Леа Рейн – Последний танец (страница 11)
– Нет, – Сальма замотала головой. Яркие кудри выбились из прически и закрыли половину ее зареванного лица. – Я была там, была…
Хуана и Бланка даже подскочили, с непониманием уставившись на подругу.
– То есть как? – спросила Бланка. Она так и замерла, приподнявшись в кровати, и не мигающие смотрела на Сальму, будто ожидая, что та имела в виду нечто другое.
Вопреки ее ожиданием Сальма сквозь слёзы продолжила:
– Я была в лесу. Андреас ждал меня. Мы хотели прогуляться и поговорить. Но когда я пришла, его на том месте уже не было! Я писала ему и звонила. Какое-то время я побродила по лесу, а потом натолкнулась на его истерзанное тело!
– И ты никому не сказала?! – с обвинением воскликнула Хуана.
Лицо Бланки потемнело; она не сводила взгляда с Сальмы, не зная, что думать.
– Мне показалось, что на него напало какое-то животное. Я хотела ему помочь, проверила его, но… он уже был мертв! Тогда я испугалась. Я решила, что животное ещё где-то рядом и побежала в хижину, где живет наш лесник. Я думала, он у себя и поможет, но потом поняла, что, вероятно, он тоже приглашен на праздник. Я забралась в его дом и сидела одна. Там до меня дошло, что никакое животное напасть не могло, ведь тут водятся только зайцы да белки. К тому же раны не походили на царапины от когтей. Его кто-то изрезал ножом. Оставаться в хлипкой хижине лесника стало страшно, поэтому я собралась с духом и сломя голову побежала обратно в школу.
– Но почему ты об этом молчала? – недоумевала Хуана. – Ты могла бы сразу сказать об этом полицейским!
– Все бы решили, что это я! Но я его не убивала. Я его трогала, потому что думала, что он без сознания. На нем, наверное, остались мои следы. Я не знала, что делать! Но теперь… теперь я рассказала полицейским все как есть. Они сказали, что будут разбираться с этим.
В комнате воцарилась тишина. Никто не знал, что сказать. Сальма ещё рыдала, но через несколько минут слезы остановились, сменившись хрипящими и дрожащими вдохами.
– Почему ты пошла с Андреасом? – вдруг глухо спросила Бланка.
– Надо было поговорить, – едва слышно ответила Сальма.
– О чем?
Сальма глубоко вдохнула, пытаясь совладать с эмоциями.
– О тебе. Он хотел пригласить тебя на свидание. Хотел узнать, куда лучше тебя пригласить, что подарить и так далее. Не думай, что я положила на него глаз. Я просто хотела… побыть в роли свахи.
– Да господи! – воскликнула Бланка, и на ее глаза снова навернулись слёзы. – Это получается, он погиб из-за меня?
– Ещё чего скажешь, – сказала Хуана. – Твоей вины тут точно нет.
– Почему вы пошли говорить в лес? Почему не в школе? – Бланка вообще не понимала, зачем Андреас хотел что-то разузнать у Сальмы, если они в тот вечер просто могли пойти на танцы – и вышло бы отличное свидание! Может, он хотел устроить все по высшему разряду? Вот только Бланка обменяла бы миллионы приятных сюрпризов, лишь бы Андреас сейчас был рядом!
– Мы хотели встретиться около забора и посидеть на побережье с парнями, пока была такая возможность, чтобы ты ни о чем не заподозрила. Но я… – Сальма осеклась, голос ее стал сдавленным. – Когда я пришла, он уже был мёртв. Зачем мне его убивать? Вы ведь меня не подозреваете?
Она блестящими, полными надежды глазами посмотрела на подруг.
Бланка покачала головой и уже хотела что-то сказать, как вдруг Хуана резко заявила:
– Все это звучит странно, Сальма.
– Что?! – едва слышно переспросила та. Выглядела она так, точно ей дали пощёчину.
Бланка тоже в ужасе воззрилась на Хуану. Что за пассивное обвинение в сторону лучшей подруги?
– Нет, мы не подозреваем тебя, Сальма, – поспешила сказать Бланка, в этих словах также звучал укор для Хуаны. – Я… я не верю, что это сделала ты. А полицейские узнают правду. Они ведь для того сюда и приехали, чтобы найти настоящего преступника.
