Леди Найт – Дочурка для босса (страница 2)

– Да, Максимка! – воскликнула Галина Петровна, позабавив меня таким няшным обращением к самодовольному индюку. – Это же Катюша! – как будто это всё объясняло. – Что вы здесь делаете, милая?

– Пришла насчёт работы, но меня не приняли. Так что я уже ухожу.

– Не приняли? – удивилась женщина, посмотрев осуждающе на "Максимку". – Я уверена, что это недоразумение! Если бы я знала, что вы ищете работу, то сама бы предложила вам это место, потому что вы подходите идеально!

– Но, бабушка! – запротестовал Яковлев.

Он внук Галины Петровны? Теперь многое прояснилось.

– Что?

– Эта взбалмошная малолетка ни на что не годится! Я понимаю, что ты ещё планируешь взобраться на Эверест, но я не доверю твою жизнь этой вертихвостке!

Я покраснела, задохнувшись от возмущения. Да как он смеет так говорить обо мне?

– А вы женоненавистник, Максим Константинович! Я в суд на вас подам за клевету и оскорбления! – пригрозила я на полном серьёзе.

– Как мило! – злобно рассмеялся мужчина. – Вы, должно быть, забыли, что у меня юридическая фирма?

– Я как раз ничего не забыла!

– Прекратите! – вмешалась старушка. – Максимка, я не узнаю тебя! Извинись немедленно перед моей гостьей, иначе она подумает, что у тебя жуткие манеры!

Уже подумала! Три года назад. С минуту мы с Яковлевым стояли, испепеляя друг друга взглядами. Потом он судорожно вздохнул и сложил руки на груди.

– Извините, Катенька! – сквозь зубы процедил он.

Сейчас он был похож на маленького, капризного мальчика, которого отругали за что-то, но вины он не чувствовал и извиняться совершенно не хотел.

– Отлично! – хлопнула в ладоши Галина Петровна. – Попроси Людмилу принести нам с Катюшей чаю, – распорядилась она. – Мы будем в моей комнате.

С этими словами женщина подхватила меня под руку и повела к лестнице. Я не сдержалась. Повернулась к Яковлеву и показала ему язык. Его лицо не отражало ни одной эмоции, но мне хотелось верить в то, что внутри него сейчас говнецо так и кипит.

Глава 3. Екатерина

Пока мы поднимались в спальню Галины Петровны, я пыталась разобраться, что со мной происходит. Почему Максим Константинович так остро действует на меня? Не то я его боюсь, не то он просто меня бесит?

У меня мурашки от него. Внутри всё трясётся, стоит на него посмотреть. Это потому, что он меня крепко обидел? Или потому, что он красивый?

Я так ничего и не придумала, потому что мы с моей подопечной уже добрались до места. Галина Петровна пригласила меня присесть на небольшой диванчик в углу комнаты. Я плюхнулась на него и осмотрелась. Спальня была выдержана в спокойных бежевых тонах, на столике стоял свежий букет роз, на стене висел большой чёрно-белый портрет молодой женщины, в которой я узнала Галину Петровну, и красивого мужчины рядом с ней, очень похожего на Яковлева.

– Это ваш муж, Галина Петровна? – показала я на стену рукой. Я не могла не спросить, потому что была жутко любопытной.

– Да, милая, – подтвердила она мою догадку, присаживаясь рядом. – Я стала вдовой в сорок лет. Как же давно это было… А кажется, что вчера.

– Простите, я не хотела вас расстраивать.

– Да это ничего. Вася попал в автокатастрофу вместе с нашей дочерью и её мужем. Они ехали на одной машине, возвращаясь с рыбалки. Максим тогда приболел, поэтому мы с ним остались дома. Так мой внук осиротел. Страшно подумать, что было бы, окажись и мы с ним в той машине.

У меня сжалось сердце от услышанного. Как бы плохо я ни относилась к Яковлеву, мне стало его жалко. Потерять в один день родителей и деда – это очень страшно. Я знаю не понаслышке, что такое – остаться без родителей. Моя мама умерла, когда мне было шестнадцать, отца я никогда не видела, поэтому воспитывалась в семье своей тёти и её мужа.

– Вы воспитали внука?

– Да. Он всё, что у меня есть теперь. Он – смысл моей жизни.

Мы немного помолчали, каждый думая о своём, а потом вошла служанка, принёсшая нам чай и пирожные. Я разлила чай по изысканным фарфоровым чашкам, с удовольствием вдыхая его аромат, а затем взяла в рот миндальное пирожное, которое буквально таяло во рту. Мне прежде не доводилось пить чай из фарфора, поэтому мои руки немного подрагивали от волнения, когда я подняла чашку с блюдца.

– Как же я рада, что вы появились у нас, Катюша! – улыбнулась мне женщина. – Вы не представляете, сколько кандидаток я уже отослала вон. Молодежь сейчас такая наглая и необразованная!

