Лаймен Баум – Остров на небесах (страница 3)

— Да, — признался Пуговка.

— Трот, сбегай-ка и принеси пару бутербродов, — распорядилась миссис Гриффитс. — Хлеб нарежь потолще, да намажь побольше масла.

— Сахаром посыпать? — спросила Трот, послушно отправляясь на кухню.

— Нет, — ответил Пуговка, — когда так хочется есть, вполне сгодится просто хлеб с маслом. Если сыпать сахар, получится долго.

— Через час ужин, — оживлённо щебетала мама, — но голодный ребёнок не должен ждать целый час. Что ты ухмыляешься, Капитан Билл? Как ты смеешь ухмыляться? Прекрати сейчас же, старый пират, или я заставлю тебя объяснить, что тут смешного!

— Да нет, мэм, — смиренно оправдывался тот, — я просто…

— Немедленно прекратить! Как ты вообще можешь перебивать меня? — Мама Трот обернулась к Пуговке и заговорила елейным голоском: — Войди в дом, бедненький мальчуган, и отдохни. Ты выглядишь очень усталым. Дай мне этот нескладный зонтик.

— Нет, благодарю Вас, — ответил Пуговка и ещё крепче прижал к себе зонтик.

— Тогда повесь его на вешалку за дверью, — настаивала хозяйка.

— Я… можно я оставлю его при себе? Пожалуйста, — уговаривал мальчик.

— Не всё ли равно, — осмелился вмешаться Капитан Билл. — Раз ему так лучше, пусть держит зонтик в руках. Наверное, он боится потерять его, хотя никакой трагедии в этом не будет. Слушай, Пуговка, у нас в кладовке валяется полдюжины зонтиков, каждый — получше твоего.

— Пусть так, — ответил гость. — Ваши, может, и красивее, сэр, но… свой я всё-таки подержу, если не возражаете.

— Где ты его взял? — спросила Трот, которая как раз принесла тарелку с бутербродами.

— Он… он принадлежит моей семье, — объяснил Пуговка. Он уже начал есть, поэтому то кусал бутерброд, то продолжал говорить. — Он у нас появился давным-давно. Много лет хранился на чердаке, им никто не пользовался, потому что он облезлый.

— Ну и зря, — заметил Капитан Билл, с любопытством разглядывая зонтик. — Симпатичная старинная вещь.

Все сидели на увитом виноградом крылечке — все, кроме миссис Гриффитс, которая ушла в кухню готовить ужин. По одну сторону от мальчика сидела Трот и держала его тарелку, по другую — Капитан Билл.

— Зонтик и правда старинный, — кивнул Пуговка. — Один из моих прапрадедов был рыцарем. Почётным Арабским Рыцарем. Именно он и нашёл этот зонтик.

— По чётным? — переспросила Трот. — А почему не каждый день?

— Это разные слова, моя милая, — объяснил моряк. — «Почётный» значит очень важный, знаменитый. Давным-давно, в средние века, рыцарями звали воинов. Выходит, Пуговкин прапрадед был важным рыцарем.

— А почему «арабский»? — не унималась Трот.

— Ну, если он уехал в Аравию или там родился, он ведь арабский рыцарь, разве нет? Предок мальчика был, видать, иностранец. Да и наши с тобой предки тоже, Трот, если заглянуть подальше в прошлое. Америку-то тогда ещё не открыли.

— Вот! — победно провозгласила девочка. — Я же говорила тебе, Пуговка, что Капитан Билл знает всё на свете!

— Да, похоже, он многое знает, — спокойно согласился мальчик, который дожёвывал последний кусочек бутерброда и теперь грустно вздыхал, с сожалением глядя на пустую тарелку. — Но если он знает всё на свете, ему известно и про волшебный зонтик. Тогда я не буду рассказывать.

— Волшебный! — воскликнула Трот, и глаза её загорелись любопытством. — Пуговка, ты сказал «волшебный зонтик»?

— Да, сказал. Вот только никто из моих родственников этого не знал. То, что он волшебный, обнаружил я. И вы — первые, кому я доверил свой секрет, — смущённо добавил мальчик.

— С ума сойти! — Трот восторженно захлопала в ладоши. — Ходить с волшебным зонтиком — это так элегантно!

Капитан Билл кашлянул. Он всегда кашлял, когда в его душе закрадывались какие-нибудь сомнения.

— Чудеса, — серьёзно произнёс он, — прежде встречались на каждом шагу. Но свет цивилизации затмил все чудеса, и они испарились прежде, чем я родился.

— А я уверена, что волшебники остались, — задумчиво произнесла Трот, хотя и не любила возражать Капитану Биллу, который «знает про всё на свете».

— Я тоже, — поддержал её Пуговка. — Во всяком случае, чудеса точно есть… в моём зонтике.

— Расскажи о нём! — попросила Трот, сгорая от любопытства.

— Ладно, — согласился мальчик. — Нашёл я его случайно. В Филадельфии три дня подряд лил дождь, и все имевшиеся в доме зонтики забрали мои родственники. А потом то ли потеряли, то ли где-то оставили. Поэтому, когда я решил сходить к дядюшке Бобу, который живёт в Германтауне, я не нашёл ни одного зонтика. А няня ни за что не выпустит меня из дома без зонтика…

— Ого! — удивилась Трот. — У тебя есть няня?

— Есть, но я её не люблю — она противная и ужасно строгая. Няня не разрешила мне идти к дядюшке Бобу без зонтика. Вместо этого она велела мне поиграть на чердаке. Я расстроился, но на чердак всё-таки полез и очень скоро наткнулся на валявшийся в углу старенький зонтик. Мне было совершенно неважно, как он выглядит. Главное — целый, прочный и большой. Можно добраться до дядиного дома и не промокнуть. Я вышел из дома и тут обнаружил, что на улице чудовищная грязь, — сделал шаг и утонул по щиколотку.

«Только этого не хватало! — огорчился я. — Вот бы долететь прямо до дядюшки Боба…»

Я держал в руке раскрытый зонтик и не успел ещё додумать свою мысль до конца, как почувствовал, что зонтик поднимает меня в воздух. Поначалу я перепугался и изо всех сил вцепился в ручку. Зонтик быстро набирал высоту, и когда я глянул вниз, огромные дома проплыли подо мной с такой скоростью, что у меня закружилась голова. Прежде чем я успел во всём разобраться, зонтик опустил меня на землю прямо перед воротами дядюшкиного дома.

Я не стал никому рассказывать об удивительном полёте — всё равно никто бы не поверил. Дядя Боб бросил взгляд на зонтик и спросил: «Пуговка, неужели отец разрешил тебе взять эту вещицу?» «Нет, — признался я, — папа на работе, а я нашёл зонтик на чердаке и взял». Дядя покачал головой и сказал, что нужно положить зонтик на место. Ещё он объяснил, что это семейная реликвия, которая передаётся от отца к сыну из поколения в поколение. Я возразил, что папа мне его не передавал, хотя я его сын. Дядя сказал, что в семье всегда считалось, будто этот зонтик приносит удачу. Почему — он не знает, история талисмана ему неизвестна. Но он боится, как бы я его не потерял, — ведь тогда может случиться несчастье. И дядя строго-настрого наказал мне немедленно возвратиться домой и положить зонтик на прежнее место. Мне стало обидно, что дядя так строг со мной, да и домой вовсе не хотелось — там эта противная няня. Я ещё подумал: интересно, почему во время дождя у взрослых портится характер? Тут дождь перестал, правда, ненадолго, и дядя Боб отправил меня домой, велел положить зонтик на чердак и больше никогда его не трогать.

Я вышел на улицу и когда завернул за угол, решил попробовать ещё разок полетать. Я слышал, будто есть такой город — Буффало, но понятия не имел, где он находится, и сказал зонтику: «Неси меня в Буффало».

Мы тут же взмыли вверх и летели так быстро, словно нас несло ветром. Путешествие было очень долгим, и мне надоело держаться за ручку зонтика, но стоило мне об этом подумать, как мы стали снижаться. Я оказался на улице большого города. Сложил зонтик и спросил у прохожего, как называется город. Он ответил: «Буффало».

— Как в сказке! — воскликнула Трот.

Капитан Билл продолжал пыхтеть трубкой и не проронил ни звука.

— Я уверен, что зонтик волшебный, — сказал Пуговка. — Иначе и быть не может.

— Может, он умеет творить и другие чудеса? — предположила Трот.

— Не умеет, — вздохнул мальчик. — Я пробовал. Когда я приземлился в Буффало, мне до смерти хотелось есть и пить. В кармане валялось десять центов — деньги на дорогу к дяде, но я боялся их тратить. Я раскрыл зонтик, поднял его над головой и попросил мороженое, но ничего не произошло. Тогда я загадал пять центов, чтобы купить мороженое, но опять ничего не вышло. Я перепугался, а вдруг у зонтика кончилась волшебная сила. Чтобы проверить, я сказал: «Неси меня в Чикаго». Мне совсем туда не хотелось, но это было первое название, которое пришло в голову. Мы снова взлетели, быстрее, чем птица. Я сразу понял, что это опять будет долгое путешествие, и попросил: «Извини, пожалуйста, мне не нужно в Чикаго. Я передумал. Полетели лучше домой». Но зонтик не послушался, продолжал лететь. Я закрыл глаза. Наконец мы приземлились в Чикаго. Я оказался в трудном положении. Уже почти стемнело, а я слишком устал и проголодался, чтобы пуститься ещё в один полёт, к тому же знал, что мне страшно влетит. Во-первых, за побег. Во-вторых, за то, что унёс семейный талисман. И тогда я решил, раз уж зонтик при мне, посмотреть всю страну. Когда ещё представится такая возможность? Сами понимаете, больше меня уже не отпустят.

— Как пить дать не отпустят, — понимающе кивнула Трот.

— На десять центов я купил сдобных булочек и молока, потом немного побродил по улицам Чикаго и заночевал на скамейке в парке. Утром попытался выпросить у зонтика волшебный завтрак, но он умел только летать, и ничего больше. Я зашёл в какой-то дом и попросил хозяйку меня покормить. Она угостила меня на славу и посоветовала скорее возвращаться домой, пока мама не начала волноваться. Она же не знала, что я из Филадельфии. Всё это было сегодня утром.