Леди Селестина – Игры в тени (страница 15)

— Познавательный, — после секундной заминки ответил брюнет.

Малфой вопросительно выгнул бровь, ожидая продолжения ответа, но Гарри молчал, мотивируя принципом «Молчи — сойдешь за умного».

— Вот как, — вынужден был проговорить Люциус, заходя с другого краю, — и что же вам кажется здесь познавательным?

— Замок и его обитатели, — простой ответ. — Везде столько тайн. А я люблю разгадывать загадки.

Губы блондина дрогнули в полуулыбке. Мужчина понял намек Героя и не смог сдержать усмешку. Гарри Поттер оказался не таким, как описывал его Северус. Да и сын не смог правильно охарактеризовать Национального Героя.

— Вы не похожи на своих родителей, мистер Поттер, — неожиданная смена темы.

— Все говорят, что я похож на своего деда, — дипломатический ответ. Не говорить же Гарри гадости о Поттерах этому павлину.

— Возможно, — не стал спорить Люциус. Взгляд серых глаз прошелся по гостиной, отмечая десятки зевак, которые вслушивались в каждое слово их разговора. — Я надеюсь, что на зимние каникулы вы посетите Малфой-мэнор, — это не было вопросом. — Вас это тоже касается, мистер Нотт, — короткий взгляд на Тео.

Не дожидаясь ответа, Люциус подошел к Драко и громко произнес:

— Сын, проводи меня к личным покоям Северуса, — портрет за спиною двоих блондинов закрылся. И словно по щелчку в гостиной включили звук. До этого молчавшие ученики начали что-то обсуждать и заниматься своими делами.

— И что это было? — тихо спросил Тео, так, чтобы лишь Гарри его слышал.

— Это был Люциус Малфой собственной персоной, — ухмылка.

— Он не просто так сюда заявился. С Драко он мог бы поговорить и в коридоре. Малфой пришел из-за тебя, — тихий голос.

— Мальчик-Который-Выжил всех интересует, — хмыкнул Поттер. — Я как экспонат в музее, который можно рассматривать, но руками не трогать. Малфой присматривается.

— С ним нужно быть настороже. Люциус Малфой опасен.

— Я знаю, — кивок.

— Тогда зачем приблизил к себе Драко? От Малфоя больше проблем, чем пользы.

— Ты недооцениваешь Драко, — хмыкнул Гарри. — Он будет нам полезен в будущем. Нужно лишь сделать, чтобы блондин не был так подвержен влиянию отца.

— Сомневаюсь, что это получится. Драко на каждом шаге кричит «мой отец говорит то» или «мой отец считает так». Это стопроцентный папочкин сынок. Малфой и шагу не ступит без позволения папаши, — презрительная гримаса.

— Ты так ничего и не понял. Люциус Малфой не просто так заявился сюда и заговорил с мной. Он хочет понять, что я из себя представляю. Малфой видит, что его сын слишком тесно со мной общается и частенько бежит за советом и помощью ко мне, а не к нему. Это и настораживает Люциуса.

— Ты так хорошо разбираешься в людях, — хмурый взгляд.

— Живя с магглами, которые тебя ненавидят, приходится этому быстро учиться. Но не будем об этом. Я хочу, чтобы ты был полояльнее с Драко. Не стоит устраивать ссор на ровном месте.

— Хорошо, — с неохотой согласился Нотт.

Проем в очередной раз открылся, и в гостиную вернулся Драко. Блондин целенаправленно двинулся к ним и плюхнулся на пустующее кресло.

— Отец подал жалобу на Хагрида, — улыбался Малфой, — и эту чертову птицу. Может, повезет, и этого тупицу выгонят из Хогвартса. А еще мне разрешили поменять расписание. Теперь вместо Ухода за магическими существами я буду ходить на Прорицания, — довольная улыбка.

Поттер с Ноттом закатили глаза от умиления. Драко в своем репертуаре.

— Малфой, а почему ты не взял древние руны или нумерологию? — прозвучал рядом недовольный женский голосок. Оглянувшись через плечо, Гарри увидел Дафну Гринграсс собственной персоной. Слизеринка хмуро взирала на блондина. — Ты мне надоедаешь и здесь, а теперь еще придётся терпеть твое присутствие на Прорицаниях. Нигде нет от тебя спасения.

Послышались смешки змеек.

Драко злобно зыркнул на Гринграсс и, высоко задрав нос, отправился по лестнице, ведущей в мужскую часть общежития.

— Это точно любовь, — отметил Нотт. — И дня не проходит, чтобы эта парочка не поцапалась. Хотя, мне раньше казалось, что Гринграсс положила на тебя глаз. Она везде ходила за тобой и строила глазки. А в середине прошлого года что-то изменилась, и Дафна начала избегать твоего общества, — слова прозвучали как вопрос.

— Мы не сошлись во мнениях с Дафной касаемо одного вопроса, — расплывчатый ответ. — Она повела себя как типичная гриффиндорка, а я отреагировал сильно резко. И теперь Гринграсс пытается строить из себя обиженную и ждет, пока я первый подойду, — разговор велся тихо, поэтому слышал лишь Тео.