– Зовите меня на ты, умоляю! Жаль, что Максим Константинович не разделяет вашей радости.

– Ему придётся смириться с этим, потому что я пока ещё в состоянии принимать самостоятельные решения.

Далее Галина Петровна рассказывала о своём замужестве, о том, как она была счастлива с любимым мужем. О дочери, которую она любила больше жизни. В голосе женщины было столько тоски, что у меня слёзы на глаза наворачивались. Ей столько пришлось вынести, что врагу не пожелаешь. Я слушала её внимательно, потому что мне было приятно, что человек мне открылся и рассказывает очень личные подробности из своей биографии.

– Расскажи о себе, Катюша? – наговорившись вдоволь, попросила Галина Петровна.

– Мне двадцать один. Я живу с дядей и тётей, потому что тоже сирота. А больше и рассказать-то и нечего…

– Ну, ничего, у нас полно времени, чтобы узнать друг друга поближе. Нам нужно заключить с тобой договор о найме на работу, чтобы я смогла выдать тебе аванс.

– Уже? – не смогла сдержать радости я. Мне просто капец, как нужны были деньги, поэтому любая сумма меня бы устроила.

– Почему нет? А ты далеко от нас живёшь, Катюша?

– В пригороде.

– Тогда, возможно, ты захочешь оформиться с проживанием? Не нужно будет тратиться на дорогу и рано вставать? Да и мне станет легче, если ты будешь всегда под рукой. Питание, само собой, будет включено.

– О! Это было бы шикарно! – подпрыгнула я на диване от счастья.

Жить в таком шикарном доме на всём готовеньком, да ещё и получать зарплату? Наконец-то удача начала поворачиваться ко мне лицом, а не задницей!

– Твой молодой человек не будет против? А дядя с тётей?

– Галина Петровна, у меня нет парня, – успокоила я женщину. – А дядя с тётей считают меня вполне самостоятельной.

– Такая красивая девушка, и нет парня? – покачала головой женщина. – Я в твои годы уже была замужем! Ничего, мы это досадное недоразумение быстро поправим. – Я хотела уточнить каким образом, но моя начальница дала мне первое поручение. – Можешь сходить в мой кабинет и принести договор? У тебя ноги молодые, а я пока раскорячусь…

– Да, конечно! – поднялась я с дивана, демонстрируя свою готовность.

– Как спустишься с лестницы, налево вторая дверь. В верхнем ящике стола красная папка. И там же мои очки.

– Я мигом! – воскликнула я, выскакивая пулей из спальни хозяйки.

Очень интересно, – думала я о том, что у Максима Константиновича свой кабинет, точно так же, как и у его бабушки. Впрочем, в таком домище можно ещё сто кабинетов наделать. Хоть фирму открывай.

Папку, о которой мне говорила хозяйка, я нашла без труда. Она была бархатная, приятная на ощупь. На титульной стороне был какой-то рисунок, немного стёршийся от времени. Я никак не могла рассмотреть его, поэтому подошла к окну, чтобы лучше видеть изображение. Это были инициалы СВП выведенные красивым вензелем. Кому принадлежала папка, я знать не могла, но судя по букве В, наверняка супругу Галины Петровны.

– Попалась! – раздалось прямо над моим ухом.

Я вскрикнула от неожиданности и инстинктивно спрятала папку вместе с очками за спину, поворачиваясь на звук. Это был Яковлев! Он так тихо подкрался, что я не услышала его приближения.

– Что ты тут делаешь? – неожиданно перешёл на ты, Максим Константинович.

– Я…

Он так меня перепугал, что я слова не могла выдавить из себя ни слова.

– Покажи, что ты украла! – потребовал он.

Глава 4. Екатерина

– Ничего! – собралась я с мыслями, когда первая оторопь прошла.

– Отдай мне то, что у тебя в руках, и я не стану вызвать полицию, – пообещал он. – Или я заберу силой, маленькая, наглая воровка!

– Да как ты смеешь?

Это переходило уже все границы! Он так и будет выдумывать небылицы обо мне, обвиняя во всём, что взбредёт в его больную голову? Переложив то, что я держала в левую руку, я размахнулась правой, намереваясь залепить Яковлеву смачную пощёчину. Пусть меня выгонят теперь, но оно того стоит!

Он ловко перехватил моё запястье, вцепившись в него, как питбуль. Клянусь, у меня косточки захрустели!

– Сама напросилась! – прищурившись, прошипел мужчина и прижал меня к стене всем своим телом.

Из меня разом выбило весь дух, когда я почувствовала руки Яковлева на себе. Он пытался проникнуть ими мне за спину, чтобы отобрать то, что я, по его мнению, украла. Его щека прижалась к моей щеке, шею опалило горячим дыханием.

– Что ты творишь? – испугалась я не на шутку. – Отпусти меня немедленно!