Лебэл Дан – Могильный холод подземелий (страница 11)
Четырёхметровое что-то, состоящее из каменных бугров мышц. И слово «каменные» надо понимать буквально. Он весь состоял из камня! У него даже голова располагалась на метр ниже, чем у обычных людей! И не потому, что это анатомия у него такая, а просто настолько велики мышцы спины и предплечья.
– Якорь мне в дупло, догр! – замер и гном, увидев встречающего.
– Моё имя Марк, – выдало это существо, – дождёмся третьего, и я расскажу вам правила, – голос низкий и немного режет по ушам, как будто камень о камень перетирают. Хотя о чём это я? У него же голосовые связи тоже, скорее всего, из камня.
Дожидаться орка нам пришлось недолго, секунд семь. Ещё один крик ярости, и на площадь вылетел орк. Увидев нас, он проорал что-то на гортанном наречии, явно не спрашивая о погоде, и налетел на каменного. Почему не на нас? Так мы с гномом разбежались в разные стороны – от греха, так сказать.
Движение, которое я не уловил, и орк отлетает к постаменту круга возрождения. Постамент выдержал, а вот орк не очень – кашляя кровью, он попытался подняться, но оступился и упал. На каждую хитрую жопу найдется хрен с винтом, вспомнил я присказку дяди Изи. Орк все же встал и, взрыкнув, как тягач-многотонник, сорвался с места и снова налетел на Марка. Тот даже не встал со ступенек.
Взрыв воздуха в месте встречи двух титанов, и уже каменного отнесло на метр в сторону. А на каждый хрен с винтом найдётся жопа с лабиринтом – тут же вспомнилось окончание поговорки.
– Побаловались, и хватит, – вставая, тяжело молвил Марк.
Орк не внял предупреждению и снова набросился на каменную глыбу. Только в этот раз у него ничего не получилось. Секунда непонятного мельтешения, и на земле, истекая кровью, лежит поверженный орк.
– Силён, – уважительно бросил Марк и повернулся к нам. – Значит так, вновь прибывшие, объясняю правила один раз. Это, – он ткнул пальцем на строение, первым попавшееся нам на пути, – место приёма пищи. Выдача пищи один раз в день в восемь утра, в девять оно закрывается. Не успели – значит, будете ходить голодными со всеми вытекающими. Далее. Это, – тут он ткнул на левый круг возрождения, – телепорт наверх. Открывается только при прочности татуировки раба ниже сорока процентов. Совет! – для придания значимости он поднял правый указательный палец вверх. – Не доводите прочность татуировки ниже тридцати процентов, чернокнижник этого не любит. И своё неодобрение он выскажет мне, а я, в свою очередь, вам. Надеюсь, не надо объяснять, что моё неодобрение вам выйдет боком?
Моя голова непроизвольно покачала головой в отрицательном жесте. У этого парня, похоже, харизма перекачана в край. Слова он говорит веско и по делу, и перебивать его не хочется.
– Теперь о главном. Дневная норма для тебя, – он ткнул пальцем в меня, – 320 мер. Для тебя, – переместился указующий перст на гнома, – 430 мер, – на что гном досадливо крякнул. – Соотношения мер и руд узнаете у торговца, – перст переместился на левый торец здания. – Сдавать руду тоже торговцу. Добытая сверх меры руда может быть обменена на наличность. Курс неизменный: одна мера – один медный, – теперь крякнул уже я.
А чего я, собственно, ожидал? Мы рабы – бесправные существа, и этим всё сказано.
– Норму нарушать нельзя, – продолжил ликбез местный смотрящий, – не сдав норму, еды вы не получите. Также будут применены воспитательные меры, – тут он ткнул в сторону небольшого здания с правой стороны за бараками.
– Вопросы?
– Сегодня поесть нельзя? – вопрос меня волновал очень сильно.
– Можно, – отозвался Марк. – Копай руду, меняй на еду. Сегодня у вас, как у вновь прибывших, нормы нет. И последнее… Здесь только один закон: норма должна быть выполненной, – посчитав, что всё необходимое он нам пояснил, Марк ушёл к себе.
– Что делаем? – обратился я к гному как весьма бывалому индивидууму.
– Место в бараке надо застолбить. Тебе какой больше нравится?
– А есть разница? – удивился я.
– И большая, – пустился в объяснения гном. – Всего на нашем уровне в данный момент сорок пять существ. Мы, трое вновь прибывших, Марк, два его помощника, повар, торговец. Значит, остается тридцать семь копателей. Бараков восемь, каждый вместительностью в десять мест.
– И? – я решительно не понимал, куда ведет гном. – Займём пустой – мне пересекаться, а тем более ночевать под одной крышей с не пойми кем не хочется.
– Не всё так просто. Это «девятка», – он обвёл рукой окружающее пространство. – Здесь закон только один, и ты его уже слышал. А теперь представь ситуацию: охраны нет, а есть рабы и очень жёсткие условия. Что в итоге произойдёт?
– Да всё, как всегда, – прикинул ситуацию и выдал: – Разделение на касты. Сильные унижают слабых. Разделение на группировки и налог на воздух. Как-то так.
– Это ты верно подметил. Поэтому, прежде чем заселяться в один из бараков, необходимо дождаться прихода смены с забоя. И там мы уже посмотрим, кто есть кто.
– Прописываться будем? – недобро улыбнулся я.
– А как же, – вернул мне такую же улыбку гном. – Новые разумные, новые отношения и прочая лабуда.
– Мне бы поесть перед этим, дебаффы с ног валят.
– Можно и поесть… Так, для общего расклада, расскажи-ка мне – ты хоть на что-то способен без магии?
Вот тут я задумался. Говорить, что сама магия у меня есть, я не собираюсь. Не в тех мы с гномом отношениях, чтобы секретами делиться. Но и балластом оставаться нельзя. На данном этапе необходимо держаться вместе, иначе загрызут.
– Есть пара интересных навыков, – отозвался и описал их.
– Не густо, но с этим тоже можно работать, – поскреб бороду Биарин.
А не так уж и прост этот гном. Когда доходит дело до планирования, шутовство с него слетает, как листья с дерева по осени. Сосредоточен, внимателен и видно, что он не просто прикидывает ситуацию – он её прорабатывает и составляет тактику.
– А по силовым характеристикам у тебя как? Киркой своей насколько сильно бить будешь? – разбор меня как боевой единицы продолжался.
Достал из рюкзака инструмент и вчитался в параметры.
– Если вот этим вот концом ударю, – я показал на клюв кирки, – то где-то на 215 единиц, – на что гном снова поморщился. – Можно усилить немного урон, да и вообще мои показатели.
– Кровь моя нужна? – догадался бородатый.
– Да.
– Разберёмся, – пообещал гном. – Пошли, что ли, к торговцу, посмотрим на местные цены.
Пока шли к торговцу, я поинтересовался у гнома, что это за раса – дорг, к которым относился Марк. Биарин нехотя признал, что именно они – истинные сыны и дочери гор. Плоть от плоти, так сказать. Сильное заявление, да еще и из уст гнома.
– Кочергу мне в дышло! – именно такой была первая фраза гнома, когда он переступил порог крыльца торговца. – Свободный торговец!
– Дверь закрой – сквозняк, – голос торговца отдавал мурчащими нотками.
Заинтересованный, поспешил зайти и уставился на представителя ещё одной невиданной мною до этого расы – каджит. Да еще нестандартный вариант, как я понимаю. Вообще каджиты – довольно разнообразная раса в том смысле, что это могут быть и гепарды, и тигры – да, в общем, любая кошачья раса. А тут торчал за прилавком гуманоидный дворовый кот Барсик – маленький (по размерам своей расы, конечно), пушистый и довольно отъевшийся.
– Вновь прибывшие, – недобро зыркнул на нас Тромуальдо. – Таблица слева, – лапой указав, где именно.
– А каким таким ветром в эту дыру занесло свободного торговца? Да еще и на «девятку»? – гнома не особо заинтересовала таблица, и я тоже в свою очередь навострил уши.
– Тебе-то какая печаль? – зевнул каджит. – Посмотрели? Тогда вылетайте отсюда. Жду завтра вечером с нормой.
– По залёту, значит, – предположил Биарин.
И, похоже, угадал, потому как шерсть на каджите вздыбилась, и он зашипел:
– Ты, гном, совсем своей бородой не дорожишь?! Я могу устроить тебе нелегкую жизнь на «девятке»; она тут и так не сахар, а для тебя станет адом!
– Есть тема, как скостить срок, – глядя куда-то в потолок, безразличным голосом бросил коротышка.
Из «Барсика» как будто весь воздух сдули – ну, или помыли.
– Говори, – совершенно другим тоном попросил торговец.
– Арт, выйди, погуляй пока, а? Красотами там полюбуйся… – сделал тонкий намек гном.
– Я ещё таблицу не изучил, да и про еду ничего не узнал, – выдал я контраргумент, чтобы никуда не ходить.
– Держи, – каджит, ловко перемахнув одним движением стойку, за которой находился, всучил мне в руки листок бумаги и булку хлеба.
– Adios, amigo! – пулей вылетая из здания, попрощался я и, оказавшись на улице, вонзил зубы в булку.
Кайф! Ароматный, хоть и начавший черстветь хлеб принес море удовольствия, сытость в желудке и желание жить. Растянув губы в довольной улыбке, прислонился к стене здания и сполз на землю. Вот теперь можно почитать, что там дал мне каджит.
Маленький листок бумаги представлял собой копию таблицы, висящей на стене. Пояснения были написаны на доступном мне языке, и я углубился в изучения вопроса. Так, есть всего четыре тоннеля. Понятно, что они после разветвляются, но вроде как между собой не пересекаются. Основная добыча идет в первых трех, в четвертый никто не ходит. Почему? А просто всё – дохнут там все.