Лекса Вайсс – Ощути меня полностью (страница 5)

– Максим, Макс, – шептала она в исступлении.

Её мокрое лоно полыхало, а дыхание будто стало ещё жарче, чем было на самом деле. Она чувствовала, что из её рта вырывается максимальное тепло. Она выдохнула и глубоко, со стоном, вздохнула, когда он лизнул мочку уха, а затем прильнул губами и втянул в рот.

– Ах, – вырвалось из её рта.

Её рука скользнула к его паху, она ощутила эрегированный мощный член в трусах, засунула руку, но обхватить маленькой ладошкой не смогла, не хватило длинны пальцев.

Вообще Анна не любила сосать. И делала минет мужчинам неохотно. Но тут её прямо-таки повлекло к мощному члену Максима. Левую руку она положила на накачанный пресс мужчины, а в правой зажала член и потянула на себя, к своему открытому рту. Максим подал корпусом и встал на колени таким образом, чтобы его орган был аккурат напротив её лица.

Анна чуть подала вперёд голову, отпрянув от подушки, и взяла в рот пульсирующую головку. И словно чупа-чупс она начала сосать член, который оказался таким приятным на ощупь и на вкус, что она не могла оторваться и сосала, сосала.

Она взяла Макса за задницу обеими руками и притянула к себе, засунув член максимально внутрь, прямо до самого горла, затем вытащила, оставив только головку, и продолжила неистово сосать, работая при этом и губами, и языком.

Макс начал постанывать, запрокинул голову и наслаждался. Но в какой-то момент отстранился, провёл рукой по жарким губам Анны, которая хотела продолжения, перевернул её, стонущую, животом вниз, достал из тумбочки презерватив, надел на член, лёг сверху, стараясь прижаться максимально к попке Анны, засунул руку под пах и чуть приподнял, нащупал рукой благоухающее лоно, аккуратно раздвинул пальцами – и вошёл как по маслу. Анна была настолько влажная, что член скользил по влагалищу уверенно и мягко. Анна ощущала каждой клеткой его внутри, словно он был частью её самой, словно он и был ей.

Анна застонала. Предтеча оргазма накатывала волнами, внутри играла музыка, по всему телу разливалось ощущение блаженства, такого, какое она никогда не испытывала. Максим всё делал как надо, ни больше, ни меньше. Он был воплощением её несбыточной мечты, в которую она не верила, но которую её подсознание воплощало каждый день в немыслимых фрустрациях о вечном и далёком женском счастье.

И вот теперь она понимала, что это такое – быть женщиной, ощущать всю суть женского нутра, наслаждаться и не думать ни о чём, только о себе, любимой. Не думать, что есть и что пить, не думать, хороша ли эта блузка и идёт ли к этой короткой чёрной юбке, не думать, какой парфюм использовать и как широко открывать рот, когда подносишь к нему вилку с наколотым на неё куском брокколи, и не слишком ли этот брокколи большой, засуну ли я его в рот и смогу ли прожевать, не сотрётся ли помада, не буду ли выглядеть как хомяк при этом, не запачкаю ли белую рубашку и синий пиджак… Вопросы, вопросы. Все эти вопросы остались на потом. А сейчас Анна просто жила. Впервые за долгое время жила и наслаждалась.

Все эти альфа-самцы – сказки. Не нужны они женщинам. И богатые тоже не нужны. Женщинам нужны те, кто даст почувствовать вкус жизни. А уж кто они будут – качки, спортсмены, миллионеры – не так важно. Это только дурочки, у которых в голове кисель, хотят богатства. Настоящая женщина понимает, что никакие деньги не заменят ей внутреннего мира, душевного комфорта и гармонии с собой.

И вот теперь, когда она занималась любовью по-настоящему, когда её не просто трахали, а трахали с наслаждением, Анна ощущала то неуловимое чувство, которое может ощутить только настоящая женщина, которая знает, чего она хочет. Но не только знает, чего хочет, но и чувствует это, чувствует внутри себя, когда это всё горит в ней неосознанно, когда мозг отключается, и на смену мыслям приходят настоящие чувства, женские чувства.

И так Анна погружалась всё глубже и глубже в свой рай, в своё блаженство, что когда пришёл пик волшебства, она ощутила те эмоции, которые никогда не испытывала, но при этом она понимала и ощущала, что это именно то, о чём может только мечтать настоящая женщина.

Это был кайф, очищенный от условностей этого мира, от дурацких фантазмов, от нелогичных размышлений, от борьбы самой с собой, от борьбы с этим искусственным миром. Она будто пила из фонтана чувств, и между её губами и живительной амброзией не было никаких дополнительных преград и фильтров. Это был чистый кайф. Кайф. Кайф. Кайф.

Когда такси тронулось, Анна в последний раз взглянула на дом. Какое окно его? Не понятно. Она представила, как он стоит у окна, красивый, и улыбается. Потому что знает: она вернётся.