***
Хесус дежурил в школе. Директор выделил ему место в одной из комнат для прислуги, и ему пришлось жить вместе с молодым поваром. Тот как полноправный хозяин комнаты спал на кровати, а Хесусу поставили раскладушку в уголке.
– Э, не, чувак, в одной кровати мы спать не будем, – заявил перед этим его новый сосед, как будто Хесус только об этом и мечтал.
Повара звали Рикардо Салас, и он, как видно, любил отморозить какую-нибудь шутку. Хесус достал айпад и быстро записал свои впечатления по поводу этого человека – скорее всего, местный шут гороховый.
«Такими темпами я целый роман напишу», – думал он.
Хесус старательно конспектировал все, что видел в этой школе, а затем перечитывал и анализировал. Пока он не мог выделить человека, у которого был бы мотив убить Андреаса Кортеса, поэтому стоял в настоящем тупике.
История с Сальмой Хименес выглядела максимально странно. Нашла тело и пряталась в хижине лесника? Впрочем, криминалисты проверили жилице Антонио Рубиа и правда обнаружили там кровь. Оставалось дождаться анализов, тогда можно будет судить, солгала Сальма или нет. Даже если все это правда – ситуация паршивая. Была рядом с телом, трогала его, везде наследила… С таким же успехом она могла быть и убийцей.
Но Хесус не видел мотив.
Да и как юная, пусть довольно высокая и не сказать, что слабая, девушка могла так искромсать тело? Убийца бил ножом с неистовой силой, со зверством и яростью. Судмедэксперт ещё изучает тело, но уже сделал предварительные выводы. Первый удар нанесли в живот. А после стали беспорядочно бить в разные места на торсе, будто хотели проткнуть каждый орган. Наверное, убийца сомневался, что его удары смертельные, поэтому действовал наверняка. Но Андреас умер после нескольких ударов, а дальше убийца уже терзал мертвое тело.
И этот японский нож Гарасуки. Когда полицейские обыскивали кухню, они не нашли в наборе кухонных ножей именно его. Судмедэксперт пришёл к выводу, что это и есть орудие убийства.
Хесус представлял, чтобы управляться с ним, нужны очень сильные руки.
– Рикардо, – заговорил он, когда повар вышел из душа в одних трусах и майке, – когда вы в последний раз видели нож Гарасуки с длиной клинка пятнадцать сантиметров?
С волос Рикардо капала вода, и он протирал шею махровым полотенцем. Хесус обратил внимание на его руки: широкие кисти, мускулистые предплечья при довольно худощавом телосложении. Да, руки у него очень сильные.
– Гарасуки? – переспросил Рикардо. – Это обвалочный нож? Когда готовили праздничный ужин, наверное.
– Кто мог его забрать?
– Любой. Зашёл в кухню да забрал. Они стоят на столе около стены в подставке. Любой мог взять.
Хесус открыл фотографию на айпаде. Это было изображение, взятое из интернета, на котором красовался обвалочный нож из того же набора, который стоит на кухне.
– Правильно я понимаю, что вот так выглядит этот нож? – спросил Хесус, повернув экран.
Рикардо сразу его узнал:
– Да, именно такой у нас и был.
– Отлично. Это орудие убийства. Осталось его только найти.
Услышав подтверждение, Хесус с чистой совестью прикрепил эту фотографию к своим записям.
– Преступник наверняка знал, что этот нож мог его выдать, поэтому позаботился о том, чтобы от него избавиться, – заметил Рикардо.
– Наверняка, – вздохнул Хесус.
– Его можно было сбросить в море с обрыва, закопать в лесу, кинуть в расщелину между скалами, да даже выбросить в мусорку. Мусор у нас вывозят каждый день. – Повар всерьёз увлёкся и начал строить различные теории.
Хесус заинтересованно на него глянул:
– Когда вы покинули кухню в тот вечер?
Повар ничуть не смутился.
– Когда закончил готовку. После меня оставались ещё уборщицы и посудомойки. Мое дело готовить вкусные блюда, а потом я свободен.
– Кто-то помимо персонала заходил в тот вечер на кухню?
– Да много кто. Директор, завуч, потом географ с докторшей, потом сынок директора, аж два раза заходил, потом физрук, ещё две девочки из первого – и это только те, кого я заметил.
– Можно записать их имена? А конкретно завуча, географа с докторшей, физрука, двух девочек из первого.
В конце концов у Хесуса вышел такой список: