Лайза Фокс – Босс под напряжением (страница 2)

– Маргарита Сергеевна Одинцова. Исполнительный директор ООО «Трест-Проектэнергомонтаж». Представитель субподрядчика я, других, извините, не завезли.

– Вот как? Мммм… жаль. – Его лицо выражало крайнюю степень разочарования. А потом он упёрся о столешницу локтями и навалился вперёд, словно перед броском. Сказал, как выплюнул. – Вам всего хорошего, Одинцова. Мы с бабами не работам!

Хлестнул словами, как пощёчину залепил. Резкую, звонкую, холодной мокрой рукой. У меня внутри словно взорвалось от такого хамства. Но лицо удалось держать.

– Какое совпадение, Олег Олегович. Мы тоже не работаем с бабами. Только с партнёрами. Проверенными и надёжными. Теми, кто хорошо своё дело знает и профессионально работает. А в штаны мы им не заглядываем. Половыми отличиями не интересуемся.

Теперь уже я скрестила руки на груди, скривилась, изображая презрение. Орлова это зацепило не по-детски.

– Ри-ту-ля. гуляй отсюда. Давай, детка, иди на маникюр, или куда вы там ходите с девочками? Мне тут женские слёзы не нужны. Мы тут рабо-о-о-тать будем, вка-а-алывать. Нам тут некогда будет вам сопли вытирать и с 8 Марта поздравлять, чтоб не обиделись. – Сказал он со сладкой мягкой улыбочкой, а потом резко припечатал своим обычным голосом. – Мы расторгнем договор с вашим «треском» и заключим его с нормальным исполнителем, а не вот с этими бантиками – заколочками. Можете быть свободны!

Сидящие за столом хохотнули. Всем было радостно, что козлом отпущения выбрали не его. Они даже выдохнули облегчённо, расслабились. А мне стало так противно. Профессиональная компания травит женщину. Это было так… по-мужски. И я закусилась.

– Я-то могу быть свободна. Я даже уже свободна. А вот у вас, уважаемый, – ёрничая пропела я, – напоминаю, федеральная программа и сроки подгорают. А на руках, только сладкие обещания сильных духом и так далее. А за словами пыль – да метель. Вот полюбуйтесь.

Я отодвинула от себя пронумерованные листы. Орлов презрительно на них кивнул.

– Это что? Перечень цирюлен или едален региона?

– Это, уважаемый – и снова с нажимом, и тоже с издёвкой, – список разногласий. Всего пока 18 пунктов. Со ссылками на документы, на основании которых мы брали исходные данные, а также величиной расхождений. Любуйтесь. «Красивое», как сказали бы девочки.

Орлов повернулся к сидящему рядом со мной Ухареву, и тот передал пачку генподрядчику. Тот взял стопку с торчащими во все стороны стикерами с улыбкой. Но по мере того, как он читал пункты разногласий его лицо вытягивалось, наливалось свинцом. Он листал документы всё быстрее и быстрее, а потом шваркнул на стол так, что другие стопки подпрыгнули.

– Эт-то что такое? – взревел Орлов, переводя взгляд с меня на сидящих в кабинете мужчин. Но ответила я.

– Это правда. И у меня вопросики, как говорят девочки, ко всем присутствующим мальчикам. Я проверила до совещания 3 площадки из 5. Нарушения по вырубке. Надо расширять коридор на 3 метра по всей протяжённости. Площадки маленькие, нормативке не соответствуют – надо увеличивать. Закладные выполнены с нарушениями. Мы к ним цепляться не будем. Оборудование для подключения не соответствует указанному в ТЗ, значит, проект надо будет полностью переделывать. Подъездных дорог тоже нет. И, главное, – пропела я мстительно, глядя прямо в голубые глаза Орлова, – представители генподрядчика нам так и не предоставили, заверенное разрешение на монтаж ЛЭП!

– Это неправда! Вырубка соответствует стандартам!

– Закладные без нарушений!

– Площадки нормальные!

– Да кто она такая?

– Да зачем вы её слушаете? Я вам говорю, что там всё нормально!

Субподрядчики начали вопить перекрикивая друг друга. Они орали на меня, не сдерживаясь, словно им была дана команда. Как будто они хотели оправдаться любой ценой.

– Тихо! – Шарахнул по столу Орлов. Оглядел моментально притихших присутствующих. – Перестаньте орать, как базарные бабы. Нам вопросы надо решать, а не орать. – Потом перевёл взгляд на меня. – Я проверю данные и дам ответ. Если всё верно, поменяйте бабу в руководстве и будем работать!

– Поменяйте подход, и я смогу пообещать вам то же самое!

– Дура, потеряешь контракт!

– Мужлан, сорвёшь сроки!

– Свободна!

– Отлично!

Подхватив чехол с ноутбуком, я выскочила в коридор и кинулась в уборную. Меня колотило так, что я не с первого раза смогла закрыть шпингалет. Так меня никогда не унижали! Я решила выполнить договор во что бы то ни стало, чтобы доказать этому сексисту, на что способна. Ну, и поплакала, чё уж там.