Глава 4. Ниже пояса

«Нежность – это язык души, который не требует слов, но звучит громче всех признаний».

«Иногда счастье – это просто тихий вечер, тёплый чай и осознание, что ты нужна».

«Женщина может быть сильной, но ей всегда хочется, чтобы рядом был тот, кто сделает её слабой».

Мысли теснились в голове Анны, и ей хотелось петь. Она была по-настоящему счастлива, когда вернулась домой, в свою уютную двухкомнатную квартиру в Москве с видом на озеро. Брезжил рассвет, наступало утро воскресенья, на работу не нужно было идти, можно было наслаждаться бессонницей, не спать хоть до обеда, мучиться в желаниях и грезить о счастье.

Хотелось просто быть, чувствовать себя, своё тело, свою душу. Хотелось наслаждаться днём и растягивать его так долго, как это возможно. Анна закрывала глаза, перед глазами в тёмном омуте плыли золотые змейки, а когда открывала – серый потолок настигал её, а потом словно раздвигался.

Анна провела рукой по прохладной простыне, ощущая лёгкую дрожь, пробежавшую по коже. Тело помнило каждое прикосновение, каждый взгляд, от которого у неё перехватывало дыхание. Максим… мужчина желанный, настоящий, тот самый, который ей подходил…

Она глубоко вдохнула, вбирая в себя утреннюю тишину. И казалось, что само время растянулось, поддавшись её желаниям. Если женщина грезит желаниями, это одно. А когда эти желания, наконец, сбываются, это совсем другое. Это уже не грёзы. Это то, ради чего женщина жила, была.

Анна лежала на кровати, укрытая до подбородка одеялом. Но вдруг ей это надоело, она начала работать ногами, скомкала одеяло, избила его, ей это понравилось, и она вытолкнула его прочь с кровати.

Теперь она лежала, красивая, в кружевных белых трусиках и тёмном лифчике, ракушки которого подчёркивали её красивую, правильную грудь. Такую женщину захочет даже импотент… Она была воплощением секса. Секс, секс, секс. И ничего лишнего.

Анна подложила под голову ещё одну подушку, теперь она могла видеть себя. Красивые ноги, ровный живот, бугорки грудей. Она провела по животу двумя руками сверху вниз, добралась до трусиков и стянула их. Затем чуть приспустила лифчик, чтобы обнажить соски. И облизнула указательные пальцы и дотронулась ими до сосков. Они моментально затвердели. Стали жёсткими. Анна почувствовала прилив желания.

– Максим… – томно вырвалось из губ женщины.

И она вспомнила, как ей хорошо было с малознакомым мужчиной, который повёз её после короткого свидания к себе и показал дивный мир, дал новые эмоции, заставил трепетать, заставил чувствовать себя женщиной. Это было волшебство, вселенская магия, секрет которого никто никогда не раскроет.

Но время шло. За этими мыслями, фантазиями, Анна провела ночь, она не спала, но была как во сне. Грезила наяву под расслабляющую музыку, под запахи ромашки, под бокал белого вина.

Наступило раннее утро… Анна ждала подходящего времени, чтобы написать ему… Она ощущала, что ей мало одного раза, ей хотелось попробовать ещё и ещё. При этом она понимала, что второй раз будет лучше первого, а третий – лучше второго, намного интересней.

Прямо сейчас она грезила о Максиме, приоткрывала красный рот и облизывала губы. Правая рука опустилась ниже, и Анна дотронулась указательным пальцем до губ влагалища. И даже испытала лёгкий флёр удовольствия, намёк на предтечу секса. Но затем убрала руку…

Хоть Анне и хотелось себя удовлетворить, но она понимала, что не получит того удовольствия, которое ей нужно. Не ощутит ту радость и сладость, которую заслуживает, которая ей стала доступна. Однажды напившись нектара из царской чаши, она не желала пить из лужи…

Воспоминания о прошедшей ночи вспыхнули перед глазами с новой силой. Она ощущала его руки – сильные, но нежные, его дыхание, горячее и обжигающее, его голос, хриплый, низкий, заставляющий забыть обо всём.

Анна повернулась животом вниз и приподняла красивую округлую попку кверху.

– Трахни меня, Максим. Я вся твоя, полностью, – прошептала она, заводя себя, пытаясь играть сама с собой и воображаемым любовником.

Она потёрлась лобком о матрас, чувствуя, как заводится. Прямо сейчас она была готова снова отдаться Максиму.

Анна зажмурила глаза, позволяя воспоминаниям накрыть её, как тёплая волна, накатывающая на берег. В её мыслях снова оживал этот миг – их встреча, взгляд, пробежавший между ними, как искра, и первое прикосновение, от которого пробежали мурашки по коже.

Максим…

Его имя было как заклинание, которое отзывалось в её теле сладким томлением. Она помнила его руки – уверенные, сильные, знающие каждую грань наслаждения.

Он чувствовал её, читал её желания, угадывал их раньше, чем она осознавала сама.