Лаймен Баум – Остров на небесах (страница 9)

— Не совсем, — озадаченно произнёс Капитан Билл. — Тут какая-то путаница.

— Именно путаница, — подтвердил парень.

— Но мы — жители Земли, а не Небесного острова. Ваша раздваивающая машина нас попросту прикончит, и пускать на заплаты станет некого.

— Ну да, — кивнул Пуговка, — так и будет.

— Пока вы находитесь здесь, вы тоже будете жить шестьсот лет, — объяснил парень.

— Вот это да! — воскликнул Пуговка. — Тогда другое дело. Простите, как Вас зовут?

— Ух-Ошпарль. Запомните?

— Запомню… Ошпарль… — повторил мальчик, — а вот… мух… пух…

— Ух-Ош-парль, — медленно, по слогам повторил собеседник. — Я хочу, чтобы вы запомнили моё имя. Раз уж вам придётся здесь жить, значит, вы много раз обо мне услышите. Умеете хранить тайны?

— Постараюсь, — пообещал Пуговка.

— Я всегда храню все тайны, — заверил Капитан Билл.

— Тогда вот вам ещё одна. Я буду следующим Круголяком Небесного острова.

— С ума сойти! — обрадовался моряк. — Лучше бы, сэр, Вы были теперешним. Вам ведь, кажется, придётся ждать сто лет, чтобы занять этот дворец.

Ух-Ошпарль поднялся со своего места и принялся в глубокой задумчивости вышагивать взад-вперёд по комнате. Потом он остановился и взглянул на Капитана Билла.

— Сэр, — сказал он, — в этом-то вся загвоздка. Я абсолютно уверен, что триста лет правления Круголяка истекают в будущий четверг. Но он клянётся, что только двести. А Королевскую Книгу Записей он запер в Сокровищнице, так что уличить его во лжи невозможно.

— А сколько Круголяку лет? — спросил Пуговка.

— Когда его выбирали королём, ему было двести, — ответил Ух-Ошпарль. — Если мои подозрения справедливы, и он правит уже триста лет, тогда ему пятьсот. Понимаете, он хочет отхватить липших сто лет правления, чтобы оставаться диктатором до самой смерти.

— Он молодо выглядит, — задумчиво изрёк Капитан Билл. — Вот мне, скажем, всего шестьдесят, а на вид я вдвое старше вашего короля.

— У нас внешность не зависит от возраста, — ответил парень. — Я, например, почти Ваш ровесник. Мне скоро шестьдесят два. Но выгляжу я, по-моему, моложе.

— Точно так, — подтвердил Капитан Билл, потом повернулся к Пуговке и сказал: — Я же говорил, что это страна волшебная.

— Да я и сам так думал, — ответил мальчик. — Иначе разве могли бы они пускать людей на заплаты?

— А теперь, — спохватился Ух-Ошпарль, — поговорим о ваших обязанностях. Вы, Капитан Билл, будете смешивать королевские коктейли. Знаете, как это делается?

— Признаться, не имею представления, дружище Ошпарль.

— Круголяк очень привередлив. Думаю, он поручил Вам эту работу, чтобы иметь возможность придраться к Вам и пустить на заплатки. Но мы обведём его вокруг пальца. Вы здесь люди новые, и я не хочу, чтобы вас обманывали. Я пошлю с Вами Тиггля, и смешивать коктейли будет он. А когда Круголяк, королева или какая-нибудь из курносых принцесс потребует свой напиток, его отнесёте Вы. Обещаю, что комар носа не подточит.

— Спасибо, сэр, — поблагодарил Капитал. — Огромное спасибо.

— Твоя работа легче, Пуговка, — продолжал Ух-Ошпарль.

— Но я не чистильщик сапог, — пожаловался мальчик. — Круголяк не имеет права поручать мне эту грязную paботу.

— Ты — раб, — напомнил парень. — А раб обязан повиноваться.

— Почему?

— Потому что не может постоять за себя. Раб не хочет выполнять приказы, но вынужден это делать. Кстати, твоя работа вовсе не грязная. Тебе предлагается не чёрная вакса, а голубой крем с приятным запахом. Потом отполируешь ботинки лунным светом — и готово. Так что не огорчайся.

— Не вижу особой разницы, — возразил Пуговка. — Ну, может, чуть поприятнее.

— Да. Королевский Чистильщик сапог — почётная должность. Чистить обувь надо либо вечером, либо рано утром. Зато весь день ты свободен, как ветер.

— Это ненадолго, Пуговка, — успокаивал Капитан Билл. — Сам знаешь, скоро всё будет хорошо.

— Надеюсь, — ответил мальчик.

— А теперь, — сказал Ух-Ошпарль, — раз вам ясны ваши обязанности, не хотите ли пройтись вместе со мной и осмотреть Голубой город и славную Голубую страну?

