Леа Рейн – Время не властно (страница 5)

Вот это везение! Или всё-таки НЕвезение? Этого я понять ещё не успела…

– Я тоже сначала не поверила Жоэлю, когда он признался в том, что может путешествовать во времени. Я решила, что он прикалывается, но потом увидела все своими глазами и чуть не упала в обморок. – У мамы заблестели глаза, и она стала смотреть сквозь предметы, видимо, вспоминая моменты, которые пережила с папой.

Впервые за столько лет она заговорила о нем сама. Стоит расспросить её, вдруг сейчас она захочет мне хоть что-нибудь рассказать.

– Мам, почему ты уверена, что отец погиб? Ведь это не доказано. Может, он жив? А вдруг он вообще застрял в другом времени?

– Не знаю. В прошлом бывает очень опасно. С ним вполне могло что-то случиться, но я… Я никогда не верила в то, что он умер. В моем сердце он жив всегда.

– И в моем тоже, – добавила я.

Вера в то, что отец жив, только усилилась. Оказывается, вот почему про него так редко говорили в семье! Теперь я знаю, какая тайна завесой покрывала всю его жизнь. А знает ли об этом тетя? Наверняка знает, она ведь его родная сестра. А вдруг она тоже перемещается во времени? Хотя нет, мама же сказала, что ген передается только по мужской линии…

– Мам, – проговорила я, – ты сказала, что путешественниками во времени могут быть только мужчины?

– Да, потому что женщин-путешественниц никто никогда не видел. Так говорил Жоэль.

– Но ведь это не значит, что их нет вообще.

– И ты этому живое подтверждение.

[1] Vieux Paris, – Старый Париж (фр.)

[2] Ma chérie, – дорогая (фр.)

Глава 4. Я справлюсь

После разговора с мамой я решила подняться в свою комнату на втором этаже. Мама уехала обратно на работу, хотя сначала не хотела оставлять меня одну. Чтобы она не волновалась, я пообещала, что буду сидеть дома, в безопасности. Тетя Жозефина тоже была на работе, поэтому весь особняк оказался в моем распоряжении.

Жозефина владеет парочкой магазинов, ее доход гораздо больше, чем у моей мамы, но мы никогда не просим у нее денег. Вся зарплата тети уходит на содержание дома. Когда-то давно этот трёхэтажный особняк воплощал собой величие и был проникнут духом Людовика XIV. Сейчас же он выглядит довольно жалко. Вот уже несколько лет крыша протекает в одном месте, но мы никак не можем ее отремонтировать. Многие знакомые советуют продать эту историческую рухлядь и купить маленькую квартирку где-нибудь в центре, но как можно расстаться с местом, в которое вложена вся наша жизнь? Сколько поколений предков тут проживало – не счесть. Дом стал частью нас, а мы – его. Как можно прервать эту связь, покинуть эту крепость, которая столетиями нас защищала?

Тетя и отец жили здесь с самого детства. Дом достался им в наследство от родителей, которые погибли в авиакатастрофе в море у берегов Колумбии. Папе на тот момент было двадцать четыре года, а Жозефине едва исполнилось восемнадцать. Отец взял на себя роль главы семьи и заботился о младшей сестре, работая не покладая рук. Спустя три года, он познакомился с моей мамой, с которой вскоре создал семью. Тетя никогда не была против мамы, наоборот, они с ней быстро сдружились и стали настоящими подругами. Меня Жозефина баловала очень часто, порой даже чересчур. Я думаю, это связано с тем, что у нее никогда не было своих детей, хотя она их очень хотела. Она старалась найти хорошего человека, с которым смогла бы связать свою жизнь, но ей просто не везло. Наверное, постоянное невезение – это особенность нашей семьи. У всех оно проявлялось по-разному. Тете не везло в отношениях. Ей все время попадались придурки, которые, если честно, и в подметки ей не годились. Где она только таких находила?

Один из таких придурков жил в нашем доме, и мы с ним хорошо общались. Вся придурковатость подобных проявлялась обычно не сразу. Адольф (почти что Гитлер, даже усы имелись!) поначалу казался вполне приятным мужчиной. Мы с мамой сплетничали, что вскоре он позовёт Жозефину замуж, а когда выяснилось, что тетушка забеременела, то и вовсе были в этом уверены. Но узнав ошеломительную новость о ребёнке, Адольф быстро упаковал вещички и испарился, а вместе с ним старинная картина авторства неизвестного художника – но весьма ценная! – тетина шкатулка с драгоценностями и пара пачек налички.

Тетя была разбита и через некоторое время потеряла ребёнка. Стресс и переживания едва ее не доконали. Ей присуще пропускать каждое происшествие через все свое существо – пока оно не пройдет через ее сердце и душу, она его не отпустит и не забудет. Это погубило ее ребенка и чуть не погубило ее саму. После этого случая она решила, что не будет больше заводить никаких отношений. Мне было искренне ее жаль, ведь она просто не заслуживала таких страданий!

Я шла по коридору, стены которого были увешаны картинами и фотографиями с изображениями наших предков. Может, неспроста у нас собрана такая коллекция – чтобы знать тех, кто жил в этом доме в определенные года, это очень пригодится в перемещениях в друге эпохи.

Интересно, кто ещё из моих родственников был путешественником во времени? Дедушка? Наверняка он, раз мама говорит, что ген передается только мужчинам. Как он с этим справлялся? А как с этим буду справляться я? Может, все же найдётся способ контролировать это.

Я распахнула дверь в свою комнату и тут же услышала шум в стоящей на комоде клетке – это проснулся мой кролик Паскаль.

– Прости, что разбудила, дружок, – проговорила я и упала на кровать, накрытую шелковым пледом цвета сливочного мороженого.

Как странно, сейчас только утро, в лицее идет, наверное, только второй урок, а я уже дома и отдыхаю.

Моя комната – единственное место в доме, где нет раритетных вещей. Перед окном стоит кровать с ортопедическим матрасом, вдоль одной из стен тянется шкаф-купе, а у стены напротив находится письменный стол, заваленный всевозможными тетрадями и книгами. Бежевые обои с рисунками малиновых розочек покрывают стены, а шторы из тяжелого льна темно-бордового цвета ниспадают до самого пола. Все вполне скромно, без лишней пышности, зато комфортно и уютно.

Я подремала около получаса, восстановив силы, а после поднялась с кровати и раздвинула шторы. Яркий солнечный свет тут же залил комнату, что заставило меня зажмуриться. Небо было безоблачным, солнце светило не по-осеннему ярко, но совсем не согревало, поэтому на асфальте до сих пор оставались лужи после утреннего дождя.

Я забралась на подоконник, чтобы наблюдать за кипящей на улице жизнью. Мне нравилось иногда так сидеть и глядеть в окно, уносясь в свои мысли, особенно если включить хорошую музыку. Иногда человеку нужно побыть одному и заглянуть в свой внутренний мир, в такие моменты можно по-настоящему услышать себя.

Париж – город, находящийся в постоянном движении. Дороги загружены машинами, тротуары – пешеходами. Каждый куда-то спешит, не обращая внимания на окружающую красоту. Люди не замечают старинных построек с невероятными фасадами, по которым рассыпано множество балкончиков, украшенных еще не завядшими цветами. Они не замечают огненных деревьев, колышущихся от легкого морозного ветра и создающих иллюзию того, что весь город охватывает холодный пожар. Не видят ярко-красного ковра, созданного природой, хотя ступают по нему каждый день. В одном осеннем листе можно разглядеть множество оттенков желтого или красного, которые будто на палитре намешала сама природа. Не многие люди нашего времени могут увидеть красоту в обыденных вещах, будь то обыкновенный лист или здание, которые видишь ежедневно.

Я стараюсь это замечать. Красота окружающего мира для меня всегда была важнее его уродства. Мы не погрязнем в грязи и хаосе, пока внутри нас сохраняется что-нибудь светлое.

На карнизе уселась парочка голубей, которые прижались друг к дружке, как бы согреваясь. Иногда я бросаю им крошки хлеба, а потому они основательно тут поселились. Птицы мне не мешали, но зато Паскаль, увидев, как за окном дергается голубиная голова, начинал беспокойно бегать по клетке.

Я сидела какое-то время на подоконнике, стараясь собрать в своей голове мозаику из полученной сегодня невероятной информации, но понимала, что маминого рассказа недостаточно, чтобы получилась полноценная картина. Я ничего не поняла, кроме того, что унаследовала от папы способность путешествовать во времени и что если начну задыхаться, значит, пришло время отправиться в другую эпоху.

Я прокручивала в голове сегодняшнее утро, стараясь понять, в какой год меня занесло, но, увы, совсем в этом не разбиралась. Это мог быть XX век, или даже XIX. Невозможно это определить лишь по одним благоухающим розовым кустам и бегающим по двору девочкам. Наверное, в интернете найдётся что-нибудь полезное о нашем лицее.

А что, это же хорошая идея! Почему она не пришла мне в голову раньше?

Соскочив с подоконника, я уселась за письменный стол и включила ноутбук. Когда экран загорелся, я открыла поисковик и ввела в него название нашего лицея.

Появилось множество ссылок. Я кликнула на первую и попала на официальный сайт. Столько лет учусь и даже не подозревала, что он у нас есть!

Выбрав раздел «История», я стала читать довольно объемную статью. Когда взгляд пал на дату, с которой здание лицея начало свое существование, я приоткрыла от удивления рот. В шестом веке началось его строительство, и к началу седьмого уже был возведен огромный монастырь, который просуществовал аж десять веков. В конце семнадцатого столетия здание немного перестроили и сделали учебным заведением. Даже и подумать не могла, что наша школа настолько старая. Я-то думала, ей лет пятьсот, что само по себе немало, а оказывается, ей полторы тысячи!