Аэропорт

После совещания я отправилась инспектировать оставшиеся площадки. Там дела были ещё хуже, чем на предыдущих. Провозилась в снегу, переругалась с геодезистами. Большинство субподрядчиков улетели на самолёте ещё в обед, а я задержалась до вечернего. Забрала ноутбук, который оставляла у секретарши Тани, и поплелась на улицу.

Холод и нервотрёпка последних суток меня почти доконали. После бессонной ночи и бесконечных звонков больницу к папе я устала так, что перед тем, как залезть в КАМАЗ, идущий в аэропорт, собиралась с духом и с силами. Хорошо, что сердобольный вахтовик подсадил до высокой первой ступеньки. Сама бы ни в жизни не допрыгнула.

Но радость от успешного восхождения тут же была омрачена насмешливым взглядом Орлова, сидящего рядом со входом и что-то строчившего на своём планшете. Он хмыкнул, но комментировать мою немощность не стал. И то хлеб. Я забилась в дальний угол, выходила последней. Огляделась, и не увидев никого поблизости, перекинула лямку ноутбука через плечо и стекла, как струя по водосточной трубе.

Дальше процедура регистрации на рейс и досмотра были стандартными. Проголодавшись, я купила себе булочку с ветчиной, гордо именуемую брускеттой, и пошла искать розетку. Смотрела внимательно, заглядывала под сиденья и обходила опорные столбы. И, о чудо, нашла розетку в дальнем углу зала ожидания. Достала зарядник и, чуть не стукнулась лбом с Олегом Олеговичем собственной персоной.

– Начина-а-ается, – недовольно заговорил генподрядчик, – что сейчас будет в вашей обязательной программе? Заламывание рук и рыдания или взывание к джентльменским чувствам?

– В честь чего это?

– Ну, как же? Розетка одна. Мне надо зарядить телефон, вам надо зарядить телефон. Чтобы добиться желаемого, все средства хороши. Золотой женский стандарт «спасите, помогите, уступите». Прямо на гербе можно выводить огненными красками. Что будете использовать?

Он стиснул зубы и взъерошил волосы. Словно стараясь унять волнение. Я неопределённо пожала плечами. Спорить не было сил.

– Сколько?

– Чего «сколько»? – удивился Орлов.

– Сколько у вас осталось зарядки?

– 4% и федеральный контракт горит, – насупился он. Засунул руки в карманы расстёгнутого кашемирового пальто, и повернул голову к огромному панорамному окну.

– Заряжайте.

– Что? – Он моргнул и снова повернулся ко мне. Недоверчиво нахмурил брови и склонил голову набок.

– Заряжайте. У меня 21%. Как дойдёт до 20 – позовите. А то мне ещё по Москве долго добираться. Моего звонка будут ждать. Боюсь остаться без связи.

– Спасибо, – буркнул Орлов и поставил телефон на зарядку.

Найдя свободное место, я продолжила работать на ноутбуке. Батарея весело демонстрировала 97%, и я постаралась сделать максимум, перед возвращением в Москву. Пыталась быстрее передать информацию в технический отдел, в моменты, когда появлялась связь. Писала в мессенджере и ждала, когда сообщение отправится.

Решала вопросы по текущему объекту и крутила смету по следующему конкурсу. Она была хороша, но пока я не готова была согласиться с ней без правок. Искала варианты хоть каких-то улучшений. Полностью ушла в работу и чуть не подпрыгнула от неожиданности, когда меня начали трясти за плечо.

– Цветочек аленький, рейс отменили. – Орлов запихивал в наплечную сумку планшет.

– Как отменили? Почему? Но, мне надо в Москву! Мне срочно надо!

– Начина-а-ается! Это не я отменил. Это погода отменила. Не обессудьте. – Он резко закрыл молнию и начал застёгивать пальто. – Кто у вас там? Ребёнок беспомощный требует внимания?

– Нет, взрослый человек. Но можно сказать, что ребёнок.

Орлов сердито фыркнул, – терпеть не могу, когда бабы мужиков приравнивают к детям! Но вы по-другому не умеете. Хорошо, что с собаками не сравниваете, да, цветочек аленький?

Мне снова стало обидно! Ну что за человек? Только наладится, тут же нахамит.

– Отчего же не сравниваем? Очень даже. Вот, кобелями иногда называем, псинами, опять же. Не знали или запамятовали?

Орлов рыкнул и отправился к выходу, а я побежала к информационной стойке. Мне срочно нужна была связь! Там точно был стационарный телефон, но мне не давали по нему позвонить. Мобильный перестал даже изредка ловить сеть, и мне нужен был хотя бы один звонок!

Я ходила за неприступной сотрудницей, пока она не разрешила набрать номер. Я позвонила Кириллову. Он и на объекте был, и с папой дружил. Дядя Витя уже был в Москве. Он мог успокоить отца, если я застряла надолго.

– Вы ему скажите, пожалуйста, если останусь совсем без связи, – упрашивала я, – что тут прекрасные условия. Что Орлов – душка. Очень профессиональный и чуткий человек. Что он ко мне по-отечески относится, вникает. Успокойте любым путём. Наговорите что угодно, чтоб не беспокоился. А правду – не надо. Пожалуйста!