— Гринграсс — гриффиндорка?! — Нотт был удивлен. — Наша Снежная Королева уподобилась простым смертным, — смешок. — Может, мне с ней поговорить? Наши семьи ладят, и я с детства знаю Дафну. Можно сказать, что мы росли в соседних дворах и частенько общались.

— Не стоит, — отмахнулся Поттер. — Я сам с ней поговорю. Пора ей кое-что объяснить.

Разговор был прерван появлением Забини.

— Парни, вы слышали новость? — воскликнул Блейз, резко останавливаясь около них.

— Какую? — проявил любопытство Нотт.

— В это Рождество в Хогвартсе состоится бал. Для этого нас и заставили взять парадные мантии.

— Откуда у тебя такие сведенья?

— Мне сказал Мариус, он услышал от Анжелины Джонсон — она гриффиндорка.

— А Джонсон откуда знает?

— Ей сказали близнецы. А они узнали от Люпина. Э-э-э… Нашего учителя по Защите от темных сил.

— Это логично, — признал Тео. — Я читал в Истории Хогвартса, что лет сто назад подобные мероприятия часто проводились. Бал помогал сблизить все четыре факультета.

— Ты рассчитываешь, что кто-то из слизеринцев пригласит себе в пару гриффиндорку? — скептический взгляд Героя был красноречив.

— Возможно, Драко захочет пригласить Грейнджер, — не удержался Теодор.

Гостиную сотрясла волна смеха. Смеялись практически все змейки, по достоинству оценившие шутку.

Следующие две недели прошли без приключений. Ученики втягивались в стезю уроков, с горестью вздыхая по летним каникулам и с надеждой ожидая зимних. Все меньше народа просыпали завтрак и выглядели не такими сонными.

— У нас сегодня урок танцев, — напомнил Нотт.

— Не вспоминай о нем, — огрызнулся Герой. — На прошлом занятии Грейнджер мне все ноги оттоптала. Честное слово, она как слон. Как только преподавательнице могло прийти в голову поставить нас в пару? Не иначе, Дамблдор подсуетился, пропагандируя дружбу факультетов.

— Браун тоже не подарок, — между прочим вставил Нотт. — Весь урок она глуповато улыбается и лепечет о своей новой мантии. Не поверишь, но она хуже Паркинсон.

— О да, Паркинсон. Это еще то зрелище, — хохотнул Гарри — Ты помнишь, какой скандал она устроила, когда ее пытались поставить в пару с Уизли? Вопила как банши, крича, что она невеста Драко, и будет танцевать только с ним. Так орала, я думал, у меня барабанные перепонки лопнут.

— Преподавательница решила пожалеть наши уши и поставила Паркинсон с Малфоем. Хотя, я думаю, Драко лучше бы танцевал с Патил.

— А Гринграсс с Лонгботтомом — это еще то зрелище. При одном взгляде на их колоритную пару и мину Дафны меня пробирал смех.

— Нехорошо смеяться над горем других, — ухмыльнулся Нотт.

Третьекурсники Слизерина и Гриффиндора с неохотой заходили в кабинет, где им предстоит провести два мучительных часа экзекуций. На лицах всех было написано мучение. Наконец-то прозвенел звонок, и в зал вошла профессор Памбрук, блещущая радостью. Никто ее веселья не разделил и мины всех собравшихся стали еще кислее.

— Так, всем разойтись по своим парам, — прикрикнула француженка на застывших учеников. — И веселее, ребята. А то ведете себя, как на похоронах. Улыбаемся.

Поттер примостился в конце зала, подальше от взгляда учительницы. Скосив взгляд влево, он увидел пышную шевелюру Грейнджер.

— Повторяем те движения, что разучивали на прошлом уроке, — скомандовала дамочка и взмахнула своей волшебной палочкой. Зал наполнили первые аккорды музыки.

Гарри с нескрываемым раздражением взял гриффиндорку за руку, и началось мучение.

Прошло двадцать минут, но Герою казалось, что целая вечность. Он чертыхался сквозь зубы, проклиная Памбрук, Дамблдора и даже самого Мерлина.

— Грейнджер, — не выдержало его терпение, — ты девушка или слон? Неужели сложно быть осторожнее и запомнить движение? Ты топчешься на месте, как хромой гиппогриф, и пыхтишь как паровоз.

Услышав о гиппогрифе, Гермиона насупилась и посильнее сжала губы. Она пришла на это занятия с четкой целью — поговорить с Поттером о Клювике. Поттер дружит с Малфоем и может уговорить того забрать жалобу. Тогда с Хагрида снимут обвинения и Клювик останется жив.

— Э-э-э… Поттер, я хотела поговорить с тобой, — решительно проговорила девчонка. — Это важно!

«Это что-то новенькое», — про себя отметил слизеринец.

— Раз важно, — съязвил Гарри, — то говори. Я весь во внимании.

Грейнджер сделала глубокий вдох, словно на что-то решаясь. Слизеринец же продолжал невозмутимо смотреть на зубрилку, все же ожидая, покуда та сможет поведать причину их заминки.