю Веру. Кажется, ей совсем поплохело. Знаю, нужно было просто молчать в трубочку и не говорить лишнего, да только я настолько уже устал от этих походов, что… мне надоело.

Живой человек, в конце концов.

— Не волнуйтесь, он только смотрит. Может, даже будет защищать от других сущностей, — показал я ей большой палец, после чего, не дожидаясь её реакции, взял свой портфель и вышел из кабинета, где пересёкся со своим одноклассником.

Ссутуленный, щуплый, бледный мальчик семи лет отроду с затравленным взглядом и всегда опущенной головой. Звали его Игорь.

Увидев мои ноги, по которым паренёк, судя по всему, и определяет собеседника, удивлённо расширились его глаза.

— В-витя?

О, он запомнил моё имя. Учимся всего неделю, а я уже такая знаменитость. Чего не отнять. Удивительно, что пришёл он на пятнадцать минут раньше. Долго же ему в будущем дам сердца нужно будет ждать, долго…

За мной вышла подруга (я уже сомневаюсь, если честно) мамы, после чего, ничего не говоря, резво затащила мальчика в кабинет, напоследок посмотрев на меня так, что обычный ребёнок мог от своей ущербности и заплакать.

Но я-то знаю, какой мамин симпатяга, Властелин Ужасов, чтоб его.

С этими мыслями я пошёл в школьную столовую, довольный освободившимся временем. А там уже скоро меня забирать придут.

История же мелкого впоследствии оказалась куда интереснее, но узнал я об этом не через день и не через пять. Не зря он ходил к психологу.

Я б тоже захотел сходить, если бы начал подозревать свою мать в одержимости демоном.

Глава 5

Моя школьная жизнь стала намного проще — к психологу я перестал ходить, из-за чего моё психологическое здоровье стало немного стабильнее. Не считая, конечно, небольшой истерики от мамы, которая потеряла вскоре уволившуюся подругу, но это уже пройденный этап.

Уверен, у тёти Веры остались обо мне только хорошие воспоминания.

Наблюдать за детьми с последней парты в школе было необычно — я чувствовал себя маминым учёным, исследовавшим социум первобытных людей. Как-то незаметно стал одиночкой, с которым никто не общается — даже мальчик с йо-йо. Как его там зовут?..

В порыве скуки всё время смотрел в окно, наблюдая за мелькавшими ужасами, неупокоенных духов и другой разной всячины, что было намного интереснее уроков. Иногда к нам в классы заходят разные страшилы, то наблюдая за кем-то из детей, то ползая по классу, то прыгая на месте. Точнее, прыгал пока только один.

Меня это на одном уроке заинтересовало, поэтому я, смотря на мёртвого ребёнка возле себя с чёрным глазными яблоками и застывшей физиономией оскала, шепотом спросил:

— Весело?

Мальчик в помятой, грязной школьной форме, резко повернул на меня голову и уставился так, словно нашёл лучшего друга.

— Прыг-прыг-прыг-прыг, — начал повторять он, прыгая возле меня. Прикольно. — Прыг-прыг-прыг-прыг-прыг…

Правда, через пару часов, когда уроки подходили к концу, я уже устал от этих прыжков, из-за чего, подхватив лёгким взмахом среднего пальца мелкий ужас, выкинул завизжавшего чудика в окно. Закрытое, но ему это не помешало улететь далеко и надолго.

Благодаря этому случаю узнал, что ужасы (а он точно уже не был неупокоенным духом), оказывается, тоже могут испытывать ужас. Парадокс.

А так, ничего интересного не происходило. Лишь наблюдение за социумом, наблюдение вполглаза за затравленным вселенной мальчиком Игорем, который, кажется, из-за меня потерял возможность ходить к психологу, и по мелочи.

На дачу летом маман решила пока сына не отправлять, уверовав в то, что я там получил психологическую травму и мне туда нельзя, так что всё время я скучал в городе. Не успел (вру, было скучно, успел) оглянуться, как закончил первые два класса, перейдя в третий.

Думал, что так скука и будет продолжаться, но история с зажатым мальчиком, над которым уже начали подшучивать, таки получила своё развитие.

— Чего плачешь? — видя, что на тихо ревущего мелкого никто не обращает внимания, спросил.

В тот же миг периферийным зрением увидел, как подняла прищуренный взгляд жертва моих талантов в садике. Юлечка была основной причиной, почему со мной не спешили общаться — сдала с потрохами все мои грехи, ещё их и приукрасив. Причём, она вела себя как жертва какого-то ужастика — боялась меня (и даже очень сильно), что я прекрасно чувствовал, но при этом неслась любыми возможными способами мне «подгадить».