— Конечно, хотим! — обрадовался Капитан Билл.

Новый друг повёл их через множество комнат — ну и огромный же был дворец! — и вывел на улицу. Во время приземления зонтик спускался так быстро, что путешественники ничего не успели разглядеть, и теперь во все глаза смотрели на удивительный Голубой город.

Глава 8. Голубой город

Голубой город оказался очень большим. В нём было много широких улиц, вымощенных голубым мрамором, по обеим сторонам которых возвышались красивые голубые дома, тоже мраморные. Кроме обычных домов попадались замки и магазины. Высокие шпили и башенки сливались с небесной синевой. Как и в королевском дворце, здесь тоже всё было голубого цвета, и над городом висел голубой туман.

— А солнце у вас тут когда-нибудь светит? — спросил Капитан Билл.

— Только не в голубой части Небесного острова, — ответил Ух-Ошпарль. — Луна восходит каждую ночь, а вот солнца мы не видим. Говорят, на другой стороне острова, где сам я не бывал, светит яркое солнце, зато луна туда не заглядывает.

— Значит, есть и другая половина острова? — уточнил Пуговка.

— Да, отвратительное место под названием Розовая страна. По слухам, там всё розовое, вместо того, чтобы быть голубым. Наверно, это ужасно! — воскликнул Ух-Ошпарль и вздрогнул от отвращения.

— Я этого не знал, — пробормотал Капитан Билл. — Розовая страна… Звучит заманчиво. А велика ли ваша Голубая страна?

— Необъятна, — гордо произнёс его собеседник. — Этот огромный город протянулся на километр в каждую сторону, если считать от центра. А за пределами города страна тянется ещё на километр. Правда, она очень большая?

— Не очень, — улыбнулся Капитан Билл. — У нас есть города раз в десять больше. Там ваш город считался бы крохотным.

— Страна, в которой мы живём, тянется на тысячи километров и в длину, и в ширину. А называется она Соединённые Штаты Америки, — Поведал Пуговка.

Ух-Ошпарль был потрясён. Он немного помолчал, потом ответил:

— Здесь, на Небесном острове, превыше всего ценится правдивость. Наш Круголяк, признаться, не совсем честный. Он пытается при помощи обмана продлить время своего правления. Но остальные, как правило, говорят только правду.

— Мы тоже, — кивнул Капитан Билл. — Пуговка, например, сказал чистейшую правду, от первого до последнего слова.

— Но нас приучили верить, что Небесная страна — самая большая страна во Вселенной. Я имею в виду нашу часть острова — голубую.

— Это вам, наверное, так кажется, — вежливо заметил моряк. — Пожалуй, я не видел более крупного летающего острова, чем ваш. Но Вселенная огромна, и нельзя утверждать, что в ней есть, а чего нет, пока не путешествуешь, как это делаем мы.

— Может, Вы и правы, — задумчиво произнёс островитянин. По его лицу было видно, что он по-прежнему сомневается.

— Розовая часть острова больше голубой? — спросил Пуговка.

— Нет, примерно такая же, — ответил Ух-Ошпарль.

— Тогда почему Вы там не были? По-моему, за час можно пройти весь остров, от края до края, — допытывался мальчик.

— Две части острова разделены непроходимым препятствием, — объяснил Ух-Ошпарль. — Между ними лежит Область Великого Тумана.

— Туман? Тоже мне препятствие! — удивился Капитан Билл.

— Это серьёзнее препятствие, — настаивал Ух-Ошпарль. — Туман там такой густой и тяжёлый, что ослепляет. Если попадёшь в туман, уже не найдёшь выхода из него и будешь скитаться в нём всю жизнь. А ещё там очень сыро, промокнет одежда и волосы и можно заболеть. К тому же, говорят, будто тот, кто туда попадает, теряет возможность прожить шестьсот лет и может умереть в любую минуту. Здесь-то мы не умираем, а просто уходим из жизни.

— Как это? — спросил моряк. — Разве «умереть» и «уйти из жизни» — не одно и то же?

— Конечно, нет. Когда истекают шестьсот лет, мы отправляемся в Большой Голубой Грот, через Последнюю Арку, и больше нас никто никогда не видит.

— Забавно, — сказал Пуговка. — А если не пойти туда?

— Не знаю. До сих пор все поступали именно так. Это закон, и его нужно соблюдать.

— По крайней мере, не нужно тратиться на похороны, — заметил Капитан Билл. — А где эта Арка?

— Сразу за городскими воротами. Посреди Голубой страны есть гора, у подножия которой — Вход в Голубой Грот. Считается, что Круголяк должен уйти туда через сто лет, считая со следующего четверга. Но он пытается дотянуть до шестисотлетия, так что, может, никуда и не пойдёт. Значит, если все эти сто лет вы будете вести себя тихо, узнаете, что случается с теми, кто не уходит в Грот.